Канатоходец: Воспоминания
Шрифт:
Вопрос: Вы скрываете деятельность известных вам членов контр-революционной организации. Предлагаем вам рассказать все, что известно о их деятельности.
Ответ: Прошу верить, что все, что знал, я уже сказал, и больше мне ничего не известно о деятельности членов этой контрреволюционной организации.
Вопрос: Следствие считает, что вы скрываете от следствия свою принадлежность и практическую деятельность — свою и известных вам лиц. Будете говорить об этой деятельности?
Ответ: Все, что мне известно, какую я проводил работу, с кем встречался и что говорил, я уже сказал и больше показать ничего не могу.
Протокол записан с моих слов правильно, мною прочитан.
П. Аренский
Допросил:
Пом. нач. 4 отделения 4 отдела ГУГБ ст. лейтенант ГБ Зубов.
от 21 марта 1937 года.
Гориневский Г.В. — 1892 г. р., русский, гражданин СССР, сын профессора, архитектор 2-ой архитектурно-проектной мастерской Моссовета, беспартийный.
Вопрос: Следствие располагает материалами, указывающими на вашу принадлежность к организации, построенной по орденскому принципу. Признаете вы это?
Ответ: Да, я признаю, что с 1929 года (не точно) я являюсь участником организации «Орден Тамплиеров».
Вопрос: Через кого персонально вы были привлечены в эту организацию?
Ответ: В организацию «Орден Тамплиеров» я был вовлечен анархистом Солоновичем Алексеем, с которым я познакомился на его лекциях, читаемых в Кропоткинском музее. О моей принадлежности к организации «Орден Тамплиеров» было известно Солонович А. О., которая также является участницей этой организации. После ареста Солоновича Алексея в 1930 году моя непосредственная с ним связь прервалась, и я о его положении узнал от Солонович Агнии, у которой изредка бывал на квартире, а также встречал в Кропоткинском комитете, членом которого состоял до дня своего ареста.
Вопрос: Следствию известно, что анархист Назаров М. А. был связан с вами и Солонович Агнией, как с участником организации «Орден Тамплиеров». Вы подтверждаете это?
Ответ: Да, я подтверждаю, что анархист Назаров М. А. также входил в состав организации «Орден Тамплиеров», и он был связан со мной и с Солонович Агнией, как с участником организации.
Вопрос: Кто, кроме Солонович Агнии Онисимовны, Назарова М.А., Гориневского и вас, входил в состав организации «Орден Тамплиеров»?
Ответ: Назвать фамилии лиц, разделяющих мое анархо-мистическое мировоззрение и входивших в «Орден Тамплиеров», отказываюсь по морально-этическим соображениям.
Записано правильно, мною прочитано, в чем и расписываюсь.
Гориневский.
Допросил: Опер. Уполномоч. 2 отделания 4 отдела ГУГБ лейтенант ГБ Макаров
от 5 апреля 1937 года.
Вопрос: Вы Ляшука С.Р. знаете?
Ответ: Свое знакомство с Ляшуком я подтверждаю, С ним я познакомился у Солоновича, примерно в 1931 году. Он по своим политическим убеждениям является близким к анархистам. При мне Ляшук своих политических взглядов не высказывал.
Вопрос: Следствие располагает данными, что Ляшук входит в состав контрреволюционной анархо-мистической организации «Орден Тамплиеров». И вам это хорошо известно. Вы это подтверждаете?
Ответ: Я подтверждаю, что Ляшук Сергей Романович является участником анархо-мистической организации «Орден Тамплиеров». С Ляшуком в последние годы (1933–1935) я встречался на квартире у Солонович Агнии, но очень редко. С Ляшуком также знаком анархист Назаров, входивший в состав «Ордена Тамплиеров».
Вопрос: Где происходили собрания анархо-мистической организации «Орден Тамплиеров»?
Ответ: Мне известно только о собраниях, происходивших на квартире у Солонович А. На этих собраниях [271] я встречал Назарова и Ляшука — других лиц там не было.
Вопрос: Назовите лиц, входивших в Ленинградскую группу «Ордена Тамплиеров»?
Ответ: Из участников анархо-мистической организации в Ленинграде мне известны Николаева Римма Николаевна , художница, проживающая по улице Декабристов, д. № не помню. С ней я впервые познакомился на даче под Москвой в 1929 году, где она жила у своих знакомых.
271
Здесь пометка чернилами «из 27 человек».
В беседах с Николаевой я выяснил, что она, так же как и я, интересуется мистикой и входит в состав той же организации, участником которой был и я. С тех пор я установил с Николаевой связь, которую поддерживал до последнего времени.
Во время своих поездок в Ленинград два раза я встречался с Николаевой. При встречах она интересовалась деятельностью мистиков в Москве. Я в последний приезд в Ленинград в 1936 году передал Николаевой несколько (1–2) мистических легенд.
Вопрос: Перечислите лиц, входивших в Ленинградскую группу анархо-мистиков, возглавляемую Николаевой?
Ответ: Состав группы, возглавляемой Николаевой, так же как и существование группы, мне не известен.
Однако считаю необходимым указать на то, что проживающие в одной квартире с Николаевой некто Шумские или Шуцкие [272] (муж и жена) находятся под идеологическим влиянием Николаевой и являются людьми, близкими ей по мировоззрениям.
Кроме того, в последний приезд в Ленинград Николаева хотела меня познакомить с очень интересным человеком , по профессии врачом, проживающим вне Ленинграда, фамилию которого я сейчас не помню. От знакомства с этим человеком я отказался, потому что не хотел расширять свои знакомства.
272
Шуцкий Ю. К. — известный ученый-востоковед, автор работы К л а с с и ч е с к а я китайская «Книга перемен» — Ицзин (Исследования, перевод текста, приложения).
Вопрос: С кем из участников организации в Москве, кроме вас, Николаева была связана?
Ответ: Об этом мне не известно, т. к. мы о своих связях друг другу не говорили.
Вопрос: Вам известно о связи Николаевой с анархистом Ростопчиным?
Ответ: Точно мне об этом не известно.
Вопрос: Кем осуществлялось руководство контрреволюционной анархо-мистической организацией, участником которой вы были?
Ответ: Лично я к определенной группе не примыкал и непосредственно был связан в Москве с Солонович Агнией Онисимовной, с которой были в контакте также Назаров и Лящук.
Кто руководил организацией, мне не известно, так как никто, в том числе и Солонович Агния, мне об этом не говорили.
Вопрос: Какие вопросы обсуждались на нелегальных собраниях организации, на которых вы присутствовали?
Ответ: На собраниях участников организации до 1930 года ставились на обсуждение определенные вопросы политического характера в историческом разрезе, не касаясь текущей политики. После 1930 года на собраниях в моем присутствии обсуждались мистические легенды, по которым происходил обмен мнений.