Чтение онлайн

В Канаде – Англии, где здравоохранение охватывает все население, не выбираешь врача, месяцами ждешь сложных анализов и операций, больницы переполнены, не лучшие идут в эскулапы.

Борьба со СПИДом. Напасть охватила мир в XX в., выяснилось, что чаще всего заболевают гомосексуалы и беззаботные в сексе. Другими словами, в основном заражаются по собственной вине. На борьбу с болезнью идут громадные деньги: так, США расходуют миллиарды долларов на борьбу с ней в Африке.

Повторю: по моему убеждению, всякие (в том числе «стимулирующие») льготы надо ликвидировать и заменить соответствующим (!) повышением оплаты труда.

Постулировав надобность государства, приходится признать необходимость налогов. За их счет оно оплачивает свой аппарат-армию – суды – полицию – разведку (несомненный атавизм), развивает и поддерживает инфраструктуру, а ныне – науку – просвещение. [259] Возрастающую роль играют социальные расходы. Бедные ясак не платят, государства перераспределяют общественное богатство в их пользу, забирая деньги у богатых. [260] Других денег, кроме тех, которые они берут у граждан, нет; времена дани – военной добычи (без стыда – совести грабил Наполеон) миновали. [261] Налоги богатых содержат бедных. Дополню пословицу «Бесплатен лишь сыр в мышеловке» не менее верным: «Бесплатно – это всегда за чужой счет». [262]

Как налоги влияют на экономику, видно из того, что в Европе «налоговая нагрузка» в 2007 составила 48 процентов ВВП, а в США – 35 процентов. [263] Не зря, когда хозяйство входит в полосу трудностей, первейшая мера – уменьшить налоги.

Чаще всего применяют прогрессивный подоходный налог. Суть – ставка возрастает по мере роста дохода; основание – «они могут заплатить». Других обоснований нет (как и налога на наследство, на собственность, разных местных налогов и специального налога на владельцев з'aмков в Британии). [264] Несправедливость отчетлива – люди пользуются услугами государства в лучшем случае одинаково, а бедный больше богатого. (На самом деле несправедлива и единая ставка: наказывают за больший доход.) Потолок ставки налога не везде установлен. [265] Справедливее был бы «налог на добавленную стоимость» (VAT), в России он действует с начала 90-х, в Европе – раньше. [266]

Налоговая система США имеет свои особенности. Законы принимают на некоторый срок (часто на год), они непрерывно меняются и несусветно запутаны. Масса льгот, которые, повторю, давно уже пора отменять. Армия платных специалистов помогает составить налоговый отчет. [267] Велика роль «местных» налогов – во многих штатах облагаются все покупки (в Чикаго 10 с лишним процентов) и местный же подоходный налог (10 процентов и в г. Нью-Йорке).

Большая проблема для малых бизнесов – как отделить деловые расходы, налогом не облагаемые, от личных. Это надо, елико возможно, упрощать, идти мелким собственникам навстречу.

В 1960-х предложен «отрицательный» подоходный налог (negative income tax). Идея – тем, чей доход ниже определенного уровня, государство выплачивает некоторую сумму. К идее отнеслись скептически, и, хотя ее поддержал Милтон Фридмэн, до дела не дошло. В 1972 соперник Никсона на президентских выборах пообещал каждому избирателю по 1000 долл. Видимо, продешевил – победил Никсон. В конце 2007 подобное обсуждали в Израиле.

По оценке Мирового банка, Россия на одном из последних мест в мире (130 из 178) по простоте уплаты налогов. Утешаться ли российскому читателю сложностью американской системы? Каждый президент обещает упростить налогосбор, обещал и нынешний, он многое наобещал.

Дизраэли писал о двух «нациях» в Британии. А что если разделить страну на две: в одной – «обыкновенные» люди, в другой – беднота? Если помните § XIII: американский конгрессмен спрашивал: «А кто будет гладить мои рубашки?» Во-первых, не возбраняется самому взять в руки утюг. [268] Во-вторых, есть прорва заведений, где стирают – гладят. В-третьих, покупай рубашки, которые глажки не требуют. Но оставим конгрессмена в стороне. Надеюсь, читатель согласится со мной – страна людей, предпочитающих свободу равенству, тужить не будет.

Демократия с элементами диктатуры – все равно что запор с элементами поноса.

Мы вторгаемся в область, где обопрешься единственно на опыт, теории нет (претензий полно). Колыбель демократии – Афины V в. до н. э. [269] После долгого перерыва в конце XVIII в. на недолго воцарилась демократия во Франции. [270] В новейшие времена расширение демократических прав шло по мере роста среднего класса.

Маккиавели цинично – похоже писал о массах; в 1930 Хосе Ортега-и-Гассет опубликовал Revolt, [271] в 1950-х вышла замечательная (не скажу знаменитая: американские социологи – политологи ее замалчивают) книжка Эрика Хоффмана Истинноверующий. Об охлократии – власти толпы (mob rule) писали нескудно. По верным словам Мизеса, левые «не постигли двух факторов: первый, массы не мыслят логически; второй, в глазах большинства, даже когда оно способно осознать истину, сиюминутная выгода более важна, чем б'oльшее благо, которое надо отложить». [272] Кто-то изрек, что не сам охлос ужасен, а интеллигенты, кто, потакая, ведут его. Большевизм – отличный пример того, куда активное меньшинство способно повести плебс. То же и нацизм. [273]

В самом деле, демократическое голосование осудило Сократа, почти демократически избрали нацистов, мы видели, как палестинцы хоронили лауреата нобелевской – ленинской премий тов. Арафата, а затем голоснули за Хамас, в России славят Сталина. Или – в связи с ростом продолжительности жизни надо поднять пенсионный возраст, но рабочие – крестьяне – инженеры по изобретательству против. [274]

Последние десятилетия представления о выгодах демократии колебнулись. Не «совсем наоборот», срединная империя с жестким режимом растет резвее всех, так ведь и Индия споро раскручивается (жуткая угроза – размножаясь, как кролики). [275] Знаменательно соотношение демократии и капитализма. Известны случаи рынка без демократии (Сингапур – Китай), но нет демократии без рынка.

Популизм без особенного экстремизма может существовать, как перонизм в Аргентине, пока не столкнется с хозяйственными трудностями (на Украине множество элементов популизма). Его успехи на относительно долгое время неизвестны. Пробовали разные пути формирования правительства – или в парламенте две «главные», или же несколько партий, и не скажешь, какая система предпочтительнее. Я предпочитаю нереальное – без партий: депутаты сами формулируют мнение и соответственно голосуют.

Мои собственные взгляды демократические. [276] Согласен с Черчиллем, что демократическое устройство общества, при обязательных условиях «разделения властей», взаимного контроля и сдержек, есть наименьшее зло. И конечно, я за то, чтобы равенство возможностей не «падало с неба», а зависело от личного вклада.

По-моему, надобна ограниченная демократия, по меньшей мере, следует ввести избирательный ценз по образованию и минимуму дохода (демократия для тех, кто платит налог). [277] Не оптимально, но необходимый шаг к оптимуму. [278]