Чтение онлайн

Парень хотел тут же задать вопрос, но Мэт не дал ему раскрыть рта, первым бросив такие слова:

— Можешь больше не ждать, что явится гремлин. Вообще можешь забыть, что тебе придётся что-то делать по указке Фичетта.

Генри был ошарашен таким известием. Как это понимать? И он удивлённо спросил:

— Почему?

— Артур Фичетт умер, — пояснил Мэт, присаживаясь в кресло.

— Что? Умер? — Генри просто не верил своим ушам.

— Да, умер, — повторил Мэт. — Сегодня ночью у него остановилось сердце. По крайней мере, так сказал Гиблл, когда все собрались в Общем зале за завтраком.

— Остановилось сердце… Умер… — произнёс шёпотом Генри.

— Поэтому сегодня вечером будет проведён прощальный ужин в его честь.

— Умер. Фичетт умер, — шептал Генри, но потом его глаза расширились, на лице заиграла радостная улыбка. Он кинулся на Мэта, схватил его за плечи и заливаясь лихорадочным смехом стал трясти его: — Умер! Ха-ха! Он умер! Его больше нет! Нет! Ха-ха-ха! Это же прекрасно! Просто прекрасно!

Генри такое известие казалось поистине настоящим подарком от самой Смерти. А вот Мэт, по-видимому, так не считал.

— Убери от меня руки, Грин, — сердито произнёс он, и Генри отстал. — Ну, я бы так не сказал. Видел бы ты Уилла…

— А что с ним не так? Разве он не рад, что Фичетт протянул ноги?

— По правде говоря, да. Не рад. Он возлагал большие надежды, что сможет разоблачить предателя перед всем университетом. Что сможет прославить себя и Сообщество в злодейских кругах, добиться высшего авторитета. Но теперь все его надежды рухнули, и это в тот момент, когда Фичетта можно было бы вот-вот схватить, как говорится, за шиворот. Да, Уилл был полон ярости, покидая Общий зал. Он даже сказал, что намерен теперь распустить Сообщество Отпетых Негодяев.

— Но ты не выглядишь сильно расстроенным.

— А что я? Старый хрыч помер, и я этим удовлетворён. Хотя я желал, чтобы он понёс наказание за гибель Бэтси, ведь он выпустил чудовище Монстролли, это уже очевидно, хоть теперь этого всем не доказать. Но и его смерть меня тоже устраивает.

— Пускай я теперь и в безопасности, но мой дневник по-прежнему где-то в кабинете смотрителя. Я уверен в этом. Но если Киллиганы намерены распустить СОН, то кто мне поможет его вернуть? Я не хочу, чтобы он вновь оказался в чужих руках. Вы ведь что-то успели придумать на этот счёт?

— На меня даже не надейся. После того, как ты сознался, что хочешь творить добро, мне ещё омерзительней находиться рядом с тобой, чем прежде. Как вообще могло подобное сойти с твоих уст? И это при том, что ты потомок древнего рода злодеев. По логике вещей, я должен донести на тебя декану факультета. Но я не вижу в этом выгоды, к тому же мне неохота вновь связываться с Гибллом. Об остальном лучше спроси Киллиганов. Мне и так тошно говорить с таким, как ты, — ответил Мэт, достал коммуникатор и с головой погрузился в чтение.

***

Ближе к вечеру из динамиков университета раздался голос Гиблла, который вновь напомнил, что через час все студенты обязаны присутствовать в Общем зале по случаю ухода из жизни смотрителя Селтфосса.

Генри одним из первых пришёл в Общий зал: ему не терпелось воочию убедиться, что Фичетт мёртв.

Входя сюда, каждый сразу обращал внимание, как изменилось это место. Под потолком были развешаны синие флаги, а обычные плафоны на уличных фонарях заменили плафонами из синего хрусталя, которые украсили всё — от пола и до потолка — чудными узорами и перьями из сине-белых бликов.

Тело Фичетта покоилось в раскрытом гробу, который стоял на двух табуретах прямо перед профессорской трибуной. У Генри мурашки пробежали по спине, когда он подошёл ближе к гробу: для него увидеть смотрителя мёртвым было очень странно. Парню казалось, что тот на самом деле не умер, а просто притворяется и лишь ждёт удобного момента, чтобы схватить его за ворот плаща, когда он склонится над гробом.

Несмотря на все свои противоречивые чувства, в душе Генри радовался. Довольный он обернулся и заметил, как за стол садятся близнецы Киллиганы. Подсев к ним, Генри сказал, что им нужно поговорить.

— Нам сейчас не до разговоров, Грин, — ответил Уилл с такой интонацией, будто над ним нависла грозовая туча, которая поливала его дождём как из ведра.

И Генри подумал, что лучше оставит все вопросы к близнецам на потом.

Когда, наконец, зал был полон, Реджинальд Гиблл постучал вилкой о бокал и, потребовав тишины, прошёл за трибуну. Теперь все взгляды были устремлены только на него.

— Сегодня ночью из жизни ушёл смотритель Селтфосса — Артур Фичетт, — холодно начал речь Гиблл, глядя в гроб. — Я бы мог сказать, что мне искренне жаль, но это не так. Ведь нельзя испытывать то, чего нет.

Генри улыбнулся: он тоже не испытывал никакой жалости, и был несказанно рад этому.

— И всё же его смерть для нас — большая утрата, и я не могу не принимать во внимание тот факт, что для Селтфосса он был очень нужным и полезным человеком. На протяжении многих лет он являлся не просто главным прислужником университета, хранителем ключей и смотрителем, но также был важной частью зла. А всем известно, что зло без толковых прислужников обречено на провал. Будет непросто найти ему замену, ведь он лучше всех умел руководить гремлинами и следить за соблюдением порядка. Поэтому больше не хочу говорить ничего лишнего, а просто предлагаю почтить память Артура минутой молчания.

Все склонили головы, и зал погрузился в тишину. Однако всего лишь через мгновение её нарушил резкий голос возмущённого Уилла Киллигана:

— Ещё чего! Я отказываюсь чтить память предателя!

— Что вы несёте, мистер Киллиган? — удивился Гиблл, а вместе с ним все, кто находились в зале. — О каком предательстве вы говорите?

Генри же затаил дыхание. К такому развитию событий он точно не был готов.

— Я не говорю, я громко заявляю, Фичетт — предатель! Именно он на Хэллоуин выпустил то чудовище. Как он это сделал? Он читал книги по искусству гипноза и, видимо, добился в этом деле определённых успехов, раз сумел загипнотизировать доктора Монстролли, чтобы тот открыл ему дверь в лабораторию. Я уверен, он хотел убить министра, но чтобы все подумали на доктора. Он подставил его. И вспомните, смотрителя не было тогда на пиршестве, не так ли? А явился он только тогда, когда чудовище убили! Не думаю, что у него было всё спланировано заранее, но полагаю, что когда в Селтфосс прибыл Оливер Гад, он понял, что у него появился шанс убить первое лицо зла Европы, причём так, чтобы не замарать руки.

— Довольно! — выкрикнул Гиблл. — Случай с чудовищем доктора Монстролли — не более, чем случайность.

— Да, а что вы тогда скажете на то, что Фичетт хотел похитить то, что хранится у вас в сейфе?

Гиблл оказался словно громом поражённый. Первым, что он подумал, было: «Откуда тебе известно про сейф?». Декан хотел ответить этим вопросом парню, но, собравшись с мыслями, обратился ко всему залу:

— Кто ещё считает Фичетта предателем?

— Я, — поддержал брата Билл.

Вслед за Киллиганами молча поднялись Бони, Руперт, Крейг и Батлер. А вот Мэт, на удивление Генри, даже не подал виду, что заодно с ними. Да и ради чего? Фичетт мёртв, и ему этого было достаточно, а объясняться перед Гибллом ему не хотелось — вон сколько желающих это сделать, помимо него.