Чтение онлайн

Конечно, не сохранись у страны ядерного оружия, с ней можно было бы вообще не считаться. Ввели бы какой-нибудь миротворческий контингент — как в Югославии — объяснив сие заботой о населении, которое изнемогает-де от экономического кризиса и тирании, и — дело с концом.

Слава богу, у Горбачева хватило ума в одностороннем порядке не уничтожить советский ракетный щит; а может, руки просто не дошли.

Хотя уже осенью 1991-го в западной, да и российской печати полным ходом стали появляться утверждения, что новая власть слишком слаба, дабы обеспечить контроль за смертоносным ядерным оружием; вот-вот начнутся сейчас утечки, последствия которых страшно даже представить.

Генерал Леонид Шебаршин, возглавлявший в последние годы внешнюю разведку КГБ СССР, прямо писал потом, что «подобного рода сообщения являются частью операции Центрального разведывательного управления США. Цель операции — подготовить мировое и российское общественное мнение к необходимости введения какой-то формы прямого международного контроля над военным и мирным ядерным потенциалом России».

Мало кто помнит сейчас громкий скандал, разразившийся в 1994 году, когда немецкие власти обвинили Россию в контрабанде плутония; а ведь шум стоял на весь мир; вопрос этот стал даже предметом специальных международных переговоров. (Этакий пролог полониевой лихорадки.)

Но потом, в одночасье, скандал вдруг угас; ни одного доказательства причастности Москвы к ядерной контрабанде обнаружено не было, а все, что сумели предъявить немцы тогдашнему хозяину Лубянки Сергею Степашину, представляло собой… подборку вырезок из российской прессы. Но об этом, разумеется, западная печать сообщать не спешила…

Наличие у России стратегического оружия вынуждало иностранных друзей действовать тонко и осторожно. Шажок за шажочком, тихой сапой Запад делал все, чтобы ослабить и обескровить Россию.

Сначала они помогли новой демократической власти парализовать работу спецслужб, затем — вывели нас с внешнеполитической арены, окружив, под шумок, базами НАТО. Посадили на иглу кредитов и займов. Оказали неоценимую помощь в проведении экономических реформ — настолько неоценимую, что оценить масштаб ущерба невозможно и по сей день.

(Одним из результатов этих спланированных западными советниками реформ стало фактическое уничтожение всего оборонно-промышленного комплекса; к 2000 году объем падения производства в ОПК составил около 80%. За весь срок ельцинского правления российская армия не заказала ни одного нового бомбардировщика, крейсера, зенитно-ракетного комплекса; все пополнения шли исключительно за счет старых, наработанных при Союзе запасов.)

Ну, а когда страна оказалась беспомощной и зависимой, с ней можно было уже особо и не церемониться.

В начале 1990-х с разных сторон все сильнее стали раздаваться крики о необходимости «восстановления исторической справедливости» — сиречь передачи сопредельным странам якобы незаконно присоединенных земель.

Норвегия — принялась настаивать на аннексии морского полярного шельфа в Баренцевом море; это, на секундочку, территория в 155 тысяч квадратных километров, причем на дне там находится до 3 триллионов (!) кубометров газа. (Для сравнения — вся площадь Норвегии составляет 324 тысячи километров.)

С претензиями на Северный полюс, сопредельные с ним территории и шельф Ледовитого океана выступили также Дания, Германия, Финляндия и Япония. (Что, впрочем, не помешало американцам впоследствии отправить к полюсу ледокол береговой охраны «Хили», тоже заявляя о своих правах.) На хребет Ломоносова положила глаз Канада (это-де — американская земля).

В свою очередь, японцы — добивались возврата четырех Курильских островов. Китайцы — требовали отдать амурские пойменные острова, включая знаменитый Даманский.

Не остались в стороне и недавние наши республики. Грузия — заявила свои претензии на Главный Кавказский хребет, половину Карачаево-Черкессии, а также… Сочи. (На том лишь основании, что в 1918 году город на несколько месяцев захватывали войска Ноя Жордания.) Туркмения и Казахстан — потребовали раздела Каспия, а Азербайджан, даже не дожидаясь окончательного решения этого вопроса, самовольно приступил к разработке его недр.

Но больше всего неприятностей России доставляла Прибалтика. Эти гордые маленькие народы не удовлетворились одним лишь освобождением от коммунистической оккупации.

Эстонцы — потребовали отдать им часть Ленинградской и Псковской областей, вошедших в РСФСР в 1945 году. На другую половину Псковщины — претендовали уже латыши. Финляндия — громогласно вспомнила о довоенных границах, которые включали в себя западную Карелию, северо-запад нынешней Ленинградской области, Печенгу (крупнейший, кстати, арктический порт с близлежащими никелевыми рудниками) и ряд островов в Финском заливе. Ну а литовцы — и вовсе принялись доказывать, что дно Балтийского моря — это их личная собственность. (Впоследствии они будут даже требовать остановки Россией строительства транс балтийского газопровода.)

Во всем, что я перечислил, ничего сверхъестественного нет. Подобное в истории бывало уже не раз; стоило лишь России ослабнуть, как весь цивилизованный и свободный мир, точно стая кровососущих паразитов, моментально бросался перекраивать ее территорию; само собой — обставлялось это сугубо высокими материями, вроде заботы о будущих поколениях и судьбе человечества.

Так было и в годы великой смуты, когда на русский престол взошел польский королевич Владислав; и во времена наполеоновского нашествия; и после октябрьского переворота.

Что характерно, сердобольные наши соседи особо никогда даже и не стеснялись демонстрировать свои аппетиты.

Принятый, например, Антантой в декабре 1917-го в Париже план освобождения России предусматривал сохранение страны лишь в границах центральной европейской части, Урала и Поволжья. Все остальные земли — становились сферами влияния стран-союзников; Украина — протекторат Франции, Прибалтика и Белоруссия — Польши, Юг и Средняя Азия — Турции, Кавказ — Британии, Сибирь и Дальний Восток — США и Японии.

Почти в это же самое время, в марте 1918-го, советское правительство вынуждено было подписать мирный договор с главным врагом Антанты — Германией. Документ, вошедший в историю под названием Брестского мира, для России был совершенно унизительным, хотя и временно необходимым; по нему германцу и туркам передавалась Прибалтика, Закавказье, часть Белоруссии — то есть территории и без того уже ими оккупированные.

По счастью, в самой Германии вскоре тоже произошла революция и Ленин быстренько, в одностороннем порядке, Брестский мир аннулировал. Но наши славные союзники времени тоже даром не теряли.