Чтение онлайн

За границей вашъ другъ называетъ себя капитаномъ. Когда его спросятъ: кто далъ ему этотъ чинъ? — онъ, не задумываясь, отвчаетъ: Донъ Карлосъ или королева Христина, за которыхъ онъ сражался; и, дйствительно, почему не могъ онъ быть въ Испаніи? вдь никому неизвстно, гд онъ провелъ послдніе два года.

Мы должны заключить эту статью нкоторыми замчаніями насчетъ бднаго мистера Пиджона. Тщеславіе было маленькимъ недостаткомъ Пиджона втеченіе всей его жизни. Сынъ магазинщика, онъ посл смерти родителя получилъ хорошій капиталъ. Глупые фешёнэбльные романы, которыхъ онъ начитался, глупыя родственницы, которыхъ онъ иметъ (NB. Вс молодые люди съ деньгами имютъ глупыхъ родственницъ, которыя льстятъ имъ) и глупыя поздки на минеральныя воды и къ морскимъ купальнямъ, гд отъ познакомился съ высокоблагороднымъ Томомъ Маунткофегаузъ, лордомъ Баллигулли, знаменитымъ нмецкимъ графомъ Свеллер-Мобско, и имъ подобными (это все капитаны Руки въ своемъ род), — все это повело къ гибели молодаго человка.

Я не чувствую ни малйшаго сожалнія къ мистеру Пиджону. Взгляните на него! Посмотрите, какое на немъ щегольское платье! Вино производитъ у него головную боль, но онъ пьетъ его, потому что это принято въ кругу порядочныхъ людей. Подъ страхомъ смерти, онъ садится на рзваго камелопарда, привыкшаго къ извощичьей карет, или, вскарабкавшись на вершину дромадера, несется по аллеямъ Роттенъ Роу, между тмъ, какъ ему хотлось бы сидть на диван, и за чашкой чаю спокойно бесдовать о торговыхъ длахъ съ матерью и сестрой. Сколько ушибовъ подучаютъ его жиденькія ноги отъ этой зды, — и какимъ разбитымъ становится все его тло! Куренье — какъ часто портитъ оно его слабенькій желудокъ! а между тмъ, онъ считаетъ необходимостью курить: Свеллеръ-Мобско куритъ постоянно; Маунткофегаузъ не выпускаетъ изо рта сигары; а что касается Баллигулли, онъ выкуриваетъ по дюжин сигаръ въ день, и говоритъ весьма справедливо, что Понтетъ не отпускаетъ ему такихъ хорошихъ сигаръ, какія продаетъ Пиджону. Дло въ томъ, что Понтетъ еще семь лтъ тому назадъ далъ себ клятву не отпускать въ долгъ милорду ни на полшиллинга, а потому добродушный нобльменъ всегда угощаетъ себя изъ сигарнаго ящика Пиджона.

Эти аристократическія особы втащили пистера миджона въ извстные клубы. Они сдлали это не безъ разсчета: они берегутъ его для самихъ себя. Капитанъ Рукъ занимается своимъ ремесломъ всегда въ сообществ нсколькихъ лицъ; но, разумется, чмъ больше онъ хочетъ выгоды, тмъ меньше должно быть сообщниковъ. Трое, однако же, положительно необходимы, что, безъ всякаго сомннія, извстно каждому изъ читателей, игравшему когда либо въ вистъ: одинъ для того, чтобъ быть партнеромъ Пиджона, проклинать свое несчастье въ игр, предлагать боле высокую игру и «условливаться» съ другимъ товарищемъ; третій для того, чтобъ ршить дло съ Пиджономъ и свезти его къ банкиру для окончательной расплаты. Намъ извстно нсколько примровъ, гд, посл хорошей ночной работы, нумеръ третій пропадалъ вмст съ выигрышемъ; но продлка подобнаго рода опасна; — она не только позорна для профессіи, но отнимаетъ на возобновленіе прежняго занятія всякій шансъ, потому что никто уже не приметъ въ сообщники себ такого измнника. Этотъ маневръ можно допустить при одномъ только случа. Многимъ надодаетъ карточная профессія и у нихъ является желаніе сдлаться честными людьми; въ этомъ случа, если игрокъ можетъ прибрать къ рукамъ хорошій кушъ, напримръ, тысячъ пять фунтовъ стерлинговъ, то смло и не красня можетъ дать тягу. Товарищи не скажутъ ни слова, и бглецъ преспокойно можетъ жить въ Вн, имя въ карман пять тысячъ фунтовъ.

И такъ, въ обществ этихъ милыхъ товарищей вашъ Пиджонъ процвтаетъ до тхъ поръ, пока они не сочтутъ за нужное ощипать его. При производств этой операціи, не должно выдергивать перья слишкомъ сильно, иначе онъ испугается и, пожалуй, улетитъ къ какому нибудь другому мастеру этого дла, да и самыя перья не такъ легко лзутъ съ самаго начала, какъ спустя нсколько времени: — посл нсколькихъ пріемовъ, можно вытаскивать ихъ пригоршнями. Не нужно, впрочемъ, много церемониться при этомъ: не вы, такъ кто нибудь другой поступитъ такъ, какъ слдуетъ. Голубь является въ свтъ уже обреченнымъ на жертву, какъ говоритъ Шатобріанъ:

Онъ долженъ быть ощипанъ; сама природа создала его для этой цли. Если вы, капитанъ Рукъ, не сдлаете этой операціи на зеленомъ стол, освщенномъ двумя восковыми свчами, и при двухъ колодахъ картъ, то Рукъ другаго рода иначе сдлаетъ ее: разв не существуетъ желзныхъ дорогъ, испанскихъ облигацій, компаній для добыванія смолы и корнвалисскаго олова, разв не существуетъ старыхъ вдовъ съ ихъ дочерями? Если вы упустите Пиджона, то онъ попадется негоціанту Руку; если этотъ Рукъ не подстрлить его, то биржевой Рукъ поставитъ ему сти; если бдное трепещущее созданіе избгнетъ и этой опасности, то оно улетитъ и опустится прямо въ воронье гнздо, гд дивная старуха, обладающая удивительною способностію обманывать, лэди Рукъ и ея дочери пріютятъ его на персяхъ своихъ, и въ своемъ мягкомъ и нжномъ пріют ощиплютъ его, и сдлаютъ гладкимъ, какъ облупленное яйцо.

Пожалуйста, капитанъ Рукъ, не церемоньтесь съ Пиджономъ: ловите его, щиплите его, слегка, но смло; а главное, не выпускайте изъ рукъ. Если онъ окажется довольно сильной и осторожной птицей, то, разумется, вы сами должны быть вдвое осторожне; а если онъ чрезвычайно глупъ и запуганъ, то, можетъ статься, самое лучшее средство въ этомъ случа схватить его за шею и сразу выщипать изъ спины вс перья.

Когда перья человкообразнаго голубя вырваны насильственнымъ образомъ, они не выростутъ вновь; — при всемъ томъ, я о немъ не сожалю. Въ этомъ отношеніи онъ только подвергается голубиной участи и, я убжденъ, что онъ также счастливъ въ общипанномъ, какъ и въ перистомъ состояніи. Правда, онъ не можетъ теперь растопырить перья на своей груди, спрятать въ нихъ пустую свою голову, распустить свой хвостъ и выступать на солнышк съ надменной осанкой индйскаго птуха. Но при всхъ этихъ осанкахъ и при всхъ красивыхъ перьяхъ, онъ былъ въ сущности тъ же, что и теперь — несчастной, боязливой, глупой птицей. Пиджонъ скоро привыкаетъ къ этому жалкому состоянію; онъ слишкомъ большой трусъ, чтобъ предаваться отчаянію. Не будучи въ состояніи летать, онъ попадаетъ въ стадо подобныхъ себ товарищей, прыгаетъ между ними и живетъ, какъ ни попало. Желудокъ свой онъ наполняетъ пищей безъ всякаго разбора. Онъ подбираетъ крохи у своихъ родственниковъ; или — когда уже почти совершенно погибаетъ, женится и, произведя на свтъ девятерыхъ дтей, становится угрюмымъ я свирпымъ, начинаетъ пить вино и бить жену. Случается, что онъ получаетъ маленькое, самое маленькое мстечко: вы слышите, что онъ сдлался камердинеромъ или писцомъ въ какой нибудь ничтожной новой компаніи, или сотрудникомъ такой же газеты. Онъ умираетъ, и для вдовы мистера Пиджона длается подписка. Въ его дтяхъ, составляющихъ новое поколніе, мы, къ счастію, не находимъ ли малйшаго сходства съ родителемъ. Да будетъ благословеніе Неба надъ вами, мaлютки! Вы родились въ нищет; вы можете перенесть ее, преодолть вс трудности жизни и сдлаться богатыми. Но горе, горе Пиджонамъ этой земли, родившимся богатыми, чтобъ умереть бдняками.

Конецъ капитана Рука нисколько не отрадне, хотя въ нкоторой степени мужественне и величественне, чмъ конецъ мистера Пиджона. Если вы вздумаете прогуляться по Королевской уголовной тюрьм, я готовъ держать пари, что вы встртите тамъ дюжину подобныхъ людей. Они имютъ видъ спокойный, но выражающій какое-то зврство; прохаживаясь взадъ и впередъ, въ лохмотьяхъ пышнаго наряда, каждый изъ нихъ посматриваетъ на васъ, прищуривъ глаза и скрививъ улыбкою губы, закрытыя огромными сальными усами. Какую страшную дятельность вмщаетъ въ себ домъ съумасшедшихъ или тюрьма! — передъ вами, мрачный дворъ, выстланный плитой, или длинная, темная комната, гд обитатели, подобно жителямъ клтокъ звринца, безпрестанно снуютъ взадъ и впередъ! Марія, королева шотландская, весьма трогательно говоритъ:

Капитанъ Рукъ ходитъ, все ходить по тюрьм взадъ и впередъ, взадъ и впередъ — душевная пытка, повидимому, приводитъ весь организмъ его въ безпокойное движеніе; и, я увренъ, какъ въ дом съумасшедшихъ, такъ изъ тюрьм, вы найдете множество братьевъ нашего капитана Рука. Интересно наблюдать его подъ тяжестію горя и видть, какъ свирпо онъ смотритъ, возмущаемый длиннымъ рядомъ воспоминаній. Въ этихъ-то пріютахъ Руки чаще всего кончаютъ свою жизнь. Даже при боле счастливыхъ обстоятельствахъ, они умираютъ въ самомъ жалкомъ положеніи, въ какомъ нибудь бдномъ, заграничномъ городк, и, для блага будущихъ Руковъ, умираютъ преждевременно. Рдко вы услышите, что старый Рукъ кончилъ свое существованіе, обладая богатствомъ. Ремесло Рука кратковременно и безотрадно, потому что сомнніе и страхъ нельзя назвать пріятными ощущеніями, а они непремнная принадлежность его профессіи: его ремесло безотрадно, потому что хотя Рукъ и старается казаться честнымъ человкомъ, но вс считаютъ его бездльникомъ, и это ему извстно очень хорошо; его ремесло невыгодно, потому что расходы для поддержки ремеслa поглощаютъ вс доходы отъ него, и въ результат остается онъ банкрутомъ съ роскошными привычками, сдлавшимися для него второй натурой. Несчастне капитана Рука, при склон дней его жизни бродящаго въ скучномъ Кале или Булони, или въ тюрьм уголовныхъ преступниковъ, со всмъ бременемъ болзней и нуждъ, постигшихъ его впродолженіе его профессіи, — я не знавалъ вы одного человческаго существа; о, сколько у него болзней, нуждъ и чувственности, нкогда пресыщавшейся, а теперь страдающей отъ недостатка пищи! его уму предстоятъ теперь одни только горькія воспоминанія, честолюбіе его убито; осталось въ немъ только одно ничмъ неизгладимое бездльничество! О, капитанъ Рукъ! какихъ пріятныхъ спутниковъ берете вы съ собой въ тюрьму; какіе пріятные товарищи окружаютъ вашъ жалкій смертный одръ. Сынъ мой, не будь Пиджономъ въ твоихъ отношеніяхъ въ свту! — Но, — если ужь выбирать одну изъ двухъ ролей — то лучше быть Пиджономъ, нежели Рукомъ.

1840