Чтение онлайн

Хорошо, что после третьего прыжка я не обнаружил новых целей.

— Чисто? — осведомилась Кулина, непривычно-тихонько, особенно после оглушающей стрельбы из револьвера.

— Думаю, да. Заметишь новых — говори, буду начеку.

— Ага. Только нам вроде как сворачивать уже тут…

Гаргульи нам больше не встречались и догнать не пытались. То ли я перебил всех, то ли оставшиеся затаились на дне, решив не высовываться. Им на смену пришли ловушки, один коридор за другим, проверенная классика и интригующие новинки. Вирмборд прекрасно отразил четыре залпа стрел и болтов, я лично перехватил и сорвал с потолка два качающихся маятника-топора и проделал в поле выскакивающих из пола шипов безопасную дорогу для всех остальных. А вот смыкающиеся стены оказалось удерживать тяжеловато — видимо, проблема была в площади соприкосновения.

Новинкой оказалась чёрная колдовская субстанция, сочетающая в себе лучшие качества горячей смолы и зыбучих песков. Не настоящих, почти безопасных, а тех, что показывали в старых фильмах — засасывающих человека с головой. Я раньше ни разу не встречал в Полуночи ловушки подобного типа — и теперь задавался вопросом, почему? Установить штук пять таких на пути ржавых дуллаханов и можно даже не напрягать гвардию — враги попросту не дойдут до конца ни одного коридора.

Лаахиза попыталась помочь магией, но эта западня явно была не по её профилю. Пришлось выбираться, опираясь на советы Кулины, принимая максимально близкую к идеалу форму. В итоге на твёрдый пол я выполз, представляя собой нечто среднее между крокодилом и крабом, сохранив только человеческую голову. Луна смогла заклинить механизм, открывающий смоляное болото, и остальные прошли за мной без больших проблем.

Те начались самую малость позже.

Мы нашли ритуальную часовню спустя несколько часов утомительной дороги — та стояла на небольшом островке посреди подземного озера. Возможно, когда-то здесь был просто здоровенный зал, несущий какую-то важную функцию, но затопило его очень, очень давно. Если не слишком присматриваться к потолку, не отличить от пещеры или грота.

Часовня, кажется, не пострадала ни от времени, ни от воды — даже колонны остались на месте. Дойти до неё — или доплыть — можно было за пару минут, при условии, что под водой не поджидают какие-нибудь новые твари или ловушки. Но существовала маленькая загвоздка, ставящая под сомнение успех всего нашего похода.

Всё сооружение окружал знакомый полупрозрачный барьер, уходящий как под воду, так и вверх, под самый потолок. Покров укрывал ритуальную часовню, словно это была аномалия на уровне разрушенной башни Вечности.

— Я не могу его убрать! Правда!

— Но ведь раньше как-то получалось.

— Где получалось? Где? Вокруг башни я только ослабить могла, а убрал этот… этот… даже вспоминать его не хочу!

— А придётся, потому что катастрофа с дуллаханами — на совести Наблюдателя. И устранить её можно только с помощью часовни.

— Говорю тебе, я не контролирую Покров!

— А тот, что возникает днём и уходит ночью?

— Он делает это сам по себе!!

Полночь, очевидно, не врала, хотя у неё, в отличие от других моих собеседников, такая возможность была. Более того, этот разговор у нас происходил не в первый раз, просто я надеялся, что какие-то детали по Покрову всплывут после окончательного выздоровления и восстановления памяти. Надежда умирает последней. Умирает вот примерно сейчас.

— Ты же не управляешь тем, как у тебя кровь разносит кислород, а? Или как желудок переваривает пищу! Или как…

— Я тебя ни в чём не обвиняю, честное слово. Просто мы застряли и не знаем, что делать.

«Застряли» — это мягко сказано. В противном случае не случилось бы и этого разговора, в процессе которого охрана моего тела осталась на спутницах. Часовня была буквально в двух шагах, рукой подать, но одновременно с этим — абсолютно недостижима. И это в тот момент, когда ржавая орда хлынула на штурм очищенной зоны. Пока что защитники держали удар, но с каждой упущенной минутой ситуация могла измениться в худшую сторону.

Полночь, не слезая с подлокотника, протянула руку и сочувственно погладила меня по голове.

— Не переживай, скоро рассветёт. Двери закроются, вся эта мелочь ржавая сама возьмёт и застрянет!

— А к ночи отстрянет, — устало сказал я. — И к ним прибавятся те, что сейчас ворочаются в саркофагах. Уже не такие ржавые, но всё ещё с промытыми мозгами.

Теперь заметно приуныли мы оба. К фактору угрозы гостям, гвардейцам и не привязанным к замку слугам, добавился ещё один — огромная утечка энергии при массовом пробуждении дуллаханов. Сейчас они только нервно дремали в своих каменных гробах, но время было отнюдь не на нашей стороне.

— Я правда не могу убрать барьер, — тихо сказала она. — Даже ослабить не могу, уже пыталась. Может, драконьим огнём его?

Я отрицательно качнул головой.

Мне уже приходил в голову такой вариант — ослабить Покров вокруг часовни и телепортироваться туда, как в башню Вечности. Но даже если притащить Аву или Яна в эту дыру, самому отправиться к главному порталу и совместить процессы, результатом будет лишь моё присутствие в часовне. Только моё, без кого-либо ещё, а подробности ритуала знала одна Далия. Допустим, получу инструкцию, но ошибусь в деталях — и не усыплю безголовых, а накачаю их халявной энергией. И всё это потребует времени, слишком много времени, что иронично для замка, который время замедляет.

К слову, как бы мне ни было приятно сидеть на воображаемом троне, пока меня гладила по голове манифестация собственного замка, нужно было возвращаться. Я лишь хотел задать напоследок один вопрос.

— Зачем ты вообще накрыла часовню Покровом?

Барьер вокруг Полуночи, равно как и других вечных замков, сотворил, настроил и запустил Мастер. Барьер вокруг башни Вечности был необходим, чтобы изолировать непредсказуемую временную аномалию — как выяснилось, скорее он защищал её от внешнего мира, чем наоборот. Но небольшой кусок залов избранных для проведения ритуалов как будто не нуждался в столь радикальных мерах. Мало того, что Полночь отделила его и запихнула в самую глубокую… дыру, так ещё и Покров?

Дело давнее, конечно. Шансы на то, что она помнит этот конкретный момент, близки к нулю.

— Ты никому не расскажешь?

Я удивлённо повернул голову, посмотрев Полуночи прямо в глаза — всё такие же изумительно-чёрные, с отблесками далёких звёзд. Она смотрела ясно и строго, ожидая ответа.

— Не расскажу. Обещаю.

— В общем… место это нехорошее. Оно не только для ритуалов с дуллаханами, понимаешь?

— Не совсем, — осторожно сказал я. — А для чего ещё?

— Да для чего угодно! Если знаешь, как колдовать, можно столько всего во мне поменять оттуда — жуть! Сильнее только из сердца, но к сердцу пройти надо, а сюда…

Я непонимающе моргнул. С одной стороны, можно понять, почему Полночь не торопилась делиться подобной информацией, с другой — всё ещё неясно, как одно вязалось с другим.

— Ну чего непонятного? — вздохнула она. — Там приносили жертвы, много жертв! И добровольных, и не очень, напитывая место силой. Оно силу проводит, конечно, но по чуть-чуть и себе оставляет. Глазом моргнуть не успеешь, за какие-то три-четыре тысячи лет накопила столько, что так просто уже не избавиться! Перенести могу, стереть — нет!