Чтение онлайн

— …

Линь Цюши стало смешно, однако он подумал, что рассмеяться сейчас будет не к месту, и просто опустил глаза, притворяясь, что поглощён процессом очищения личи.

— Зачем так сразу! — Ли Дунъюань даже обиделся. — Я ещё не спросил с тебя за то, что ты притворился Чжу Мэн и заигрывал со мной.

В глазах мужчины блеснули слёзы, и Линь Цюши невольно вспомнил Тоста, корги Чэн Цяньли…

Однако Жуань Наньчжу был непреклонен — его таким не пронять. Он даже нисколько не удивился, когда Ли Дунъюань раскрыл его обман.

— Хватит болтать попусту. Давай к делу.

— Я слышал, у тебя осталась подсказка для девятой…

— Слышал? — с фальшивой улыбкой переспросил Жуань Наньчжу.

— Мать твою, я правда всего лишь слышал! Все об этом судачат.

Их разговор напомнил Линь Цюши о том, что Жуань Наньчжу прошёл уже через десять дверей. Значит ли это, что он уже добыл подсказку для одиннадцатой? Интересно, что написано в той подсказке? Она чем-то отличается от других?

— И? — Жуань Наньчжу посмотрел на Ли Дунъюаня.

— И… не мог бы ты продать её мне? — Вот и прозвучала истинная причина его визита.

Но Жуань Наньчжу безжалостно отказал:

— Это невозможно.

— Назови любую цену, и если я смогу её заплатить… — Подсказку для девятой двери было слишком тяжело добыть, раз даже у Ли Дунъюаня не вышло.

И только Жуань Наньчжу, этот безумец, мог завладеть сразу двумя.

Жуань Наньчжу откусил личи, которую Линь Цюши поднёс ему ко рту, и ничего не ответил. Видя такое отношение, Ли Дунъюань явно забеспокоился.

— Через тринадцать дней наступит момент моего похода за дверь. У меня не так уж много времени.

— Ты ведь с таким удовольствием мешал моему бизнесу, — припомнил Жуань Наньчжу. — Ещё и слухи обо мне распускал. — Он посмеялся, но взгляд остался холодным. — А теперь пришёл в ножки мне кланяться?

Ли Дунъюань неловко улыбнулся:

— Прости, прости. Хочешь, я проведу с тобой ночь, и Ваше Превосходительство, как эталон щедрости, забудет обо всех обидах?

Жуань Наньчжу указал на дверь:

— Выкатывайся.

Ли Дунъюань обиженно надулся.

Линь Цюши подумал, что тот перегнул палку. Ладно бы просто попросил подсказку, но зачем пытаться соблазнить их шефа? Жуань Наньчжу совершенно заслуженно велел ему выкатываться.

— Впрочем, я могу поделиться с тобой подсказкой, — произнёс Жуань Наньчжу. — Но при одном условии.

— При каком?

— Ты пойдёшь с ним в десятую.

Ли Дунъюань ошарашено посмотрел на Линь Цюши.

— Ты же не…

— Да, — ответил Жуань Наньчжу.

— Ты рехнулся?! — Ли Дунъюань переменился в лице.

Жуань Наньчжу уже терял терпение:

— Или соглашайся, или проваливай. Нечего тратить моё время.

Ли Дунъюань то мрачнел, то бледнел, и в итоге всё-таки пообещал, стиснув зубы, что войдёт вместе с Линь Цюши в десятую дверь. Но судя по выражению его лица, он очень хотел бы что-то сказать, и только присутствие Линь Цюши мешало ему это сделать.

Линь Цюши поднялся и вышел, заявив, что ему нужно вымыть руки.

Жуань Наньчжу не стал возражать.

Возвращаясь из туалета, Линь Цюши услышал, как Жуань Наньчжу и Ли Дунъюань о чём-то бурно спорят. Последний, совершенно не будучи достойным соперником Жуань Наньчжу в словесных препирательствах, в итоге едва не выбил дверь палаты, когда уходил. А увидев в коридоре Линь Цюши, ещё и сердито уставился на него.

Тот не понял причины такого взгляда, а Ли Дунъюань пробурчал:

— Будь осторожнее, у Чжу Мэн под юбкой побольше твоего будет!

Линь Цюши:

— …

Я уже знаю, что у него больше, нет нужды говорить мне об этом, спасибо.

Войдя в палату, Линь Цюши застал Жуань Наньчжу сидящим на кровати без всякого выражения на лице.

— Почему вы поругались? — спросил Линь Цюши.

— Все так и норовят указать мне, что делать, — с презрением бросил Жуань Наньчжу. — И он туда же.

Линь Цюши сказал ему:

— Ты ещё не поправился, не сердись. — Затем добавил: — Что хочешь на ужин?

Жуань Наньчжу откинулся на спинку кровати.

— Кашу. Только свари сам.

Ли Дунъюань, рассерженный, ушёл, и Линь Цюши не стал придавать этому значения. Он думал, что между ними произойдёт ещё немало событий, не важно — хороших или плохих. Но никак не мог представить тогда, что виделся с Ли Дунъюанем в последний раз.

На утро тринадцатого дня у Жуань Наньчжу, которого уже выписали из больницы, зазвонил телефон. Обитатели коттеджа как раз завтракали за одним столом. Мужчина взял трубку, послушал, затем положил и со слегка окаменевшим выражением лица тихо проговорил:

— Ли Дунъюань мёртв.

Оживлённые разговоры за столом тут же стихли.

Чэн Цяньли даже перестал жевать баоцзы, потрясённо ахнул и задал вопрос, который крутился у каждого на языке:

— Жуань-гэ, что ты сказал? Ли Дунъюань… это тот Ли Дунъюань, из Белого оленя?

Жуань Наньчжу утвердительно хмыкнул и добавил:

— Я должен туда поехать. — Он поднялся из-за стола.

— Я с тобой, — предложил Линь Цюши.

Жуань Наньчжу только вышел из больницы и пока не полностью восстановился, даже сейчас выглядел немного бледнее обычного. Линь Цюши переживал, что с ним может что-то случиться.

— Хорошо, — Жуань Наньчжу согласился взять его с собой.

Быстро одевшись, Линь Цюши запрыгнул в машину на водительское сиденье.

Жуань Наньчжу назвал адрес и закрыл глаза, задремав на пассажирском рядом. Длинные чёрные ресницы, подобные вороньим перьям на фоне бледного лица, чуть подрагивали, придавая ему хрупкости и беззащитности. Но эта беззащитность, конечно, была лишь иллюзией.

Опечалился ли Жуань Наньчжу? Нет, Линь Цюши чувствовал, что это в большей степени ожидание той же участи. Жуань Наньчжу не выносил Ли Дунъюаня, но всё же не хотел для него такой смерти, поскольку неизбежно задумывался, что с ним когда-нибудь произойдёт то же самое.

Линь Цюши вспомнил их последнюю встречу с Ли Дунъюанем и вздохнул, словно пытаясь избавиться от тяжести в груди.

Через сорок минут они приехали к расположенной в черте города высотке.

Линь Цюши сначала решил, что Белый олень снимает здесь квартиру, но оказалось, что они выкупили весь дом.