Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Каннут, отродье Севера
Шрифт:

Бруно шумно допил пиво из огромной кружки, сыто рыгнул в сторону, что, в общем-то, ранее себе не позволял. Подумал мгновение и снова корабельной сиреной заорал:

— Девки! Кто там есть?! Какого хрена у меня пиво кончилось?!

Лия, неслышной тенью скользнув к столу, и, наполнив Бруно кружку, оставила кувшин на столе.

— А еще… Инглару доложили, что внучка его, будучи здесь, очень, стал быть, весело проводила время. И Таларик тоже вдруг задумался: а чего это уже его внучка сюда зачастила? То, дескать, неинтересно ей было на ярмарку ездить, а то, вдруг… Ага! И привозит, значит, та внучка разное. Рабынь каких-то…

— Рабыни-то хоть целые? Или убили, осерчав? — подал голос Каннут, — Жалко девок! Они-то здесь при чем?

Бруно грохнул кулачищем по столу, заставив подпрыгнуть и жалобно зазвенеть чашки-тарелки:

— Девок он пожалел! Вы посмотрите-ка на него! Девок ему жалко… Вот приедет сюда на ярмарку этот самый Таларик… Посмотреть — кто это такой умелый, что заставил внучку сюда рваться?! Да подложит тебя, как того барана! Пойдешь тогда к Серым братьям, псам этим нечестивым. Они любят, когда поют тонкими, жалистными голосами!

— Так девки-то — целые? — вновь упрямо спросил парень.

— Да целые эти твои девки, целые! Там сейчас кто посмеет их тронуть? Бабы их… орочьи, значит… за этих девок сами кого хочешь кастрируют!

Каннут удовлетворенно кивнул.

— Нет, Седрик… Ты посмотри на него, а! Развлекается он тут, весело проводит время. И упрямый же, как… Как нордлинг!

— Орчанки те сюда вовсе не невинными приехали! — попытался отгавкаться Каннут.

Седрик цыкнул уголком рта, Филип делал безучастный вид, Бруно же с некоторым удивлением посмотрел на парня.

— А тебя никто и не обвиняет в попрании их чести. Они, орки те, нравами легки. Только вот все вместе, если свести… Как-то уже несмешно получается. А я тебе говорил! — снова взревел толстяк.

Попив пива, Бруно снова успокоился и махнул рукой:

— В общем, так! До ярмарки у нас… недели три, может, четыре. Три дня тебе на сборы, в Луку едем. Увезу тебя, сдам Черным, может, у них получится из тебя человека сделать. Послужишь! Ничего…

Плехову послышалось:

«Армия, сынок, и не из таких мудаков человеков делала!».

В голове заиграл смутно знакомый мотив: «Э викейшн ин зе форент ленд… О-у-о, юр ин зе эми нау!».

Ближе к вечеру, в его комнату проскользнула Криста.

— Ой, что было…

«Что было, шеф, что было!».

— Ты как сюда-то? Мало тебе, что ли…, - начал Кан, но девушка заставила его замолчать, закрыв рот своим поцелуем.

— Не пищи! К Бруно Милена пошла. Ублажит, не впервой! А у нас времени совсем нет. Вот я и решила… Сегодня она у Бруно, а я — у тебя. Завтра поменяемся! Надо же нам проститься по-человечески, раз уж так все получилось?! Да и интересно мне… каково это с тобой одной, да всю ночь!

И девушка принялась споро раздеваться.

«Сборы были недолги, от Кубани до Волги мы коней собирали в поход!».

Из Кана конь, конечно, не очень, но — что выросло, то выросло! Успокоившись, Бруно отдал некоторые распоряжения.

— Так… Одежда у тебя есть. Нормальная. На первое время — хватит! А там… Если хорошо себя покажешь, оденут как Черных…

Седрик хмыкнул:

— Это если хорошо себя покажет! С его замашками только в порт к малфратам подаваться.

Бруно поморщился:

— А нет сейчас тех малфратов! Как Бризо за задницу взяли, да он в бега подался, то и банда его разбрелась. Кому башку срубили, кого — в каменоломни отправили, остальные по округе разбежались.

Седрик не согласился:

— Порт — он завсегда как та помойка! А если есть помойка, то и крысы всегда найдутся!

Приятель согласился:

— То так! Выметут одних, появятся другие! Но сейчас не об этом… Да. Одежда у тебя есть. С голоду не сдохнешь, кормят там. Вот еще что… Габор, подай…

Каннуту перекинули в руки пояс.

«Хороший пояс. Попроще, чем у меня сейчас, но — хороший. Широкий, не меньше ладони шириной. Жестковат, правда. Гнется плохо!».

Бруно ткнул пальцем в подкладку пояса:

— Смотри внимательно! Там потайные кармашки есть. Монеты золотые там. Немного, но и — немало! Тратить, если с головой — надолго хватит. Седрик, что там по оружию для него?

Старик погладил бороду, вздохнул:

— Что по оружию? Меч, простой, пехотный. Не нужно ему там с чем-то лучшим показываться, внимание привлекать. А так — меч как меч, таких много. Кинжал у него есть. Арбалет… Полэкс, если только еще дать?

— Дай! — кивнул Бруно, — Чехол под него есть? Ага… Вот и дай в чехле. Ножи-то свои возьмешь? Эти — метательные?

Каннут кивнул.

— А по доспехам что? — толстяк снова перевел взгляд на друга.

— Кольчуга. На нее — бригантина. Шлем, тот же пусть будет. Щит еще дам. Да и хватит с него!

«А неплохо так выходит!».

Бруно помолчал, потом как будто нехотя выдавил:

— А я наезжать буду. Попроведаю. Что там, да как…

Третий день Каннут проводил в седле. Первую ночь переночевали в Подорожке, у старосты. Ага, Лорри тоже проводила его.

Надо сказать, что выяснилось: если воздействовать на определенные области тела самого Кана, действует — не хуже, чем на женщин. То есть «Виагра» ему теперь ни к чему. И ссадины, и потертости — тоже лечатся успешно. Иначе бы парень не смог попрощаться с Миленой и Кристой толком. А еще ведь была и Лия! Но это — отдельно, когда он в последний вечер зашел помыться в мыльню.

«А так… вроде бы никто не ушел обиженным!».

Плохо, что Анджи по-прежнему не было в таверне. Но — это дело такое, от него никак не зависело. Еще саднила мысль о Волин, которую парень безуспешно пытался отогнать. Мысль отгонялась, но ненадолго!

«И ведь — понятия не имею, есть ли у этих самых Черных отпуска? И орки дальше Подорожки не ездят, не рады им, если поближе к Луке!».

В поясе оказалось шестьдесят золотых монет — Бруно не пожадничал, стоит признать. Но в целом… В целом у парня была какая-то обида. Пусть и вел он себя… к-х-м-м… не очень здраво, но — все-таки!

«Ладно! Чего там?! Постоялый двор, его обитатели, и обитательницы… что — совсем печально! Осталось все это позади. Но… Впереди-то — тоже что-то есть! Поэтому… зачем грустить? Только вот… получится ли когда навести своих близких? Куда его еще закинет здесь? Ладно… Что там за Лука? Сколько слышал, а увидеть придется только сейчас!».

Поделиться с друзьями: