Чтение онлайн

– Аська, ну, давай же быстрее!

Я приоткрыла один глаз и раздраженно прошипела:

– Не отвлекай меня! Я пытаюсь сосредоточиться!

Но все старания оказались напрасным, будто сила во мне заснула мертвецким сном и радостно храпит, переворачиваясь с боку на бок. Пришлось сдаться:

– Вань, не получается что-то.

– Аська – дура, – простонал он, – распоротый живот лечишь, а дурацкий перелом не можешь. Зови лекаря! Быстро!

Следующие полчаса уже втроем: я, Гарий и Мария носились от дома до сада, вызывали лекаря, перетаскивали на носилках стонущего Ивана. Воспользовавшись переполохом, воры решили спуститься с дерева и покинуть место преступления, но им помешал огромный лохматый пес Трезор. Почувствовав, наконец, чужой запах, он с диким лаем сорвался с цепи и кинулся в сторону сада.

Сложнее всего было объяснить доктору, приятному мужчине лет пятидесяти, в пенсне на носу и с дурацким полосатым зонтиком в руке, что произошло. На вопрос: «Батюшки, а как же он так неудачно?» – я несла полную ахинею. Все было примерно так:

– Ваня упал с дерева.

– Но позвольте, зачем он туда забрался?

– За цветами…

– В каком смысле «за цветами»?

– Э-э-э, ну мы, в общем, мы ловили воров. Вернее, огородных налетчиков. Они все время обдирают помидоры с огурцами, вот мы и решили это прекратить. На сей раз они, правда, почему-то взяли только два гладиолуса.

– Ириса, – простонал с кровати Ваня.

– Ну ириса. Мы сотворили привидение… Оно, того… загнало их на грушу, ну, ту самую высокую.

– Магдалена, – скорбно прошептал Гарий, хватаясь за сердце.

Мария поспешно замахала платочком перед его лицом, покрывшимся испариной.

– Что?

– Сорт груши называется Магдалена. Редчайший. Они вырастают высокие, а плоды – как сахарные. Деревце одно во всем городе. А эти изверги все ветки уже поломали… – стонал хозяин постоялого двора.

Я заалела и сконфуженно продолжила:

– Так вот, слезать они не хотели, ирисы отдавать тоже не собирались… Тогда Ваня и полез к ним на переговоры, оступился, упал, очнулся…

– Ах, ну теперь все понятно. – Выражение лица лекаря говорило о прямо противоположном, но его хорошее воспитание и деликатность не позволяли спросить, зачем мы, идиоты, вообще все это затеяли.

– Ну что же, наложим шину, – ласково улыбнулся он Ванечке.

Сон был легкий и мимолетный, окутывал меня, словно прохладная шелковая простыня, скользящая по уставшим чреслам…

Я резко открыла глаза и уперлась взглядом в побеленный потолок. Что-то меня потревожило, какой-то неуловимый звук заставил проснуться. Я недовольно повернулась на бок, но стоило сомкнуть веки и задремать, как что-то снова вывело меня из блаженного забытья.

– Да что же это такое! – буркнула я, взбила подушку и уткнулась в нее лицом.

Дзинь! – Я дернулась.

Что это было?

Дзинь! – Снова зазвенело окно.

«Камушки! – догадалась я. – Кто-то кидает камушки в оконное стекло!»

Я поднялась повыше, пытаясь рассмотреть нежданного гостя, но из-за густого тумана, идущего с реки в ранний предрассветный час, ничего увидать не удалось.

Дзинь! – Жалобно тренькнуло стекло.

«Ну держись!» – Я злобно распахнула створки, готовая обрушиться на нахала.

В душную комнату ворвалась свежая прохлада. Крохотный острый камушек тюкнул между глаз, заставив меня пригнуть голову и вжаться в подушку.

«Может, это наши бравые ребятки спустились с дерева, как обезьяны, и теперь жаждут кровавой мести? – озадачилась я, осторожно выглядывая из окна. – Как же они… – При виде стоящего под моим окном мужчины у меня отвисла челюсть. – Прошли кордон в виде Трезорки? – мысль пронеслась уже по инерции».

Такого мое живое воображение не смогло бы нарисовать! На изумрудной, мокрой от утренней росы траве стоял Арвиль Фатиа собственной персоной. Умытый и побритый, в чистой рубахе, даже небольшие стеклышки очков излучали свежесть. Очевидно, у данийцев званые вечера не перерастают в пьяные дебоши…

– Чего надо? – грубо спросила я хриплым спросонья голосом, в котором звучало раздражение усталого, невыспавшегося человека, пробегавшего полночи по малиновым кустам, при виде свеженького, хорошо отдохнувшего гостя.

– Я хотел предложить утреннюю конную прогулку, – лучезарно улыбнулся Фатиа.

То ли у меня так сильно голова гудела, то ли просто очень хотелось спать, но эта подленькая улыбочка на его пунцовых губах меня добила.

– Хорошо не пробежку рысцой! Ваше величество, вы хотя бы догадываетесь, сколько сейчас времени?

– Половина пятого.

– Сколько? – задохнулась я от возмущения. – Знаешь, изверг, я всю ночь спасала раненого друга и спать легла только два часа назад.

Фатиа пожал плечами, повернулся ко мне спиной и скрылся в тумане. Я облегченно вздохнула и повалилась на кровать, закрывая горящие огнем глаза.

– Я думал, у тебя много вопросов, на которые я смогу ответить! – раздался с улицы насмешливый голос.

«Чтоб тебя!» – пробормотала я. Знает ведь, чем девушку завлечь.

– Стой на месте, – заорала я, не поднимая головы от подушки, – сейчас иду!

Свесив голые ноги с кровати, я поежилась. «Интересно, это большая наглость заставлять ждать самого Арвиля Фатиа под окнами спальни?» – От затейливой мысли на лицо полезла наглая ухмылка. Не торопясь, я натянула мятую рубаху, пыльные дорожные порты, поплескала в лицо остывшей за ночь водой из кувшина, вяло провела расческой по спутанным кудрям и вышла на веранду.

Арвиль стоял, опираясь рукой о перила крыльца. На его смуглом красивом лице застыла улыбка хорошо выспавшегося человека. Простите данийца. Во дворе волновались два отменных жеребца.

– Шикуем, ваше величество? – хмыкнула я вместо приветствия, кивнув на коней.

Властитель гордо улыбнулся и дал мне пройти. Я спустилась по ступенькам во двор, от всей души надеясь, что не слишком сильно виляю бедрами. Не хватало только, чтобы он решил, будто я с ним заигрываю!

– Хорошо выглядишь! – отозвался он, скорее всего, разглядывая именно место пониже спины, обтянутое узкими портами.

– Не мели чепухи! – разозлилась я, ощущая его оценивающий взгляд. – Я даже толком не умылась.

Арвиль легко сел на вороного длинноногого жеребца, а мне пришло в голову, что было бы неплохо узнать, как там, на ветках, поживают наши давние знакомые.

– Слушай, у меня тут одно дельце есть, – подала я голос, – ты со мной или здесь подождешь?

Очевидно, Властитель вообще в первый раз в своей жизни кого-либо ждал, а уж безродную пигалицу тем паче. На лице его заходили желваки, но он молча спешился и обреченно кивнул в знак согласия следовать за мной.