Чтение онлайн

— И что же тебе мешает послать его к чертям собачьим? Ему известно что-то такое, чего о тебе никто не знает? О каком таком секрете говорит Фичетт в записке? Всё дело в нём? — догадался Билл. — Я прав?

Генри склонил голову.

— Так или иначе, дело принимает…

— …новый обор-рот! — добавили Бони и попугай Жако.

— Прошу вас, вы должны мне помочь, — взмолился Генри. — Вы должны спасти меня! Иначе Фичетт выдаст меня.

— Мы помогаем только участникам Сообщества, — сказал Уилл.

— Возьмите меня к себе… Ты ведь сам неоднократно предлагал мне вступить в СОН. Почему бы не принять меня в ваши ряды сейчас?

— Это было давно. К тому же мы до сих пор злы на тебя за то, что по твоей вине Мэт не обыскал кабинет смотрителя. Он доверился тебе, а ты подвёл, тем самым, и его, и нас. Мэт рассказал, что ты хотел добыть свой дневник, потерянный тобой на Хэллоуин в Общем зале и найденный впоследствии Фичеттом. И если я не дурак, и сложить всё то, что мы слышали от Мэта, и то, о чём говорится в записке, получается, что смотритель шантажирует тебя тем самым дневником. Так что в нём написано, Грин?

Генри обречённо посмотрел на Уилла, а затем тяжело произнёс:

— Я… Я не могу этого сказать…

— Если хочешь вступить в СОН и чтобы мы тебе помогли, то придётся.

— Но вы говорили, что каждый имеет право на секреты.

— К чёрту секреты! Мэт и раньше говорил, что ты весьма подозрителен, и сейчас я понимаю, что он имел в виду. Я не хочу, чтобы ты снова спутал Сообществу все карты, поэтому желаю знать, что ты скрываешь.

Генри не спешил открывать тайны. Он задумался: что будет, когда он им всё расскажет? Как они поведут себя? Как отреагируют? Но, в конце концов, он собрался с духом и заговорил:

— Мой дневник… В нём весь я. Настоящий я. Такой, каков есть и каким хочу быть. И раз уж другого выхода нет, то скажу прямо: я ненавижу зло. Мне нет никакого дела до тёмной стороны. Всё, чего я хотел — это стать героем… Я грезил мечтой творить добро и помогать людям…

— Заткнись! Заткнись немедленно! — закричал Билл, как ошпаренный. — Что… Что ты несёшь? Это отвратительно! Твои слова, словно раскалённые мечи, рубят наповал!

— Он желает творить добро! — с ужасом воскликнул Руперт.

— И помогать людям! — добавил за чревовещателем зелёный носок с глазками Флафи.

— Да он просто…

— …ур-род! — бросили Бони и её попугай.

— Угу, угу, — подтвердили Крейг и Батлер.

— Значит, не зря я чувствую к нему такое отвращение! — сказал Мэт, скривив лицо.

«Ну всё, теперь мне точно конец», — подумал Генри.

— Тихо! — скомандовал Уилл, и все вмиг умолкли.

— Теперь я презираю его ещё больше, чем прежде! — рявкнул Мэт.

— Маккинли, успокойся!

Генри готов был поклясться, что заметил, как с последними словами Уилл тому подмигнул. Но всё-таки он решил не придавать этому большого значения.

— Что ж, он сознался. И по правде говоря, нужно быть очень смелым, чтобы признаться в таком. За подобное его следовало бы подвергнуть Изолятору совести. Но не будем забывать, сейчас у нас другая задача — изобличить смотрителя Селтфосса. Возможно, если пораскинем мозгами, то удастся прижучить его перед всем университетом. И уверен, Генри хочет этого не меньше нашего. Верно, Грин?

Генри кивнул.

— Но о том, что я вам сказал, никто больше не должен узнать, тем более профессор Гиблл. Просто помогите вернуть мой дневник. И тогда мне не придётся идти на поводу у смотрителя. Лучше подскажите, что делать?

— Тебе, Грин? Ничего! Будь завтра здесь и никуда не выходи. Вдруг в планах Фичетта что-то изменится, и он пошлёт гремлина, чтобы оповестить тебя.

— Но дневник…

— Твой дневник — наша забота. Не исключено, что завтра тебе всё же придётся проникнуть в кабинет Гиблла, но к этому моменту, уверяю, дневник будет у нас.

— Но вы даже не знаете, где он может быть. Возможно, после того, как к Фичетту вернулась память, он его перепрятал, и теперь он находится не в Норах гремлинов.

— Тогда тебе крупно не повезло, Грин, — усмехнулся Мэт. — Но лично я считаю, что лучше дождаться завтрашнего дня. Будем надеяться, что Фичетт пошлёт-таки тебе ещё весточку, а там в скором порядке решать, как действовать дальше. А сейчас я предлагаю продолжить разговор в другом месте. Здесь слишком воняет добром.

— Поддерживаю! — сказал Руперт и встал со стула.

— Да, полагаю, есть смысл обсудить завтрашний план действий без Грина, — с хитрой улыбкой произнёс Уилл, поднимаясь с кресла.

— Но я же теперь в составе СОН, — удивился Генри. — Разве мне не положено знать, что вы задумали?

— Да, ты поведал нам свой секрет. Но ты ведь понимаешь, мы не можем принять такого, как ты, в свои ряды. К тому же если ты будешь много знать, то снова можешь всё испортить. А на этот раз не должно произойти никакого промаха, никакой случайности. Увидимся завтра, Грин.

Через полминуты комната опустела, и Генри вновь остался наедине с венерой-мухоловкой. Он осознал, что совершил большую ошибку, доверившись Сообществу. Киллиган даже не сказал, что собирается предпринять, а лишь пообещал, что обо всём позаботится. И то, как он подмигнул Маккинли… Это было подозрительно. Так что же он задумал на самом деле?

Как бы там ни было, Генри решил избавиться от записки. Он порвал её на мелкие кусочки, закинул в рот и проглотил.

За прошедшую ночь Генри так и не сомкнул глаз. Не смотря на рой мыслей, жужжащих в голове, он не придумал, как выбраться из сложного положения. Да и Мэт, вернувшись от Киллиганов, на вопрос «Каков план Сообщества?» уклончиво ответил, чтобы он не беспокоился.

Утром его сосед покинул комнату. А Генри же, по настоянию близнецов, остался ждать… Хотя ждать оставалось, разве что, чуда — не меньше.

После бессонной ночи его склонил-таки сон. Но спал он недолго: ближе к обеду в комнату вернулся Мэт, громко хлопнув дверью, чем и разбудил Генри.