Чтение онлайн

– Вот-вот!
– оживился Джон.
– В точности так происходит и со мной!..

Его преследовали мысли либо о Хилари, либо об Александре, которой он позвонил сразу, как только убедился, что Хилари работает в телекомпании.

Александра была просто счастлива. Теперь она ждала новостей о ходе поисков Меган.

Джон торопил своих сотрудников, так как Паттерсон угасал на глазах.

– И что мне делать, чтобы от этого избавиться?

– Надо закончить работу, довести дело до конца, и все уйдет. Так бывает у меня. Это трудный случай?

В отличие от Саши, она всегда интересовалась его работой, возможно, потому, что искала новые сюжеты.

– Очень. Но две трети дела сделано. Мне надо найти еще один фрагмент отгадки. История довольно необычная. Я тебе ее расскажу, когда завершу работу.

– Хорошую историю я могла бы использовать. На следующей неделе я начинаю новую книгу. На лето я сняла дачу на Лонг-Айленде...

Она работала как одержимая, но, очевидно, получала от этого удовольствие. Улыбнувшись, Элоиза спросила:

– А как твоя балерина?

В ее вопросе не было ревности. После развода у них сохранились добрые отношения. Джон как-то познакомил се с Сашей, и Элоиза, сама не будучи в восторге от подруги экс-супруга, поняла, что он сильно ею увлечен.

В ответ Джон пожал плечами:

– Так себе. Люди, связанные с балетом, видимо, живут в замкнутом мирке. Она весьма далека от действительности, реалий моей жизни, во всяком случае.

– Выходит, балерины даже хуже писательниц?
– опять улыбнулась Элоиза.

– Гораздо хуже. Ты по крайней мере не жаловалась денно и нощно на боль в ступнях и не дрожала за свои драгоценные мышцы. Вообще им лучше не дышать, чтобы не дай бог не травмировать себя.

– Как это, должно быть, утомительно!..

Элоиза пригубила вина и с улыбкой посмотрела на Джона. Она ценила его человеческие качества и, порой сожалея, что их брак распался, задавала себе вопрос, мог бы он сохраниться, приложи она к этому больше усилий.

Однако Элоиза была достаточно умной, чтобы понимать, что семейная жизнь не ее поприще. Для работы ей требовалось одиночество, в то время как Джон всегда стремился к полноценной семейной жизни и хотел иметь детей.

– Мне все же не кажется, что она для тебя подходящая подруга жизни.

– Мне тоже, - согласился Джон.
– Но потребовалось некоторое время, прежде чем я это понял. Вообще людей, с которыми мне было хорошо, не так уж много. Большинство или недостаточно умны, или недостаточно приятны, или, кроме себя, ни о ком больше не заботятся.

Джон поймал себя на том, что невольно пожаловался на Сашу. С момента возвращения из Парижа он проявлял к ней гораздо меньше интереса.

– А как насчет тебя? Сказочный принц на горизонте не появился?

Элоиза непринужденно улыбнулась и, помахав знакомому издателю, ответила:

– У меня на это нет времени. Пока все без перемен.

Трудно сочетать карьеру и личную жизнь.

– Но можно, если захотеть.

– Наверное, я не хочу...
– Она всегда была с ним честна.
– Наверное, я не хочу больше того, чем имею. Мне хватает моей пишущей машинки и стареньких халатов.

– Эл, это ужасно. Нельзя так себя растрачивать.

– Ничего не ужасно. Мне никогда не хотелось всей этой сентиментальной ерунды. О детях и думать не могу без содрогания.

– Почему?

Джону это казалось нелогичным. Он считал, что люди должны иметь детей, и сам на протяжении двадцати лет о них мечтал. Но сложилось так, что пока их у него не было.

– Они требуют слишком много внимания, слишком отвлекают. Мне пришлось бы отдавать всю себя. А я хочу отдавать себя книгам. Поэтому я была бы никуда не годной матерью. Я понимаю, что это безумство, но оно делает меня счастливой.

Джон рассмеялся:

– Ты всегда была чертовски откровенной. Знаешь, я хотел еще тебе сообщить, что познакомился с потрясающей женщиной в связи с этим делом.
– Элоиза с интересом приподняла брови.
– Она, правда, замужем за французским бароном и совершенно недосягаема, как принцесса из сказки.

– Однако, я думаю, это лучше, чем твоя балерина.

– Конечно. Но она далеко и принадлежит другому. Тебе бы она пришлась по душе. Она прелестна.

– В один прекрасный день ты найдешь себе подходящую женщину. Только держись подальше от "творческих личностей". Жены из них никудышные. По себе сужу!

Она грустно улыбнулась и наклонилась, чтобы поцеловать его на прощание.

– Не суди себя так строго. Мы оба были молоды.

– А ты был великолепен!

Элоиза поздоровалась со своим редактором, и они вместе вышли из ресторана. Джон пожелал ей успешной работы над новой книгой, посадил в такси, а сам пошел пешком обратно к себе в офис.

На работе его ждала приятная новость. Один из помощников нашел Абрамсов в Сан-Франциско.

Джон ликовал. Прежние попытки разыскать Дэвида Абрамса не увенчались успехом. В конце концов сыщики переключились на его жену, Ревекку, и это дало результат.

Оказалось, что Абрамсы уехали из Лос-Анджелеса в начале шестидесятых годов и направились в южные штаты, где принимали участие в маршах Мартина Лютера Кинга, забастовках и избирательных кампаниях. Они оказывали бесплатную юридическую помощь неграм в штатах Джорджия, Луизиана и Миссисипи, а затем в Билоксе открыли юридическую консультацию.

Оттуда супруги переехали в Атланту и лишь в 1981 году снова вернулись в Калифорнию, но Дэвид, после того как перенес серьезную операцию, вышел на пенсию. Ревекка же занялась в Сан-Франциско адвокатской практикой, специализируясь на защите женщин - участниц феминистского движения.

Помощник ничего не сказал Абрамсам о проводимом ими расследовании. Джон предупреждал, что сам с ними встретится, если Меган будет обнаружена.

Секретарша договорилась о встрече с Ревеккой Абрамс, и на следующий день Джону предстояло лететь в Калифорнию.

Все складывалось прекрасно. Саша по-прежнему была в гастрольном турне; можно было наконец осуществить кое-что, что он намеревался сделать все последние дни. Знал, что должен это сделать. Это было связано с тем, что он пытался объяснить Элоизе за ленчем, - с его навязчивыми мыслями.

Без нескольких минут четыре он ушел с работы и на такси поехал в телекомпанию, где при входе показал охраннику значок службы безопасности и полицейское удостоверение. Этого хватило, чтобы его пропустили внутрь.