Чтение онлайн

Сяхоу Бо: "?»

— Тогда я только что вошла во дворец, и Ваше Высочество, должно быть, ещё охранял границу. Я видела, как на него сзади напал крупный человек. К счастью, Ваше Высочество быстро среагировал и отбил атаку… потом я проснулась, очень беспокоилась, но, к счастью, Ваше Высочество благополучно вернулся.

Сяхоу Бо вспомнил тот случай.

Нападавший был генерал Ло, с которым он был очень близок, и они часто шутили, проверяя боевые навыки друг друга. Так называемое «нападение» было всего лишь шуткой.

Таким образом, она действительно обладала небесным оком, но могла видеть только фрагменты, а их значение не всегда могла правильно понять.

Сяхоу Бо продолжал анализировать и спокойно спросил:

— Вань Инь, император когда-нибудь говорил тебе, что он видел?

Ю Вань Инь уже была готова к этому вопросу:

— Однажды он проснулся, сказав, что видел меня своей императрицей, стоящей рядом с ним, когда государство процветало.

Сяхоу Бо пренебрежительно заметил:

— Вань Инь умна, и даже без небесного ока должна понимать, что сейчас в государстве внутренние и внешние проблемы, и нет признаков возрождения. Если император проснулся от этого сна, каким было его выражение?

Ю Вань Инь печально опустила голову.

Сяхоу Бо с тоном, как будто предлагает ей перейти к нему на работу:

— Ты пережила множество взлётов и падений во дворце, и всё ещё считаешь императора мудрым правителем?

— …Вань Инь всего лишь несчастная, случайно увидевшая часть небесного замысла, и далёкое будущее для меня покрыто туманом. Что Ваше Высочество хочет от меня?

Сяхоу Бо прищурился, глядя на её бледное лицо, опущенное вниз.

Сегодня она была наряжена в образ пионовой феи для праздника цветов, в золотисто-красных нарядах, излучающих роскошь, но её лицо было поникшим, как увядший баклажан, с выражением полной растерянности.

Совсем не та женщина, что была на озере.

В тот день он стоял на берегу и слышал её отчаянный крик «Разорви его!», и до сих пор не мог понять, не ослышался ли. Но та смелость прорвала пространство, она словно изнутри разорвала оковы и начала светиться.

Это пробудило в нём необоснованное желание… захватить этот свет.

— На днях я во сне видел, как император и ты катались на лодке по озеру и беседовали с несколькими простолюдинами. Я обеспокоился твоей безопасностью за пределами дворца, поэтому отправил людей следить за вами. Неожиданно рядом с императором появился мастер боевых искусств, который без колебаний убил моих людей.

Ю Вань Инь: «…»

Она никогда не встречала столь наглого человека.

Сяхоу Бо даже с праведным видом спросил её:

— Кто эти люди, которых вы видели? Кто этот мастер боевых искусств, Вань Инь, ты его видела?

Ю Вань Инь, желая продержаться дольше и не желая прямо конфликтовать, вынуждена была проглотить обиду:

— Я хотела научиться одной песне, и император выбрал несколько простолюдинов, чтобы они меня обучали. А этого мастера я никогда не видела во дворце.

— Так ли это? Можешь ли ты использовать своё небесное око, чтобы определить его местонахождение?

Ю Вань Инь поспешно ответила:

— Ваше Высочество не знает, что образы во сне странные и фантастические, они даны нам небесами и не могут быть вызваны по нашему желанию?

Сяхоу Бо был поставлен в тупик.

Он немного помолчал, затем медленно протянул руку и нежно коснулся её лица:

— Попробуй для меня, хорошо? Возможно, вскоре ты поймёшь, кто твой настоящий благодетель.

Ю Вань Инь приложила все усилия, чтобы не отступить назад.

Он говорил это для того, чтобы показать, что его терпение на исходе.

* * *

Вернувшись в императорские покои, Ю Вань Инь сразу же вызвала проверенных тайных стражей и приказала:

— Разместите побольше защитных амулетов и оберегов от злых духов на пути Се Юнэр.

Тайный страж удивился:

— Госпожа, неужели Се Юнэр — демон?

Ю Вань Инь загадочно ответила:

— Она сама это знает.

Тайный страж снова спросил:

— Есть ли какие-то особые требования к оберегам?

— Никаких особых требований. Чем страшнее выглядят, тем лучше. И не забудьте разложить книги о великих мастерах, побеждающих демонов. Чем трагичнее конец демонов, тем лучше.

Принц Сяхоу Бо был очень осторожен и никому не доверял, даже Се Юнэр. Иначе он бы не пришел к Ю Вань Инь, чтобы сделать её запасным вариантом.

Он, конечно, не собирается безоговорочно ей доверять и непременно проверит всё у Се Юнэр. Нужно заранее запугать Се Юнэр, чтобы она стала подозрительной и настороженной, и когда Сяхоу Бо начнёт её допрашивать, она не сможет всё выдать.

Какие-то её ложь и нестыковки с Ю Вань Инь не были важны. Главное, чтобы Сяхоу Бо запутался, не зная, кому верить. Если он полностью перестанет доверять предсказаниям Се Юнэр, это будет большим успехом.

Весь день Се Юнэр на каждом шагу видела пугающие обереги и страшные вещи. Книги с историями о мастерах, побеждающих демонов, только усиливали её страх: «Ты, демон, под прицелом, тебя заклеят талисманами и сожгут.»

Кто это? Кто хочет её погубить?

Император? Нет, с его характером он бы просто казнил её, не тратя время на такие предупреждения.

Кто-то из ревнивых наложниц? Нет, они бы просто донесли на неё императору, зачем посылать ей все эти знаки?

Когда принц Сяхоу Бо пришел на вечернюю встречу, их беседа о поэзии внезапно была прервана его вопросом:

— Юнэр, ты говорила, что иногда можешь предсказывать будущее?

Се Юнэр замерла.

Да, об этом она говорила только ему.

Неужели древние люди всё-таки не могут принять её способности и считают её демоном? Эти обереги — попытка её обезвредить?

— Эм… не всегда… и не всегда точно…

— Когда ты гадаешь, что ты чувствуешь? Ты слышишь небесные голоса?

Се Юнэр не осмелилась сказать правду и неуверенно ответила:

— Не так уж и четко, просто смутные ощущения.

— Ощущения?

— Да…

Сяхоу Бо бросил на неё взгляд, задержавшись на её побелевших от напряжения пальцах, затем взял её за руку и мягко сказал:

— Не бойся, я сохраню твой секрет.

Зачем тогда ты меня испытываешь? В панике и с обидой подумала Се Юнэр. Она отдавала ему всё сердце, а взамен не получила даже честного ответа. Его действия были слишком противоречивыми.

— Юнэр, можешь предсказать, что планирует император?

— Император? — Се Юнэр задумалась: — Кажется, ничего особенного.