Чтение онлайн

Найти дом с ястребами на крыльце оказалось непросто. Сони не видел его, когда изучал город, и по улице, довольно длинной для бедняцкого района, пришлось изрядно поплутать. Наконец обнаружив здание, Сони оценил выбор Калена. Одноэтажная халупа пряталась в небрежной россыпи более крупных домов, и с улицы заметить ее было невозможно. Рядом с ней почти впритык располагались еще два крыльца, и сторонний наблюдатель, не зная, куда именно направляется Сони, искал бы его потом сразу в трех домах.

После того как он особым образом постучался, иссохшую дверь ему открыл Лейни.

– Ну и разит от тебя!
– отшатнулся мечник.

– Получше, чем от тебя, когда вы разбалтывали Баннила.

Лейни засмеялся. По его собственному признанию, так не пил он уже давно.

– Ну, заходи, не стой столбом.

Дома богатых и бедных северян отличались мало: размером, некоторыми деталями обстановки и, естественно, коврами. Чем богаче был северянин, тем больше толстых ковров устилало его полы, а красочные гобелены прикрывали стены. Шкуры животных, такие дорогие на юге, здесь совершенно не ценились и считались атрибутом бедняцких жилищ. Однако хозяин дома с ястребами был настолько беден, что провалившиеся половицы маскировали всего три тонких истертых ковра, а медвежья шкура была брошена на единственную кровать в доме. Кален отдал ее Келси, помня о его простреленной спине, которая ныла в промозглые дни.

Внутри пахло нестиранными вещами и застарелым мусором. Хозяин, скорее всего, был стар или редко приходил в этот дом. Однако на полу виднелись следы от веника - кто-то явно пытался выскрести помещения. И если у него не получилось, то не потому, что он не старался, а потому, что грязь намертво въелась в пол и стены.

Сони вопросительно взглянул на Лейни. Он оставался здесь ждать отряд, и только он успел бы столько сделать за день.

– Ты?..

– Ага. А ты всю уборку в борделе прогулял, гад, - скалясь, ответил мечник.

Потрясающе. Интересно, солдат специально обучают порядку и чистоте? Или это особое качество Лейни? Сам Сони ни за что не стал бы разгребать чужой хлам, чтобы пожить в убежище пару дней.

Проводив Сони к командиру, в самую просторную комнату, половину которой занимала печь, Лейни завалился на расстеленную на полу постель и захрапел в тон Виньесу на печи. Келси уже спал в соседней комнате, а Дьерд и Тэби либо уже опять за кем-то следили, либо торчали на ночной молитве в храме Шасета - хоть кто-то из отряда должен создавать видимость, что они поклонники Мрачного бога.

Кален устроился за столом, задумчиво постукивая пальцем по глиняной кружке. Сони со стоном шлепнулся рядом с командиром. Охранники борделя били посильнее Виньеса, да и утренние тумаки уже давали о себе знать тупой болью.

– Будешь?
– Кален пододвинул к нему кувшин.
– Хозяин, похоже, промышляет подпольной торговлей. Или он спер откуда-то три бочонка этой штуки.

Сони скорчил рожу, когда в нос ударил кислый запах амреты - напитка сродни пиву, но крепче. Употреблять его могли одни северяне.

– Не хочешь - как хочешь, - ухмыльнулся командир и с явным удовольствием сделал большой глоток.
– Да и тебе, судя по всему, сегодня хватит.

– Не так уж и много я выпил.

Глядя на то, как двигается выступающий кадык Калена, Сони потянулся за другой кружкой и плеснул себе амреты. Для достоверности он в борделе специально проливал на себя и вино, и пиво, и ляпал едой. Это, конечно, не значило, что в рот ему совсем ничего не попадало... Наверное, поэтому звон в ушах так и не прекратился.

На печи заворочался Виньес, которого во сне тревожили звуки беседы. Под глазом у него расплылся багровый фонарь. Да уж, хрен теперь маг даст пуговицы.

– Кален, ты благородный?
– неожиданно спросил Сони.

– Конечно. Самый благородный из всех гвардейцев истинного короля.

Мужчины посмеялись.

– И все-таки, ты высокорожденный?
– уточнил Сони.

– Нет, - командир заглянул в кружку и вздохнул. Похоже, вопрос пробудил в нем неприятные воспоминания.
– Я из семьи кожевников. Дед выбился в люди, отец продолжил его дело, и мне удалось собрать достаточно денег, чтобы вступить в королевскую гвардию. Честно говоря, меня бы не приняли, если бы не сумма, которую я внес, и не моя магическая сила.

– Это радует.

Удивившись ответу, Кален проследил за взглядом Сони и нахмурился.

– Сони, в отряде мы все равны. Ты помнишь об этом?

– Ага.

Он прекрасно помнил, что от благородных нельзя ждать добра. И что оказался на улице по их вине.

– Ладно, - командир отодвинул от себя кувшин.
– Давай о делах. Что в борделе?

Сони глотнул амреты и дождался, пока у него перестанет сводить перекошенную челюсть. Ну и ядреную штуку делают ариминские подпольщики!

– Окреда там не помнят, но его строчка есть в книге посетителей.

Не зря же он отчаянно приставал к Тиле и "спьяну" падал на ее стол, чтобы это выяснить. Собственно, из-за старухи его и выкинули из "Непаханого поля".

– Так я и думал, - кивнул Кален.
– Дьерд нашел его среди мелких прислужников в храме Шасета. Парень не появлялся там дней десять, и Дьерд с Тэби сейчас его ищут.

Значит, он мучился в борделе зря, не имея возможности уединиться с какой-нибудь девчонкой и вместо этого выпытывая подробности личной жизни какого-то Окреда, побери его Бездна? Ну нет, у него в рукаве еще есть козырь.

– Я заметил кое-что странное. Окред был в "Непаханом поле" пару раз, и все из них - у Мирейны. Даллин тоже посещал только ее. Кто-нибудь помнит, когда женился Альвен?

– Семь месяцев назад, - буркнул окончательно разбуженный Виньес.

– А его жена беременна?

– На седьмом месяце, вестимо.

Интересно получается... Знай он больше, то обратил бы на это внимание еще в прошлый визит в бордель.

– Шлюхи сказали Тэби, что Альвен, женившись, перестал к ним ходить. Но он все-таки посетил пару раз одну женщину. Мирейну. Последний раз он был у нее около месяца назад.

– Так... То есть примерно тогда, когда к Даллину заявился Окред, - Виньес скинул одеяло и слез с печи, чуть не наступив на Лейни.
– Кто такая эта Мирейна?

– Она...
– Сони задумался. Как описать женщину, при виде которой так и хочется вставить ей по самое "не балуй"?
– Она самая дорогая шлюха в "Непаханом поле", причем стала ей за два месяца.

– Она кинамка? Арджаска? Каснарка? Шинойенка?

Мирейна точно не была арджаской - у этого народа очень смуглая кожа и своеобразные черты лица. Не была она и лобастой рыжей шинойенкой. Но кинамка или каснарка? Каснарцы почти не отличались от жителей центральных земель Кинамы. Сони, постоянно околачивающийся около многонационального могаредского базара, обычно с легкостью определял, из какой страны приехал его собеседник. Однако Мирейна ничего не говорила при нем, чтобы услышать ее акцент, да и о том, к какому народу она принадлежит, думалось в последнюю очередь.