Чтение онлайн

Молодой фараон повернулся к старику и, прихрамывая, подошел к нему и положил правую руку на его плечо.

– Эйе, мы с Анхесенпаамон хотели бы слышать песни чародея.

Старик на это заявление скорчил такую мину, что лучше бы его разжаловали, посадили на кол, сослали в Ахетатон на выселки, или какие там еще в Кемете были наказания, чем лишний раз слушать чародея.

– А еще, господин, этот человек народу зелье предлагал, которое детям пить нельзя, и за медное колечко только воот сто-о-о-олечко, - Эйе показал высоту наливаемого Иваном в стаканчик (в системе измерения двадцать первого века - примерно сантиметр).
– И народ платил, и воспевал разум, здоровье, силу заморского чародея!

– Что же, и зелье я хочу, - улыбнулся правитель.
– Завтра же приведите этого человека с музыкой и зельем ко мне!

– Но, господин Тутанхамон, - попытался воспротивиться Эйе.

За что получил тростью по икрам. Господин стукнул его не сильно, играючи.

– Молодежь, молодежь… - с упреком вздохнул престарелый советник.

– Эй, Баст!
– позвал журналистку оператор, оцифровывая заснятое видео.

– Что?
– оторвалась она от чтения сценария, подброшенного ей отцом.

– Не нравится мне этот тупой программист, вот что!

Он несколько раз в нервах ударил по кравиатуре, а когда файлы скопировались на студийный сервер, продолжил гневную речь:

– Ты только погляди. Уже больше суток прошло, как мы ему велели спасти мир, а ты видишь, чем он занимается? Он что, дурак в буквальном смысле слова?

– Спокойствие, Себек, только спокойствие, - Бастет положила коллеге руки на плечи и пересмотрела фрагмент заснятого концерта.
– Ты где видел реалити-шоу из трех коротких передач?

Иван проснулся оттого, что Маша теребила его за плечи. Ну что такое, будить в семь утра, если в университет идти не нужно. А еще Ира во сне не являлась, хорошо он вчера в храме пугнул ее двойницу. Или она не каждую ночь решила в гости приходить? Странно все это. Он приподнялся на локтях и глянул в окно. Опять этот четырнадцатый век до нашей эры! Значит, мир еще никто не спас, и о возвращении домой остается только мечтать.

– Вставай, тут к тебе гости пришли!

– Знакомств, в отличие от тебя не завязывал, - промямлил Иван, отворачиваясь к стенке.

– Вань, люди знатные, - не унималась Маша, - ей Богу, что-то ты вчера набедокурил, когда бренчал на своей драной гитаре!

– Опиши, как там эти деятели выглядят…

Сестренка недолго стояла в замешательстве, придумывая наиболее короткое описание пришедшим людям:

– Я бы своими словами с радостью, но скажу по-твоему! Один лицом на Хрущева похож, а второй, Вань, только не смейся, но вылитый Гоша Куценко. А теперь представь указанных личностей в рубищах и при огромных ожерельях!

Ожерелья? Да уж, знатный народец пожаловал. Не то, что вчерашняя голодрань, которая на глоток 'коньяка' по сусекам гроши собирала. Неужто налоговая полиция?

Иван лениво встал с кровати и натянул любимую чёрную футболку с пингвином. Надо было выходить, не заставлять же богатых уважаемых граждан ждать, не фараон он, а всего лишь чужестранец. А так не хотелось. Вспоминалось многочисленное начальство, встречавшееся молодому программисту на подработках, налоговые декларации, которые не могли за один раз заполнить бухгалтера с техникумовским образованием. В последних случаях Иван говаривал: 'Эх, программисты - лучшие бухгалтера…' Что же сейчас? Опять начальство! И как всегда в такую рань! Вот куда уходят корни традиции издеваться над подчиненными поутру.

Две вышеописанных личности топтались прямо у входа в дом и чуть не ввалились внутрь, когда Иван открыл дверь на себя. Проходившие мимо с опаской оглядывались на этих двоих, радуясь несказанно, что деятели явились не к ним. И подобная 'помощь зрителей' ой, как не радовала программиста.

– Заплачу налоги, пойду спать спокойно!
– поприветствовал парочку Иван.

Он порылся в кармане, достал несколько медных колечек и протянул ее тому, что был моложе и походил на Куценко.

– Ровно тридцать пять процентов дебилов или децибелов, или как у вас там валюта называется. Типа, налог на прибыль от вчерашней деятельности!
– радостно заявил он.

Гоша Куценко пожал плечами, но налог взял. Когда еще деньги 'за так' отвалят? Будто фараон ему мало платит. Но уходить после этого деятели не собирались. Немного поиграв в гляделки, они определились, что будет говорить Хрущев, и тот начал:

– Вы, конечно, правы, гость чужеземный, что дань с прибыли в казну заплатили. Правда, мы обычно зерном берем, а не дебенами. Но все равно, за это вам хвала и почет. Но мы пришли не за данью.

'Прожорливые деятели, однако', - подумал Иван.

Маша в щелочку двери поглядывала, потому что ей просто-напросто было интересно, кто же такой знатный и великий вышел на ее брата, что ходит в гости по утрам. И после того, как люди эти представились, девушка чуть не изошла от зависти из-за того, что пропустила вчерашнее действо.

– Меня зовут Эйе, - сказал так называемый Хрущев, - я личный советник Его величества, разум, здоровье, сила. А это наш военачальник Хоремхеб.

Обалдеть, да и только! Личности, про которых она, Маша, читала, когда готовилась к экзамену. Она их представляла совсем не такими. Эйе ей казался темнокожим и гордым, и уж никак она не могла предположить, что это маленький лысенький старичок с единственной седой волосиной на темечке, да еще и так похожий на одного более современного исторического деятеля. Ивану, конечно, эти имена ничегошеньки не говорили.

Парень просто-напросто чуть не рассмеялся. Он представил настоящего Гошу Куценко в роли военного министра по имени Харин-Хлеб, что ли… Стал бы артист такое отыгрывать? А вдруг?

– Мы пришли к вам, чужестранец, - продолжал тем временем Эйе, - с просьбой Его величества, разум, здоровье, сила. Проведал наш повелитель, что вы песню о нем сложили.

'Как же я, Вячеслав Бутусов сочинил, а я только пел, - подумал Иван, - но придется еще не созданный российский закон нарушать, плагиатить…'

– Сложил, - гордо заявил он.

– А еще господин Тутанхамон слышал, что вы много хороших песен придумали.

'А это уже провокация! Вот узнают звезды российской эстрады, что якобы Иван Дурак им песни сочинил - пойдут гулять клочки по закоулочкам!' - говорил внутренний голос программиста.

– И возжелал наш правитель воочию певца увидеть и песни его послушать, - закончил речь Эйе.

– А с чего мне отказываться?
– пожал плечами парень.
– С радостью все песни исполню, я вам не Киркоров, налоги плачу и без фанеры пою!