Чтение онлайн

Я сказала – растёт? Нет, пожалуй, это не совсем верно.

Вырос.

– Я пока что совершенно не представляю, что мне делать дальше. Может быть, у тебя будут по этому поводу какие-то идеи?

Ученик посмотрел на меня с подозрением.

– Шутки шутишь?

– Нет, Клин. Я вполне серьёзна.

– Тогда и я скажу кое-что серьёзное. Мне пора отвыкать от кличек. Зови меня по имени.

Точно вырос.

– Как скажешь, Устэр.

Подозрительности во взгляде прибавилось.

– Слишком ты смирная, – сказал он будто бы в шутку. – Это смерть на тебя так повлияла?

– Откуда ты знаешь, что я именно умерла?

– Не надо проверок. Я всё-таки некромант. Как ты умудрилась воскреснуть – это пока выше моего понимания. Но твою смерть я почувствовал.

"Пока выше". Гм. Похоже, кроме магии, он набрался от меня и кое-каких дурных привычек.

Ну так что с того? Пусть меня затопчет воробей, если у Клина… тьфу, Устэра нет целого веера причин для самоуверенности!

– Почему молчишь?

– Думаю.

– И о чём?

– Да всё о том же. Не знаю, что теперь делать…

– Это просто. Сперва вернёмся в Белую Крепость, а там видно будет.

"План не хуже любого другого", – подумала я.

Так мы и сделали.

В камине горел огонь. Блики пламени танцевали на полу, стенах, потолке, мебели, ложились чередой неверных отсветов и теней на одежду и лица. Почти не задумываясь о том, что делает, почти небрежно, мимоходом Устэр Шимгере по прозвищу Клин заставлял языки огня меняться. Запертый в камне Красный Зверь то медлительно подрагивал на ложе раскалённых углей, то вскакивал, замахиваясь лапами на воображаемую угрозу из дымохода, то кружился вокруг собственной оси в погоне за синими завитками, наливаясь солнечной желтизной, – и снова ложился, прикидываясь, что дремлет. Удивительное дело, подумал Стилет. Почти чудо. Некромант, так вольно обращающийся со второй по непокорству стихией. Я вот и близко так не могу: привык. Старые барьеры трудно ломать и долго обходить… впрочем, обходные пути в таком деле не помогут. А Устэра когда-нибудь ещё назовут повелителем тёмного огня и ночного ветра.

Возможно, даже Повелителем. И возможно, раньше, чем ему кажется.

"Но сейчас ему ничего ещё не кажется. Он, вон, к мантии-то пока не привык. Вроде бы спокоен, а всё равно чувствуется подавленная неловкость. Даже когда он сидит.

Или это не просто неловкость?"

– Ты видел Эйрас после возвращения из похода?

– Да. Один раз. Она заходила в подвал, где хранится её дракон и где я работаю над своей второй… вторым истоком. Изучила сделанное, дала несколько дельных советов, ушла.

– И как тебе она показалась?

– Клин, что ты хочешь услышать?

Пламя в камине вздыбилось, клокоча негромким рыком… и утихло. Опало.

– Не знаю. Просто Эйрас ведёт себя… не так. Словно после смерти в ней что-то…

– После смерти?

Устэр развернулся к Стилету.

– Разве ты не… ну да. Конечно, не знаешь, – снова взгляд на огонь. – В пещере Льда Предателей Эйрас умерла. Пожертвовала собой. Всплеска переброшенной мне силы оказалось достаточно для победы над клопом, который сидел на артефакте. А потом, когда мы вышли на поверхность, она ждала нас там, целая и невредимая. То есть мне поначалу показалось, что она… невредима. То, что случилось внизу, изменило её.

– Не в первый раз.

– Да, не в первый. Но раньше она с каждым изменением лишь горела ярче, а теперь… ходит, как во сне, думает о чём-то своём, реагирует сразу, но так, будто находится где-то адски далеко, а не здесь и сейчас. На пять минут раскроет какой-то томик – и снова часами смотрит куда-то…

– Что за томик?

– Да я его толком и не видел. Но бумага очень тонкая, а знаки будто не от руки написаны, а специальным големом выведены – строго по линейке, одного размера и без единой помарки…

Устэр тряхнул головой.

– В пропасть! Дело вовсе не в этой загадочной книге, а в самой Эйрас!

– А говорить с ней ты пробовал?

– Конечно. Только что толку? Как она пребывала где-то вдали, так и остаётся там.

– Она что, отвечает невпопад? Запинается, теряет нить беседы?

– Да нет же! Ничего такого, иначе я бы вовсе…

– Что – вовсе?

Ответа Стилет не дождался и нахмурился.

А потом улыбнулся. И спросил, не слишком старательно пряча ехидство:

– Вдруг Эйрас не только воскресла из мёртвых?

– Ты о чём?

– Перечисленные тобой признаки достаточно красноречивы. Но у тебя, возможно, недостаёт опыта по этой части…

– Ты понял, что с ней происходит?

– Не поручусь, что прав. Но поведение Эйрас, которое тебя так беспокоит, вполне нормально и естественно для некоторых женщин в период беременности.

– ЧТО?!

Устэр посмотрел на Стилета сперва ошалело, а потом просто раздражённо.

– Не смешно! – отрезал он. – Утверждать, что Эйрас бесплодна, не стану, но в список её интересов мужчины, по-моему, вообще не входят.

– Да неужели? А кем она тогда интересуется – женщинами, что ли?

Наградой Стилету было редкостное, уникальное даже зрелище. Клин покраснел.

– Нет! Она вообще… ну…

– Ну?

– Подковы гну. И глотаю, не запивая. Беременна, скажешь тоже!

– А ты для пущей уверенности у неё спроси.

– Сам спроси!

– Нет уж, – усмехнулся Стилет. – Я в этом вопросе – лицо постороннее. И не заинтересованное. Как ни жаль признаваться, но в понимании Эйрас я… староват.

Уникальное зрелище повторилось, усугубившись.

– Гамбит ещё и не то ляпнет, – буркнул Устэр, старательно отворачиваясь. – Но от тебя я такого не ждал… коллега!

– Как я посмотрю, у тебя вообще проблема с ожиданиями. То Эйрас делает не то, чего ты ждёшь, то сам не делаешь того, что ждёт она.

– Да с чего ты взял, что я… что её…

– Уж извини, – без следа жалости припечатал Стилет, – но со стороны это очевидно. И уже давно. Отрицать будешь?

– Но что мне делать?!

Стилет проглотил два первых ответа, поразмыслив, проделал то же самое с третьим, после чего сказал с деликатностью, ставшей неожиданной даже для него самого:

– Я видел, как Эйрас рубила камень, валила столетние деревья и строила мост через воображаемую пропасть. Глядя на тебя, замечу, что мост получился крепким и… хм… радующим глаз. Она сделала очень много, но перейти пропасть ты должен сам. Или остаться на своей стороне. Твой выбор. Эйрас способна на многое, но решать за другого она не станет никогда.

– Что да, то да…

Устэр встал. Похоже, помнить о стеснении от не успевшей стать привычной мантии (чёрной со вставками алого и голубого: тёмная магия, огонь и воздух… единственное в своём роде сочетание!) ему было некогда. Направившись к двери широким шагом, он на секунду остановился.