Калейдоскоп (Том 2)
Шрифт:
Александра с отсутствующим видом глядела в окно.
– Она думала, что я ей помогу.
Анри рассмеялся, будто услышал из уст жены что-то абсурдное.
– Она могла бы в крайнем случае обратиться ко мне. Я лучше тебя разбираюсь в делах.
Однако Анри прекрасно знал, что Маргарет никогда бы к нему не обратилась. Они едва терпели друг друга.
По прибытии в "Тальвент" Анри принялся представлять жене тех гостей, которых она не знала.
В ресторане собирался "весь Париж": мужчины в темных костюмах и красивые, элегантно одетые женщины. Зал поражал изысканной обстановкой и обилием свежих цветов. Сюда был открыт доступ только элите, но и ее представителям иногда приходилось подолгу ждать возможности заказать столик.
Это был любимый ресторан Анри. Он получал удовольствие, бывая здесь с супругой, друзьями и компаньонами. Люди, участвовавшие в ужине в этот вечер, являлись его потенциальными политическими сторонниками.
Александра понимала чрезвычайную важность мероприятия, но, как ни старалась, не могла сосредоточиться на беседе.
К концу вечера она чуть не плача под уничтожающим взглядом мужа отчаянно пыталась поддерживать разговор.
– Простите, что вы сказали?– в который раз за вечер переспрашивала она. До нее совершенно не доходило, что говорит собеседница: про юг Франции или про своих детей?– Извините, ради бога...
Глаза у Александры наполнились слезами. Она приложила к глазам салфетку, притворившись, что закашлялась. Время тянулось ужасно медленно, ужин казался ей бесконечным.
Когда они покидали ресторан, Анри был в ярости.
– Как ты могла?– упрекал он жену по пути домой.– Твое отношение к присутствующим было просто оскорбительным.
– Мне очень жаль, Анри... Я себя неважно чувствовала... Не могла сосредоточиться... Я...
Но все ее мысли вертелись вокруг Джона Чепмена, проживающего в "Бристоле". Ем хотелось позвонить ему.
– Раз ты себя плохо чувствовала, не надо было вообще ездить со мной. Ты только навредила делу. Анри никак не мог успокоиться.
– Прости... Я старалась.., правда старалась... По щекам Александры катились слезы. Ей было совестно, что она подвела мужа, но голова у нее теперь была занята массой других проблем.
– Тебе нет оправдания!..– бушевал Анри.– Я не потерплю такого отношения с твоей стороны!– И нанес последний удар:
– Ты становишься просто невыносимой после встреч со своей матерью!
Анри сказал это так, словно Александра была непослушным ребенком, а он имел право распекать ее.
– Моя мама тут совершенно ни при чем, - тихо ответила Александра.
Анри не отрываясь смотрел на нее. Он даже не обращал внимания на присутствие водителя.
– Тогда где ты была сегодня до шести часов?– настойчиво спросил он.
Опять недоверие. Александра лишь покачала головой, поглядела в окно, затем перевела взгляд снова на мужа:
– Я тебе сказала. Я была у мамы.
– Там был кто-то еще?
Анри раньше никогда не проявлял такой подозрительности, Александре больно было слышать от мужа подобные слова.
– Конечно, нет. Господи, в чем ты меня подозреваешь?
Она хотела сказать, что не увлекается тем видом спорта, что он, но решила не открывать ящик Пандоры и не создавать еще больших проблем. Вместо этого ласково коснулась его руки:
– Анри, пожалуйста...
Однако супруг не проявил желания смягчиться.
– Ты меня сегодня опозорила!
– Прости. У меня ужасно болела голова.
Анри больше не проронил ни слова.
Когда они приехали в свой особняк на авеню Фош, он вежливо открыл Александре входную дверь, а потом ушел к себе в комнаты и там заперся.
Глава 22
На следующее утро, как только Анри уехал на работу, Александра позвонила в отель "Бристоль".
Когда она представлялась Джону Чепмену, рука с трубкой у нее дрожала, а голос срывался. Александра ужасно волновалась и не в силах была справиться с собой.
"Если бы Анри знал, что я делаю или что мне рассказала мама, - думала она, - он бы, наверное, подал на развод".
– Вы говорили с вашей матерью? У Чепмена был спокойный, располагающий к себе голос, беседовать с ним оказалось легко.
– Да, вчера... Я... Я ничего не помнила...
Но Чепмен, похоже, не осуждал ее за это.
– Может, так для вас было легче - обо всем забыть?..– Он сделал небольшую паузу и мягко спросил:
– Мы не могли бы сегодня встретиться?.. Э-э... Извините, я не знаю вашей фамилии по мужу, мне известна только фамилия вашей матери.
Тон у него был очень деликатный. Чепмен производил впечатление хорошо воспитанного и образованного человека. Сначала Александра опасалась, что это будет один из тех наглых сыщиков, которых показывают во второсортных детективных фильмах, и это тоже усиливало ее нервозность.
– Де Мориньи. Александра де Мориньи.
Она не стала называть титула. Это казалось неважным.
– Спасибо. Я надеялся, что мы с вами встретимся. Может, прямо сейчас, в первой половине дня? Я хотел бы показать материалы, которыми располагаю. Возможно, вы пожелаете что-то дополнить или.., во всяком случае, вы имеете право знать все, чем я располагаю.
– Большое спасибо. Мы могли бы встретиться у вас в гостинице...
Александра взглянула на настольные часы и быстро прикинула: надо искупаться, одеться, дать указания прислуге. К ужину Анри ждет гостей.
– В одиннадцать. Вам это подойдет?
– Конечно...
"Если повезет, - подумал Джон, - я успею на ночной рейс в Нью-Йорк".
Его ждало много работы. Он не намерен был бесконечно прохлаждаться в Париже.
– Я встречу вас в вестибюле. Мой рост шесть футов два дюйма, волосы светлые, с косым пробором. На мне будут твидовый пиджак, голубая рубашка и серые брюки.
Александра улыбнулась. Такое описание больше соответствовало внешности студента, чем частного детектива.
Тут она спохватилась, что Чепмен не знает, как она выглядит.
– У меня тоже светлые волосы. Рост - метр шестьдесят...– И рассмеялась:
– Извините. Я всегда забываю, сколько это в английских единицах. Кажется, пять футов пять дюймов. Я буду в сером костюме.
Александра имела в виду серый шелковый костюм, который она обычно надевала с розовой шелковой блузкой и розовым шарфом от Гермеса. Уши украсили изысканные клипсы фирмы "Булгари".