Чтение онлайн

Это был идеальный пример эксплуатации XXI века: слишком системной, чтобы быть случайной, и слишком прибыльной, чтобы от неё отказались добровольно.

Но это было и то, с чем я умела бороться.

Я, может, и не магический олень, способный летать.

Но я — юрист. И очень хороший.

— Пора уходить, — тихо сказал Таймур. — Мы здесь уже достаточно долго.

Кэнай взял меня за руку — его хватка была крепкой и успокаивающей, пока мы направлялись к выходу. Таймур шёл впереди, его движения казались непринуждёнными, но взгляд постоянно сканировал пространство вокруг. Мой разум уже лихорадочно прокручивал всё, что я увидела. Это была изощрённая корпоративная дискриминация — такая, для которой нужны доказательства и юридическая стратегия, достаточно острая, чтобы пробить десятилетия нормализованного насилия.

— Нам нужно вернуть тебя обратно, прежде чем кто-нибудь...

Таймур резко остановился, выбросив руку, чтобы нас задержать. Из-за угла донеслись голоса — резкие, властные, говорящие короткими, быстрыми фразами. Эльфы-надзиратели. По меньшей мере трое, если судить по звукам, и они шли прямо туда, куда мы собирались.

Кэнай сильнее сжал мою руку и потянул меня в сторону, а Таймур уже двигался так, чтобы закрыть нас от взгляда. Мы нырнули в другой коридор, ведущий к запасному выходу. Когда Таймур толкнул аварийную дверь, оказалось, что единственный путь ведёт глубже в комплекс — к строительной зоне, откуда в холодный воздух доносился звон молотков и крики приказов.

Когда мы вышли наружу, я замерла.

Из-за угла показалась упряжка из шести оленей, тянущих невообразимо огромные сани. Они были массивными — даже больше, чем Таймур в своей звериной форме. Самец, ведущий упряжку, был самым крупным оленем, которого я когда-либо видела. Его рога поднимались почти на уровень моего роста — темнее и толще, чем у Кэная или Таймура.

— Финские лесные олени, — пробормотал Кэнай мне на ухо.

Он и Таймур настороженно наблюдали за вожаком, и напряжение в их позах отражалось в его прищуренном взгляде. Из ноздрей вожака вырвался морозный пар, когда он раздражённо фыркнул, встряхнув массивной головой. Затем его глаза остановились на мне — и у меня перехватило дыхание.

— Пойдём, — прошептал Таймур, положив руку мне на поясницу.

— Нет. Мне нужно это увидеть. — Всё в этой сцене было неправильным, и мне нужно было понять, насколько.

— Ты не понимаешь, это...

Резкий треск разорвал воздух, за ним последовал болезненный рёв. Один из оленей возле саней тут же перекинулся в человеческую форму, схватившись за ногу.

— Лодыжка, — выдохнул он, его лицо побелело от боли. — Думаю, она сломана.

Вожак мгновенно тоже принял человеческий облик — и я поняла, почему Кэнай и Таймур напряглись. Даже в человеческом теле он был огромен — не меньше двух метров ростом, с плечами, настолько широкими, что он буквально подавлял фигуру человека, к которому подошёл. Каштановые волосы были коротко подстрижены, аккуратная борода припорошена инеем, а тёмно-зелёные, лесные глаза пылали тревогой, когда он опустился на корточки рядом с пострадавшим.

— Микаэль, не двигайся, — сказал вожак; его голос с заметным акцентом легко разносился по двору. — Дай мне посмотреть.

Но прежде чем он успел это сделать, к ним подошёл эльф в красной форме надзирателя, с планшетом в руке.

— В чём задержка?

— Микаэль ранен, — не поднимая головы, ответил вожак. — Его лодыжка...

— Где подмена?

Челюсть здоровяка сжалась.

— Ты знаешь, что её нет. Уже слишком много травм...

— Тогда он возвращается в упряжь и заканчивает маршрут, — перебил эльф. — Мы уже отстаём от дневной нормы. Напоминать, что до Рождества осталось всего несколько дней?

Голова вожака резко вскинулась, ярость потемнила его черты.

— Он не может опираться на ногу. Посмотри на отёк.

— Не моя проблема, — холодно ответил эльф. — Политика компании ясна: травмы, полученные в рабочее время, не освобождают от выполнения назначенных задач. Отдохнёт, когда маршрут будет завершён.

— Это не политика компании, это...

— Ты сомневаешься в моих полномочиях? — голос эльфа стал опасно тихим. — Потому что я всегда могу перевести твою команду на маршруты Северного хребта. Говорят, сдвиг ветра там сейчас особенно жестокий.

Руки вожака сжались в кулаки, всё его тело излучало едва сдерживаемую ярость. Угроза явно имела вес — через нашу связь я почувствовала резкий всплеск тревоги и у Кэная, и у Таймура.

— Ты не можешь заставить его работать со сломанной лодыжкой, — настаивал вожак; его голос дрожал от усилия сохранить самообладание.

— Смотри, как могу. — Эльф сделал пометку на планшете. — Микаэль, у тебя пять минут, чтобы перекинуться и вернуться в упряжь, иначе вся команда получит взыскание.

Раненый попытался подняться, но как только он перенёс вес на ногу, тут же рухнул, вскрикнув от боли.

— Это безумие, — прорычал вожак, бросаясь поддержать товарища. — Ему нужна медицинская помощь, а не...

— То, что ему нужно, — рявкнул эльф, — это помнить о последствиях, если маршрут не будет завершён вовремя. И тебе тоже, Алекси. Ты же не хочешь, чтобы дети проснулись на Рождество без подарков, правда?

У меня остановилось сердце.

Это был Алекси.

Он помог раненому оленю удержаться на ногах, его массивная фигура заслоняла меньшего мужчину от холодного взгляда эльфа.

— Тогда хотя бы позволь мне взять на себя его часть груза.

— Категорически нет. Он обязан закончить маршрут. Либо он тянет свою долю, либо штрафуется вся команда.

Лицо Алекси побелело от ярости. На мгновение мне показалось, что он прямо сейчас набросится на эльфа. Воздух вокруг него дрожал от агрессии, и я заметила, как остальные члены упряжки нервно отступили назад.

— Ты покалечишь его навсегда, — процедил Алекси сквозь стиснутые зубы.

— Это его выбор, — пожал плечами эльф.

Я наблюдала, как по лицу Алекси пробегает внутренняя борьба — отчаянное желание защитить товарища сталкивалось с пониманием, что любое неповиновение обрушит наказание на всех. История, которую я видела сотни раз.

— Он заканчивает маршрут — и квота считается выполненной? — спросил Алекси, его голос стал опасно тихим.

— Именно это я и сказал.

— Хорошо. — Алекси повернулся к Микаэлю, челюсть его напряглась. — Забирайся ко мне на спину.

Микаэль слабо кивнул.

Надзиратель открыл рот, чтобы возразить, но Алекси перебил его:

— В политике компании сказано, что он должен закончить маршрут. Не сказано — как. — Он впился взглядом в эльфа. — Я понесу его. И его груз.

— Это не...

— Проверь планшет, — прорычал Алекси. — Или ты хочешь объяснять руководству, почему мешаешь работнику выполнить назначенный маршрут?

Рот эльфа захлопнулся. Его лицо налилось краской, но он знал, что Алекси прав. Завершённый маршрут значил больше, чем процедуры.

Алекси нашёл лазейку — крошечную трещину в системе, позволившую защитить товарища, не нарушив формально ни одного правила.