Чтение онлайн

Монастырь, к которому принадлежал ключник Ксилтр, был расположен всего в нескольких часах езды от Золтого города. Именно к нему, по приказу герцога Нурса, сейчас и направлялся Кранц с Вовиком и Циссой.

Данный монастырь был знаменит тем, что находился возле входа в гигантскую многокилометровую пещеру, именуемой Юкеровой. Юкериане всячески поощряли легенду, которая гласила, что именно в этой пещере их святому, было дано откровение, неким божеством, которое впоследствии наставило его на путь истины. Там же покоились и мощи святого, захороненные глубоко в недрах пещеры.

На сохранившихся прижизненных изображениях, Юкера обычно изображали полнокровным, бородатым старцем. Некоторым диссонансом, с его крайне благочестивым выражением лица, выглядел перебитый нос и сабельный шрам, пересекающий всю левую щеку по вертикали. До своего обращения на путь истинный, святой был ландскнехтом, что само собой подразумевало довольно беспокойный образ жизни. Участие в многочисленных военных компаниях и разграбление, взятых приступом, городов не могло не оставить следа на его весьма колоритной внешности.

Злые языки, поговаривали, что уже, будучи святым, Юкер так и не бросил своих прежних привычек и оставался подвержен греху чревоугодия, винопития и прелюбодеяния. Дожив до весьма преклонного возраста, Юкер тихо и мирно ушел из жизни, во время бурного соития с одной из своих многочисленных последовательниц.

К слову сказать, согласно учению святого, все, что было создано на земле богами, не являлось ни плохим, ни хорошим. В равной степени имело право на существование и добро, и зло. Они изящно дополняли друг друга, взаимопроникая и нейтрализуя излишние проявления друг друга, в мире,. Надо ли говорить, что подобное, более чем терпимое, отношение ко всякого рода злодействам позволяло Ордену Юкера собирать весьма внушительную паству среди всякого рода отбросов общества и даже откровенных злодеев.

Многочисленные группы паломников стекались к пещере, чтобы приобщиться к таинствам и святым останкам Юкера. Дабы он своей святостью помог им в их нелегком и неблагодарном труде. В самом деле, с каждым годом становилось все труднее и небезопаснее срезать кошельки у зазевавшихся горожан, забираться в их дома, насиловать их жен и дочерей, а также заниматься разбоем, убийствами и проституцией.

Вот и теперь, не далее, как вчера, издалека прибыла группа паломников, чтобы поклониться святым мощам и обрести благодать. Помолившись в монастыре и принеся щедрые подношения, благочестивые паломники отправилась в Юкерову пещеру. Эту одухотворенную процессию, как обычно возглавили трое монахов, и далее все шло, по тщательно установленному и неизменному регламенту, выработанному Орденом Юкериан, в течение многих столетий.

Но когда, к вечерней молитве, паломники не возвратились в монастырь, настоятель не на шутку встревожился. Он отправил в пещеру ключника Ксилтра с двумя крепкими послушниками, в недавнем прошлом, бывшими разбойниками, промышлявшими грабежом на больших дорогах.

Каков же был ужас, прибывших к пещере запыхавшихся служителей святого Юкера, когда они увидели, что там разыгралось страшное побоище. Из более чем тридцати с лишним паломников в живых не осталось никого. Все были убиты самым жестоким и непостижимым для человеческого разума способом. И что самое страшное у каждого из них был извлечен мозг, через большую круглую дыру, проделанную посередине лба.

Впрочем, к тому времени, когда Ксилтр поведал эту ужасную историю, карета уже подъехала к воротам монастыря, которые были распахнуты настежь. Наскоро поприветствовав настоятеля, Кранц заявил, что хотел бы немедля отсмотреть место происшествия. Тот сообщил ему, что туда совсем недавно проследовал конный отряд рыцарей Ордена Чистоты. Также настоятель посетовал, на то, что для чистоплюев нет ничего святого – даже не спешившись, прямо на конях, грохочущих по камням грязными копытами, всадники двинулись к святому месту.

В настоящий момент, Кранца менее всего волновали подобные сантименты и он, пожав плечами, торопливо направился в сторону Юкеровой пещеры. Вовик с Циссой, вооружившись факелами, не отставали от него ни на шаг. Дорогу им показывал Ксилтр, беспрестанно бормотавший молитвы, в которых просил заступничества святого перед грядущими бедами.

Уже на подходах к пещере, Ксилтр был остановлен грубым окриком, раздавшимся из темноты:

– Стой, куда прешь, скотина?

Кранц незамедлительно выдвинулся вперед и не преминул съязвить:

– По изысканности манер и речей я узнаю истинного рыцаря Ордена Чистоты! Я лекарь Кранц, со мной мои помощники. Выполняя волю герцога Нурса, мы прибыли сюда, чтобы незамедлительно все осмотреть и доложить ему.

– Если ты посланник Нурса, то я – белый единорог! – презрительно рассмеялся рыцарь. – Чем ты докажешь правоту своих слов?

– Карета герцога стоит всего в двухстах шагах отсюда, – кивнул Кранц назад в темноту. – Но, на твоем месте я бы не стал рисковать своим единственным рогом и поторопился пропустить нас!

– А ты, грубиян, лекарь! – злобно процедил сквозь зубы чистоплюй и сплюнул в его сторону, едва не попав ему на носок сапога. – Ладно, проходи! Но учти, что разговор у нас с тобой еще не окончен!

– В любое время, когда тебе будет угодно! – сварливо ответил Кранц, которому было не до соблюдения этикета.

Слегка обалдевший от такой неслыханной наглости, рыцарь посторонился и пропустил мимо себя разгневанного долговязого старика вооруженного лишь одним посохом.

– Весь мир окончательно сбрендил! – возмущенно воскликнул чистоплюй, потрясая кулаком в сторону удалившейся в темноту процессии, возглавляемой Кранцем и освещаемой неверным светом факелов. – Какой-то лекаришка нахамил мне – рыцарю Ордена! И я даже не могу примерно наказать его за это, не говоря уже о том, чтобы убить!

Тем временем, Ксилтр вновь занял место проводника и вскоре они оказались прямо перед входом в пещеру. Там, Кранц, к своему большому неудовольствию, должен был признать, очевидное преимущество вымуштрованных рыцарских отрядов Ордена перед воинами Нурса. Бивак чистоплюев был организован до отвращения безупречно.

Прямо перед входом в пещеру горел большой костер, ярко освещая все кругом. Неподалеку, негромко фыркая, паслись стреноженные кони рыцарей. Основная масса рыцарей, очевидно, находилась внутри пещеры.

Когда двое, стоящих на часах чистоплюя, попытались остановить Кранца, от костра послышался повелительный окрик:

– Оставьте его – это старая ручная крыса Нурса!

Навстречу Кранцу вышел огромный закованный в латы рыцарь с неестественно бледным изможденным лицом.

– Что, лекарь, пришел все разнюхать, чтобы потом рассказать все своему хозяину? Ба, да я гляжу ты с целым выводком! Привет, крысята!

Вовик с Циссой неприязненно посмотрели на чистоплюя явно собиравшегося устроить ссору, с тем, чтобы не пропустить их в пещеру.