Капо
Шрифт:
— Ни за что на свете, брат. Ты не боишься испачкать руки?
— Не в этот раз. Наконец-то ты нашел женщину своей мечты, ту, которая может исцелить тебя. Я никому не позволю разрушить это.
— Оу-у. Ты говоришь так, будто это правда.
— Ублюдок, — бросил он, фыркнув. — Так и есть. Как бы ни было, я был в ярости из-за того, что Маргарет так плохо с тобой обошлась. Хотя её саботаж и связи выводили меня из себя, я не мог вынести того, что она сделала с тобой, моей плотью и кровью. И да, я почти пошёл на эту работу сам. Мэддокс убедил меня в обратном. Он сказал, что ты никогда меня не простишь.
— Мэддокс — хороший мужик, но кто сказал, что я собираюсь прощать тебя сейчас? — я схватил сумку с вещами из багажника и закрыл её с тихим щелчком. Несмотря на то, что Слэйд был один, этот человек не был глуп. Он всю свою жизнь проработал наёмным убийцей, но ни разу не был пойман, хотя Арман сказал, что он был вынужден уйти в отставку из-за травмы, полученной во время сложного заказа. Как бы то ни было, он должен был понимать, что, когда Делани будет похищена, я буду использовать все возможные методы, чтобы выследить его.
Ошибкой, которую он совершил, была женщина, девушка, работавшая у нас. Похоже, женщины действительно были самой большой слабостью из всех. Слава Богу за это.
— Кровь не водица, брат. Давай сделаем это. Пришло время вернуть девушку твоей мечты.
— Брэндон под защитой?
— Я сделал пару звонков. Никто не сможет до него добраться.
Я подумала об этом человеке и нашей дружбе. Скорее всего, она будет разрушена. Может быть, он найдёт способ простить меня. А может, и нет.
— Хорошо. Я готов, брат. Давай начнём веселье.
Он молча дал знак своим людям окружить весь дом, готовые задержать Слэйда, если тот попытается сбежать.
Пока мы поднимались по лестнице, постоянно осматривая окрестности, я понял, что на сердце у меня по-прежнему тяжело. Я любил девушку, но мне ещё предстояло сказать ей об этом. Так больше продолжаться не могло. Я расскажу ей о том, что чувствую, когда спасу её. И буду говорить каждый последующий день.
Освещение в мотеле было тусклым, но достаточным, чтобы освещать дорожку. Комната этого человека находилась в конце здания, ближе всего к группе деревьев. Мы шли, пригибаясь к зданию и прижимаясь к нему. С каждым нашим шагом ярость продолжала нарастать.
Как только мы оказались в нескольких футах от комнаты Слэйда, он выбежал за дверь и помчался ко второму лестничному пролету. В его руке было автоматическое оружие, но он будет использовать его только в случае крайней необходимости, чтобы не привлекать внимания.
Мы вдвоём побежали к нему и за считанные секунды добрались до верхней площадки лестницы. Этот ублюдок должен был догадаться, что у нас всё под контролем, Мэддокс и Рокко уже поднимались по лестнице.
— Не так быстро, Слэйд. Похоже, ты был плохим русским парнишкой, — проговорил я почти мимоходом, желая поскорее покончить с этим.
Он рассмеялся, как будто знал, как из выпутаться из этой ситуации. Когда он поднял руки, словно сдаваясь, я понял, что он не собирается открывать свой рот. Что ж, это мы ещё посмотрим.
Когда он изрыгал ненависть по-русски, Арман, стоявший рядом со мной, рассмеялся.
— Увидимся с вами в аду, — добавил он по-английски без малейшего акцента.
— Посмотрим. Давайте отведём его в комнату. Нет причин беспокоить других гостей.
Я стоял у перил, пока его заталкивали внутрь, и качал головой. Когда Арман встал рядом со мной, мы оба наклонились друг к другу, и я снова рассмеялся.
— Знаешь, наш отец был прав во многом.
— Верно. Но мы не из тех мужчин, которые признаются в этом.
— Ага. Может, нам стоит начать с чистого листа.
Мы оба посмотрели друг на друга и заговорили одновременно.
— Нет.
Он похлопал меня по спине.
— Что ты используешь для получения информации?
— Я когда-нибудь рассказывал тебе о том случае, когда папа заставил меня пойти с ним на допрос, когда мне было восемнадцать?
— Не думаю, что ты это делал.
— Увлекательная история, которую я тебе когда-нибудь расскажу. Скажем так, он творчески использовал фортепианную струну. Думаю, сегодня она подойдет.
Арман присвистнул.
— Ты порочный человек. Мне это в тебе нравится.
— Это был комплимент, брат. Давай я покажу тебе, как это делается.
ГЛАВА 28
Делани
Я как-то слышала, что страх — ужасная хозяйка. Что бы это, чёрт возьми, ни значило. Я была в ужасе. Я была зла. Я была…
Темнота была невыносимой, повязка стягивала глаза. Однако все остальные мои чувства обострились с тех пор, как я очнулась в багажнике автомобиля, где меня продержали, наверное, несколько часов. Я не была уверена, куда эти ублюдки меня отвезли, но я слышала крики чаек и что-то похожее на гудок большого корабля.
Моя голова всё ещё была затуманена из-за того, что мне ввели какой-то наркотик, и я не могла понять, сколько времени прошло. Всё, что я знала, это то, что двое мужчин куда-то меня вели, и я была ошеломлена тем, что это приведёт меня к смерти. Хуже того, эти ублюдки говорили на языке, которого я не понимала, а это означало, что я была в полном неведении относительно происходящего. Меня охватила тошнота, и на глаза постоянно наворачивались слёзы.
Каждый раз, когда я спотыкалась из-за своих босых ног, они оба подталкивали меня вперёд, смеясь надо мной, как будто моё состояние было для них самой смешной вещью на свете. Я не смела ни хныкать, ни, не дай Бог, проклинать их. В их руках была вся власть. Я хотела надеяться, но это было почти невозможно. Я хотела, чтобы мой прекрасный спаситель пришёл и спас меня, но в глубине души и в глубине своего сердца я знала, что этого не произойдёт.
Франсуа понятия не имел, где я, и не было никакой возможности узнать, когда его выпустят из тюрьмы. И выпустят ли вообще. Всё было подстроено идеально, и я купилась на их фальшивые значки, которые казались на удивление настоящими. Они спланировали всё до мелочей, включая причинение вреда пушистой малышке. Если бы мне пришлось гадать, я бы сказала, что двое мужчин, которых я видела в лифте, осматривали здание, чтобы убедиться, что они там в безопасности. Печаль была невыносимой, ужас нарастал до такой степени, что я могла сосредоточиться только на учащённом биении своего сердца.
Внезапно мужчины, державшие меня, резко остановились.
— Посылка у вас. Какие-то проблемы? — вопрос был на английском, и я навострила уши.
— Отрицательно.
Первый парень рассмеялся.
— Он будет доволен.
Акцент. Он был не испанский. Русский? Может, я и не специалист по языкам, но я была в этом уверена.
— Куда ты её хочешь деть?
— У меня есть ящик. Только убедись, что не повредишь её прекрасную плоть. Он хочет, чтобы она была целой.
Все трое мужчин рассмеялись, один из них подтолкнул меня вперёд. Я была босиком, и колючий жар щекотал каждый дюйм моей кожи. Я чувствовала, как что-то покачивается у меня под ногами, и если бы я сделала взвешенное предположение, то сказала бы, что меня посадили на какое-то судно. Куда они меня везут? И кто отдал приказ о похищении?