Кальдебарас. Вехойтис, Загрис, Форманис
Шрифт:
Annotation
Один из витков Великого предназначения может показаться не таким уж и правильным, но всё, что тут произойдёт, имеет очень важное значение и далеко идущие последствия.
Часть 1
Часть 2
Часть 3
Часть 4
Часть 5
Часть 6
Часть 7
Часть 8
Часть 9
Часть 10
Часть 11
Часть 12
Часть 13
Часть 14
Часть 15
Часть 16
Заключение
Кальдебарас. Вехойтис, Загрис, Форманис
Часть 1
Слово «сатларм» появилось относительно недавно, несмотря на то что было из древнего наречия. Чтобы понять его значение, можно разделить это слово на две части: «сатл» - воитель и «ларм» - месть, возмездие. Получается, мстящий воин, рыцарь воздаяния. Да, сатлармы не оставят без наказания ни одно злодеяние. И если они терпят поражение, то обязательно вернутся с новыми силами, чтобы вырвать победу. А ведь в древние времена слово «ларм» означало нечто большее, нежели просто мстительный настрой ума. Это было законом. Законом о том, что всякое деяние принесёт свои плоды. Поступаешь верно – пожнёшь благо. Замыслил скверну – получишь нечестие. Именно такой смысл первоначально вкладывался в значение слова «сатларм». Это тот, кто был объят праведностью и нёс эту самую праведность другим. Но как же быстро исказился смысл этого слова. Как же стремительно праведное воздаяние превратилось в самую обычную месть. Напрасно Святая Империя принялась брать в свои ряды ещё и людей.
Раньше меня звали Осмаил. И раньше я был сатлармом. Вся Святая Империя делится на две части: земная и небесная. Земная состоит исключительно из людей. Раньше служить свету могли как мужчины, так и женщины. Однако после Малалитали – жуткого периода мощнейшего грехопадения – вторых перестали брать на службу. Так что сатлармами теперь могли стать только мужчины. Небесная часть империи населена другими представителями святости и света. Там обитают нимкары – те же сатлармы, но которые после долгой и верной службы в Святой Империи изменились, став могущественными духовными личностями. В небесных пределах обитают так же сакры – те же нимкары, но гораздо более могущественные. Их всего 18. После всё той же Малалитали их стало 17, потому что Лефаила, владычица любви, была сражена в битве за свой мир. Но этот период имел более губительные последствия – земная и небесная части Святой Империи разделились. Теперь нимкары никак не участвовали в жизни сатлармов. А те в свою очередь постепенно утратили веру в них.
Я родился спустя много столетий после того самого происшествия, а потому уже с ранних лет учился полагаться лишь на себя, не взывая ни к каким нимкарам. Да, я знал об их существовании, однако никогда не видел ни их самих, ни хотя бы уж признаков того, что они есть. Я просто, как и все, принимал россказни об этих могущественных существах, как нашу культуру, как наш фольклор. Мы все часто слышим о том, что нужно молиться нашему богу Сакраарху, что нужно всем сердцем верить в него и вверять свои души в его милостивые руки. Но всё это было лишь общими фразами, которые произносились только лишь для того, чтобы создать антураж святости и света. На самом деле я был уверен: даже сами те, кто об этом говорили, едва ли поступали так же. А потому мы все лишь привыкли с умным видом кивать в ответ на эти высокопарные речи, а также повторять их, как некое заученное стихотворение, даже не задумываясь над тем, что всё это значит. Но, чего у сатлармов не отнять, так это их самоуверенности. Каждый рыцарь воздаяния был до фанатизма уверен, что сатлармы – это не больше и не меньше, но эталон праведности. А потому служить в Святой Империи – это величайшая честь. Да чего уж там говорить? И я всем своим сердцем был уверен в том, что стоять среди святых воителей – это наивысшее благо, которое может быть дано живому существу.
В Святой Империи не так много разновидностей служителей. Я, к примеру, как и большинство, был лерадом. С древнего наречия это слово можно перевести как «защитник, страж». Это означало, что мне выдаётся латное облачение, а также меч и щит, чтобы я мог нести службу на улице своего города и следить за соблюдением порядка. Но, само собой, когда объявлялся военный сбор, я вынужден буду покинуть свой пост и предоставить себя для несения возмездия врагу, посмевшему осквернить наши земли своим присутствием. А врагов, надо признать, у нас было много. Я не стану их перечислять, потому что легче сказать, кто не был нашим врагом – люди. Все остальные существа, которые не являлись людьми, считались врагами Святой Империи, так что их присутствие означало скверну. Однако по доброте нашей душевной мы не кидались истреблять всех и каждого, а лишь настойчиво требовали покинуть наши угодья. И только в случае неповиновения такие уничтожались. Лишь трёх существ было велено нещадно истреблять, как только кто-то из них попадётся нам на глаза, потому что они – наши злейшие враги. Это саткары, нежить и хахормес. Я лишь единожды в своей жизни встретился с первыми двумя. Но эта же встреча стала для меня и последней.
Лармуд или с древнего «воздаятель» – это мечта каждого лерада. За отменную службу в рядах Святой Империи можно было удостоиться чести стать этим могущественным воителем. Для того, чтобы ходить в полном латном обмундировании, нужно обладать не дюжей физической силой и выносливостью. Но, глядя на лармуда, я всегда поддавался изумлению. Каким же образом нужно натренировать своё тело, чтобы носить их доспехи? Эти исполины с ног до головы закованы в свою броню и по сравнению с нами, с лерадами, кажутся просто великанами. Ходят слухи, что они получили силу свыше, а потому могут носить своё облачение. Их вера настолько крепка, что Сакраарх поддерживает их своей святостью, и они уже наполовину нимкары. Я никогда за всю свою жизнь не видел ни одного лармуда без брони. Их вооружение такое же впечатляющее, как и облачение – два огроменных меча. Да, их глухие латы обеспечивали такой уровень защиты, что им не нужны были щиты, как у нас, у лерадов. Каждый из них – это целый двуручник, однако лармуд держит два этих меча в каждой руке, как одноручное. Они, как и лерады, тоже были стражами закона, они тоже несли службу на благо наших городов. Их голоса, звучащие из-под закрытых глухих шлемов, всегда были грозными и внушающими трепет. Каждый враг терял уверенность в себе, слыша его громогласные изречения. А каждый союзник, наоборот, укреплялся, внимая словам этого могущественного воздаятеля. Да вот только всё было не так. Лармуды славились своей излишней праведностью. А потому встретить одного из громил на улице города всегда означало лишь одно – сейчас начнётся длинный перечень того, что ты сделал неправильно. «Лерад, помни, что Сакраарх всеведущий. И от него не укроется никакое нечестие, а потому и тебе следует быть более внимательными». «Славный защитник, твоя рука не лежит на рукояти твоего оружия. А это значит, что ты на один шаг позади от твоего врага». «Святой служитель, возведи руки к небесам и вознеси молитву хвалы нашему всеславному протектору и освободителю милостивому Сакраарху». Любой же намёк на неповиновение ему влёк за собой очень суровую кару, в большинстве случаев выраженную в рукоприкладстве. Но они всё это называли дланью всевышнего.
Чародеи были третьим видом сатлармов. Они появились в рядах Святой Империи много позднее после того, как в неё стали набираться люди. Вообще сатлармы считали любой источник могущества, кроме лишь силы Сакраарха, святотатством. Идёшь во имя какого-то другого бога, а не Сакраарха? Ты враг империи. Пользуешься магией, а не силой света? Ты враг империи. Колонизируя новые миры, сатлармы жестоко притесняли чародеев и не давали им иного выбора, кроме как покинуть мир, который вскоре станет оплотом святости, или же погибнуть в тщетной попытке победить захватчиков. Маги пытались договориться сосуществовать, но воители возмездия были непреклонны. Однако постепенно всё менялось. Я доподлинно не знаю, как всё было, но большинство склоняется к тому, что магам всё-таки удалось показать сатлармам всю пользу от своего ремесла, а те в ответ на это разрешили жить бок о бок со Святой Империей, но с одной оговоркой – как только служители света заподозрят что-то тёмное в их чарах, они тут же разорвут этот союз. Так постепенно чародеи слились с империей и начали обживаться. Но всё же неприязнь к магам не изгладилась в одночасье. И большинство до сих пор считает их шарлатанами, от которых можно ожидать любого подвоха. Чародеи Святой Империи находятся под строгим наблюдением лармудов, которые проверяли, чтобы в их магии не было ни капли тьмы. Но маги добросовестно относились к требованиям, так что изучали исключительно созидающие грани различных сфер магии, но самым главным было то, что они использовали свет Сакраарха для сотворения собственных чар. Как говорят лармуды, это было самым сильным показателем святости чародеев.
Был ещё и четвёртый вид сатлармов, и тоже чародеи. Но их называли сатлятагами, что с древнего наречия можно перевести как «воители скорби». Непонятно, почему «воитель», ведь они были чародеями, хотя и не входили в их число. Однако эти скорбные рыцари были ещё менее уважаемы, чем обычные чародеи, потому что в них явно проглядывалась склонность ко тьме. Их было очень мало, во много раз меньше лармудов. Я в своей жизни встречах их всего дважды. Первый раз случайно он мне повстречался на улице. Некто в чёрном балахоне с надвинутым на лицо капюшоном быстрым шагом двигался по дороге, которую патрулировал я. Он одним только своим присутствием приковал к себе множество взоров. И все подолгу смотрели ему вслед. Он пронёсся мимо меня и устремился дальше. Второй раз я видел сатлятага, когда оказался в другом мире. Тот был среди чародеев и помогал им возводить строение. После этого я их никогда не видел. Да и вообще поговаривают, будто бы их орден распустили, так что сатлятаги больше не служат в Святой Империи. Кто они и для чего их вообще призвали в сатлармы, мне об этом ничего не известно. Но то, что тьма какое-то время находилась рядом со светом, было для меня весьма удивительным открытием. Наверняка сатлармы хотели использовать тёмные знания для того, чтобы научиться сражаться с тёмными существами, однако быстро поняли, что тьма ведёт лишь ко тьме. Её изучение не даёт преимуществ против врагов империи, но даже наоборот, позволяет врагам использовать эту тьму для того, чтобы бороться со светом. Но всё это лишь мои предположения.
А ещё у нас были ордены, где мы служили. Сатлятаги входили в орден Чёрной розы. Орден чародеев так и назывался – орден чародеев. Лармуды входили в разные ордены. Один из них мог принадлежать к Ордену священного крыла, другой – к Ордену карающего взора. А орденов, в которых входили лерады, было вообще без счёта. Иногда и вовсе доходило до того, что в одном городе можно было встретить два ордена с одинаковым названием.
Итак, я, простой лерад из Ордена солнечного щита, проживающий на территории, подвластной башне Сэкрос, вёл простую жизнь стражника. Один день и одну ночь я патрулировал свой район, потом возвращался в казармы, снимал своё облачение, возвращался к себе домой, отсыпался, молился Сакраарху, прочитывал одну главу из Священной Белой Книги, а после два дня и одну ночь проживал так, как моей душе было угодно. Мог сходить в таверну и пропустить парочку кружек крепких напитков, что обычно оканчивалось попойкой. Мог завести новые знакомства, что обычно оканчивалось тем, что какая-нибудь простодушная девушка просыпалась в моей постели. Мог пойти в храм и за определённую плату искупить свои грехи перед престарелым священником. В общем, моя жизнь была обычной для любого сатларма. Я знал, что такое поведение не подобает верному служителю света. И они вовсе не приближают меня к моей мечте – стать лармудом. Но ничего поделать не мог. Грех был сильнее праведности. Да, я возносил мольбы Сакраарху, я читал его Священную Белую Книгу, я посещал его храмы и каялся в своих грехах. Но вот только молитвы были заученными наизусть заклинаниями, чтение книги стало просто традицией, а раскаянье не было искренним. Я кружился во всём этом хороводе замкнутого образа жизни, будучи не в силах разорвать этот порочный круг. И вот, однажды мне выпадает уникальная возможность изменить свой образ жизни.
Я много раз слышал, как наши воители ходят в другие миры, чтобы основывать новые колонии, расширяя таким образом область влияния Святой Империи. Довольно часто воители возвращались со скорбными известиями – мир так и не удалось отбить у тех, кто там заселился. Но однажды новость о том, что одна из наших групп всё-таки обнаружила мир, пригодный для заселения, пронеслась по всему Сэкросу. Каждый был рад такому обороту событий. И я в их числе. После этого время от времени лармуды ходили и от лица нашей правительницы – сакры Амалиилы – вербовали людей (и не только сатлармов) для того, чтобы переселиться туда и помогать осваивать новые территории. Я никогда не просился в такие отряды, предполагая, что сакра сама предопределяет того, кто должен пойти. Но, оказалось, путешествие в другой мир можно было совершить по желанию. И вот, на моих глазах один из мужчин, которого лармуд призвал, отказался. Громила принялся со всем фанатизмом настаивать на том, чтобы тот передумал, утверждая, что на то воля нашего всеславного протектора, что экспансия – это святая обязанность каждого жителя Святой Империи. Мужчина понимал, что второй отказ может спровоцировать рукоприкладство, а потому уже готовился соглашаться, однако я вмешался и спросил, не могу ли занять его место. Лармуд какое-то время молча смотрел на меня, а после из-под его шлема послышался его грозный голос:
– Да будешь ты благословлён рукой нашего владыки, отважный лерад, за такое благое дело.
И после этого он объяснил, где мне нужно будет оказаться завтра в полдень. Также громила дал мне совет, чтобы я не брал с собой многое – лишь самое необходимое, побудив положиться в этом деле на Сакраарха, что к тем, кто жертвует ради него чем-то, он проявляет особую благосклонность. Когда исполин ушёл, тот мужчина не смог найти слов, чтобы выразить всю свою благодарность. Я же сказал ему, что тут особо-то и не за что благодарить. И, вот, пребывая в задумчивости, я поспешил в казармы, чтобы сообщить командиру о своём решении, а затем явиться домой и собрать вещи, которые были необходимы. Я решил послушаться лармуда и положиться на Сакраарха, хотя и не сильно-то верил в него. И вот, в назначенный день в назначенное время я прибыл в назначенное место, где меня ждали те, с кем должен буду отправиться в другой мир. Среди них были и лерады, и обычные жители, целые семьи. Я предвкушал интересное приключение.