Чтение онлайн

Еще в доколониальную эпоху почти у всех меланезийских племен тело умершего предавали земле. Труп либо погребали в небольшой яме, вырытой перед домом покойного, если только не хоронили его в самом доме, либо погребение совершалось где-нибудь в пределах деревни. Роль могильщиков брали на себя родственники умершего, они употребляли при этом заново изготовленные землекопалки, которые по окончании рытья могилы ломали. Если только труп уже не был завернут, могилу выкладывали циновками или досками. На некоторых островных группах, расположенных к юго-востоку от Новой Гвинеи, рыли небольшой подземный склеп и помещали туда труп умершего в сидячем положении. Так называемое скорченное погребение более всего распространено на Новых Гебридах и в Новой Каледонии. В местах погребения за пределами деревни выстраивают небольшой навес. Под ним некоторое время укрываются родственники умершего. Во всех случаях над могилой разводят небольшой костер, дабы покойник не замерз; кроме того, покойнику оставляют пищу, калебасы с водой, мужчинам — оружие, женщинам — предметы домашней утвари. Туземцы верят, что дух умершего продолжает свое существование в виде призрака, что он какое-то время после смерти пребывает вблизи могилы и поэтому все еще нуждается в оставляемых ему вещах.

Однако длительное пребывание духа где-то поблизости родственникам покойного нежелательно; они далеко не всегда верят в его доброту. Поэтому они покидают и даже разрушают его дом, уничтожают его лодку, оружие, губят посаженные им плодовые деревья, разграбляют или опустошают его поля и убивают его скот. Особенно боятся покойников, умерших необычной смертью, например женщин, скончавшихся от родов. Такие покойники не удостаиваются никаких ритуальных обрядов; их как можно быстрее закапывают, причем без участия односельчан. Последние в момент погребения скрываются в лесу.

Страх перед умершим проявляется в различных случаях по-разному, но всегда так сильно, что никто не осмеливается даже произнести имя покойного.

Наряду с погребением в земле в отдельных случаях встречаются и другие формы захоронения, распространившиеся в Меланезии от различных групп миграции [48] . Весьма примечателен тот факт, что даже в пределах одной деревенской общины виды погребения варьируются в зависимости от тотема, к которому принадлежал умерший. Ежели тотемом его была змея, то единственно возможный вид погребения — предание тела земле, ежели тотемом умершего была акула, то труп его следует отдать во власть морской стихии. На юге Новой Ирландии покойников хоронили в лодках, а жители прибрежных селений на Соломоновых островах опускали умерших на дно моря. О некогда существовавшем обряде морского погребения напоминает распространенное на островах Малаита и Новая Каледония захоронение трупа в ладьевидном гробу, который подвешивают в кроне какого-нибудь дерева или закапывают в земле. Здесь обряд морского погребения слился с более древним и более первобытным обрядом воздушного погребения, то есть захоронением трупа на дереве. На Новой Каледонии труп укладывают в корзину, которую затем укрепляют на ветвях какого-нибудь дерева, а иногда заворачивают в циновки и прячут в глухих местах в лесу, на крутом склоне горы (где его кладут на специальный помост) или же в расщелинах скал.

Наконец, достоин внимания обряд сожжения трупа, хотя он и встречается лишь в немногих районах. Этот обряд существует на острове Новый Ганновер, на севере Новой Ирландии, на расположенном к востоку от нее острове Табаре и, наконец, на юге острова Бугенвиль. До сих пор не выяснено, в самом ли деле в этих районах обряд полного уничтожения умершего берет свое начало от более древнего населения. Полную противоположность этому обычаю представляет собой мумификация умерших. На Новой Каледонии труп прокалывают во многих местах, натирают растительными соками и коптят или в крайнем случае сохраняют только череп — носитель маны. Таким привилегированным способом обрабатывают трупы лишь выдающихся людей. Если труп предают земле, то череп должен остаться непогребенным. На Новой Каледонии эту задачу решают весьма просто: покойника хоронят в сидячем положении, причем таким образом, чтобы голова его высовывалась из могилы. Во всех случаях череп очищают от мяса, иногда, как это делают в средних областях Новой Ирландии и на острове Симбо, при помощи глины или растительной смолы моделируют из него скульптурный портрет.

На отдельных островах Новых Гебрид черепа высокопоставленных членов союза Сукве насаживают на набитые хворостом и травою искусственные туловища, так что получаются куклы, до жути похожие на живого человека. Затем черепа хоронят в доме умершего или же в расщелинах скал. На отдельных островах группы Соломоновых их прячут внутри резных деревянных изображений рыб или же в небольших свайных домиках — обычай, который мы можем наблюдать также и на Новых Гебридах. Этим черепам приносят пищу, им поведывают свои мечты, словом, к ним относятся как к живым людям. Местами собирают и прочие кости умершего и сохраняют их, на острове Муруа в районе Массим, например, их кладут в большие глиняные горшки или — как на острове Шуазель из группы Соломоновых — в каменные саркофаги.

Вид погребения у меланезийцев в общем не зависит ни от ранга, ни от богатства умершего. Однако на Новых Гебридах, в сфере влияния союза Сукве, при погребении учитывается и ранг и имущественное положение покойного. Жители Новых Гебрид верят, что останки мертвых обладают чудодейственной маной, и поэтому носят обереги-амулеты, сделанные из нижней челюсти. Из костей умершего делают наконечники для копий или же плечевую кость умершего насаживают на конец копья, чтобы увеличить убойную силу своего оружия.

В период траура ближайшие родичи покойного должны воздерживаться от некоторых блюд и носить иное одеяние, а у племен бола на Новой Британии вдова не должна была даже разговаривать. На южных Новых Гебридах вдова не носила никаких украшений, так как после кончины мужа и ей следовало умереть. Вдов там просто душили, это делал кто-нибудь из ближайших ее родственников-мужчин, сыновей или братьев. Того, кто не мог на это решиться, клеймили позором, а вдову, не последовавшую за своим мужем, открыто презирали. Кроме того, ей приходилось остерегаться мести духа умершего мужа, который на том свете тосковал по своей подруге жизни. Против этих пустивших глубокие корни взглядов тяжелую борьбу приходилось вести миссионерам. Потребовалось немало времени, чтобы изжить дикий обычай убийства вдов.

Период траура завершается поминальным празднеством. Так как это торжество объединяет не только домочадцев, но и односельчан, а иногда даже людей из соседних племен (сообразно общественному влиянию покойного), задолго до празднества ведутся большие приготовления. Прежде всего нужно заготовить большое количество припасов. Это требует времени и денег. Поэтому такое празднество иногда справляется лишь по прошествии многих месяцев после смерти поминаемого. Пожалуй, наиболее впечатляющее поминальное торжество — «маланган», справляющийся на севере Новой Ирландии. Еще задолго до этого торжества устроители его, обычно старейшины родов, заказывают резные фигуры. Во время празднества их ставят на самое видное место. Для выполнения заказов мастеров не всегда хватает, и поэтому приходится приглашать резчиков по дереву из соседних селений.

Соорудив множество хижин-мастерских, в которых резчики могут спокойно выполнять полученные заказы, все жители деревни мужского пола прежде всего отправляются в лес за древесиной, необходимой для изготовления резных фигур. Срубают лишь мягкие белесоватые стволы деревьев, похожих на наши тополя. Некоторые из них слегка обтесывают раковинными и каменными топорами. Далее производят предварительную разметку вырезов и долблений, затем раковинными резцами и свиными клыками наносят тонкие резные узоры и вырезают очертания фигуры. Это трудная, но интересная работа, которая, хотя и выдерживается в старых традиционных формах, тем не менее дает возможность для творческих новшеств. В глазницы этих деревянных статуй вставляются сделанные из раковины улитки и отливающие зеленоватой желтизной глаза. Они и придают изваяниям таинственный вид. Фигуры подвергаются еще обмывке морской водой и затем покраске.

Работа то и дело прерывается торжественными трапезами за счет заказчиков и танцами. Так мастерам выдается своего рода аванс и вместе с тем отмечается их талант. Эти перерывы устраиваются также и по техническим причинам: еще совсем свежая древесина должна хорошенько просохнуть. Как же выглядят эти фигуры? Тут и статуи в рост человека, и скульптурные колонны высотой до четырех метров, и поперечные фризы длиной почти в три метра. Здесь главное одно, изредка несколько скульптурных изображений человека, а на поперечных фризах — только головы. Скульптурный ансамбль дополняют многочисленные фигуры животных. Это главным образом змеи и рыбы, но также и птицы, например буцерос, то есть птица-носорог. Иногда изготовленные в честь умершего фигуры стоят на деревянной подставке, имеющей вид либо раковины тридакны, либо полумесяца, либо свиной головы; есть и другие культовые мотивы. Известные нам скульптуры такого типа свидетельствуют о замечательной творческой фантазии и высоком мастерстве.

Немало ученых тщетно пытались разгадать смысл описанных нами фигур; но на все вопросы мастера давали один и тот же ответ: «Мы делаем то, что делали наши деды и прадеды». Тем не менее совершенно очевидно, что все эти скульптуры — человеческие фигуры и головы — представляют собой изображения умерших или же предков рода. Разгадать идейную связь между скульптурными изображениями людей и животных довольно трудно. По всей видимости, это были вначале души-звери: верили, что, когда человек умирает, из его рта выпрыгивает животное, носитель его души. Позднее эти воображаемые животные превращались в тотемы. На основе богатого материала народных преданий современного меланезийского населения можно сделать вывод, что эти изображения — символы распространившегося позднее культа солнца и луны. В скульптурах несомненно отразились религиозные представления различных исторических эпох.