Капкан паучьей лилии
Шрифт:
— Тебе не кажется этот Тадео каким-то…
— Неправильным, мутным, недоразвитым? — с ходу предложил излюбленные эпитеты Сонни. В ответ фыркнули.
— Нет, вообще нет. Он тебе не нравится, верно? — Не дожидаясь его реакции, Патрик продолжил: — Я хотел сказать, что тот выглядит забитым.
— Ну конечно, он же встречается с Рэд.
Они синхронно хмыкнули. Да, отношения с ней многое объясняли. Но Сонни всё равно показалось странным, что Патрик тоже уловил что-то неладное в происходящем.
— Как по мне, Рэд нужен кто-то посильнее, понимаешь? В духовном плане, моральном — называй, как хочешь. А этот Тадео просто теряется на её фоне… Жалко пацана, — подвёл он итог.
Сонни понимающе кивнул, но не стал продолжать разговор. Учитывая дружбу Патрика и Рэд, лучше не рисковать и не делать опрометчивых выводов вслух. Не то чтобы он не доверял Патрику, но всё равно решил перестраховаться: не хотелось, чтобы Рэд была в курсе всех волнующих его нюансов. Но Патрик, конечно, зоркий. Интересно, он всегда был таким догадливым? Сонни перевёл взгляд на менеджера, но тот уже увлечённо разглядывал сцену, где разогревались музыканты, проигрывая первые аккорды какой-то старой мелодии.
— У них солистка, — выдохнула с восторгом непонятно откуда взявшаяся Рэд. Она обхватила Патрика обеими руками со спины и широко улыбнулась. Помяни чёрта.
— Значит…
— Пэт Бенатар?
— Ох…
— Кажется Патрик только что испытал…
— Так!
Вмешательство Кэтрин было как нельзя кстати. Кто знает, какие ещё пошлости придумают эти двое, а Сонни в одиночку с ними не справиться. С облегчением Сонни отметил, что присутствие Кэтрин действует отрезвляюще не только на Патрика, но и на Рэд. Хвала этой женщине!
Кэтрин подхватила мужа под руку и утянула в сторону. Сонни с Рэд остались наедине. Ну или почти. В любом случае, ещё рано было что-то предпринимать, это казалось очевидным, но напряжение всё равно не давало Сонни покоя. Он постарался отвлечься, прислушался, различая незамысловатые слова: «Ты разбиваешь сердца, создаёшь иллюзии, забираешь любовь без остатка». Рэд тихонько напевала себе под нос, пританцовывая явно под совершенно другую мелодию чем та, что раздавалась со стороны сцены. Наверняка это упомянутая Бенатар. Сонни покачал головой, усмехнулся: как бы всё было просто, не увидь он этой татуировки. Не появилось бы тогда решение, которое, в принципе, можно и отменить. Почему бы ему не принять всё, как есть? Смириться с этой дружбой, забыть о предсказании и просто не наслаждаться жизнью? Вот только мысль о том, что жизнь эта может быть неправильной, неполноценной из-за женщины с кровавыми цветами, не отпускала.
Солистка поправила микрофон, наконец группа настроилась, раздались первые аккорды их первого кавера. Рэд с Патриком с разных углов с довольным криком промчались в самый центр собравшейся толпы, распугав попутно остальных. Следом поспешили Кэтрин с Тадео, видимо, чтобы не дать своим половинкам всё там разнести. В другой раз Сонни тоже бы присоединился к ним, но теперь просто не мог этого сделать. Что-то мешало ему веселиться с остальными, что-то мрачное и пугающее. Страх того, что предсказание окажется правдой. Но с чего бы ему бояться?
Через полчаса Мэт не выдержал и ушёл, даже не попрощавшись с остальными, только предупредил Сонни. Уже легче — не будет лишних свидетелей. Потому что Сонни и представить себе не мог, как поступил бы Мэт, увидь что собирается он сделать.
Сонни замер у стола с напитками, где орудовал нанятый бармен, прямо возле одной из искусственных пальм. Со стороны сцены его не было видно, и это на руку. Отсюда открывался прекрасный обзор на всё происходящее в толпе. Он видел, как Патрик меняется с Тадео, обнимая жену за талию и кружа под очередную перепевку, как смеётся Рэд, обхватив своего парня за шею, пока тот наклоняет её до самой земли. Он видел всё, но мысли были совершенно о другом. Как сказать Рэд? С чего начать разговор? Когда лучше это сделать? И вот в чём Сонни сомневался: ненавидит его злой рок или обожает удача? Потому что Рэд отделилась от компании и направилась прямиком к нему. Сначала она его даже не заметила, заказав какой-то замысловатый коктейль, а затем нахмурилась и позвала осторожно:
— Сонни? Ты чего тут? Мы думали, ты ушёл с Мэтом.
Значит, заметили. А чего тогда они с самого начала не позвали его с собой? Ну да, тут же все парочками, каждый сам за себя и свою половинку. Сонни ощутил неприятную обиду, даже фыркнул недовольно, но тут же взял себя в руки. У него другая миссия, и лучше момента не найти.
— Есть разговор.
Рэд приняла от бармена бокал, вскинула вопросительно бровь, но всё же обогнула стол и встала напротив него. Сонни отошёл чуть дальше, потянув её следом, куда свет почти не попадал, чтоб уж точно никто не заметил. И всё. Дальнейшие действия он не продумал, слова разом вылетели из головы. Как же с ней сложно. К счастью, Рэд не торопила, продолжая пританцовывать на месте, но при этом не сводя с него взгляда. Интересно, догадалась ли она о чём пойдёт речь?
— Твоя татуировка, — наконец произнёс он со вздохом. Рэд, предсказуемо, не отреагировала. — Кровавые цветы. Паучья лилия, ликорис — разве это не цветы смерти?
— Ты опять об этом?
Она так беспечно задала вопрос, что Сонни и впрямь показалось, будто это всё — глупости, и он просто себя накручивает несуществующими проблемами. Однако отступать он не собирался.
— Почему ты не сказала мне, что у тебя есть эта тату?
— А зачем?
Ну действительно! Зачем подмечать подобные нюансы, учитывая произошедшее. Это же такая ерунда! Как и в тот раз, когда она не сказала ему про истинную личность Лили де Лирио.
— Разве я не должен был знать?
— А зачем?
Так, это уже начинало подбешивать. Хотя Сонни понимал, что и её беззаботность — неспроста. Рэд, как обычно, хочет вывести его из равновесия, чтобы потом ударить наотмашь чем-то острым и в самое сердце, вывернуть ему мозг, а потом эту мешанину засунуть обратно удобным для неё образом. Не выйдет.
— Ты ведь помнишь…
— Да-да, — она отмахнулась. — Предсказание. Сонни, ты опять…
— Я не накручиваю себя. — Удивительно, но она замолчала. — Не бывает таких совпадений, Рэд, мы уже это обсуждали. Один раз, два — ладно, но не постоянно. Тут каждая мелочь сходится, и ты знала обо всём с самого начала.
На несколько секунд между ними повисла тишина. Казалось, даже музыка раздаётся откуда-то издалека, будто вовсе из другого мира. Наконец Рэд вздохнула.
— И чего ты хочешь, Сонни? Очередных извинений?
— Нет.
— Так чего же?
Давай, скажи. Скажи, чёрт бы тебя побрал! Сонни прикусил нижнюю губу, слова застряли где-то в горле и никак не хотели выходить наружу. Видимо, подумав, что не дождётся ответа, Рэд развернулась, собираясь уйти. Он не мог этого позволить. Другого случая уже не будет! Сонни вцепился пальцами ей в плечо, удерживая на месте. Это впервые, когда он проявляет подобную инициативу, причём не для развлечения или смеха, а с некой агрессией — и это его отчего-то пугало, потому что разжать пальцы казалось невозможно. Невозможно отпустить. По крайней мере, не сейчас.
— Поцелуй.
— Что?
Вырвавшееся слово, прежде кажущееся камнем, оказалось легче пёрышка, так просто получилось произнести, и ещё проще повторить.
— Поцелуй.
Рэд развернулась, и Сонни уловил недоумение на её лице. Он не думал, что придётся уговаривать, просто не был к этому готов, потому что вообще не предполагал, что на самом деле зайдёт так далеко. Пожалуй, именно поэтому он не ожидал простого:
— Хорошо.
Влажная от бокала ладонь легла ему на шею, потянула ниже, — так низко ему ещё не приходилось склоняться для поцелуя, — приближая к чужому лицу. Лёгкий аромат аниса коснулся ноздрей, а затем… Колкие, обветренные губы прижались к его собственным. Несмотря на это, прикосновение вышло нежным, мягким, даже чувственным, но… Ничего не произошло. Совсем. Не было ни фейерверков в голове, ни дрожи в пальцах, ни пресловутых бабочек в животе, и мир не перевернулся с ног на голову. Можно жить спокойно. А как жить-то?