Чтение онлайн

Выяснилось, что посещение салона стоило каждого пенни. Стивен, который в последний час моих процедур решил сделать освежающую маску, вышел как раз в тот момент, когда меня закончили красить. Его реакция была бесценна. Отвесив челюсть, он недоверчиво рассмеялся:

— Боже мой. Кто ты такая, черт возьми?

Я закатила глаза и покраснела, но Стивен не сдавался и, обойдя меня по кругу, в конце концов заключил в одно из своих редких объятий.

— Ты великолепна, — пробормотал он. — Просто признай это.

Позже, когда мы с множеством сумок ввалились к нам домой, София спустилась из своих комнат на четвертом этаже. Она уже переоделась в пижаму и пушистые тапочки и собрала волосы в высокий хвост. Вопросительно взглянув на меня, София покачала головой, словно не могла поверить собственным глазам.

— Мы обанкротились, — с улыбкой сообщила я. — Я истратила все наши деньги на прическу и одежду.

К моему ужасу, глаза сестры наполнились слезами. Быстро тараторя что-то на испанском, она обняла меня так крепко, что я чуть не задохнулась.

— Так плохо? — спросила я.

Она рассмеялась сквозь слезы.

— Нет, нет, ты такая красивая, Эйвери…

Как-то так получилось, что во всеобщей суматохе, пока все мы на радостях обнимались друг с другом, София поцеловала Стивена в щеку.

От этого невинного жеста он застыл и как-то странно, растерянно на нее посмотрел. Уже через секунду с его лица исчезло всякое выражение. София, кажется, ничего не заметила.

Даже если бы у меня и были какие-то сомнения по поводу чувств Стивена к моей сестре, я знала, что сказал бы любой прорицатель: «Знаки говорят — да».

Вечер, когда Холлис Уорнер устраивала свой аукцион произведений искусства, выдался жарким и влажным. В воздухе был разлит тяжелый аромат восковницы [5] и лантаны [6] . Я остановила машину рядом с парковкой, полной дорогих автомобилей, и служитель в униформе, стоявший за специальной стойкой, поспешил помочь мне выйти. Подол моего бирюзового, украшенного стеклярусом платья игриво затанцевал вокруг коленок. Прическу и макияж мы сделали вместе с Софией, и я знала, что никогда не выглядела лучше.

Живой джаз словно дымкой окутал меня, едва я вошла в дом Уорнеров. Особняк в колониальном стиле, выстроенный на участке в два акра, сохранился с двадцатых годов, когда район Ривер-Оукс только начинал застраиваться. Холлис увеличила площадь дома почти в два раза, пристроив к нему сзади очень современное стеклянное крыло: броское, но не слишком удачное сочетание. Позади этого крыла белел, возвышаясь, огромный шатер.

В роскошном холле со старинными паркетными полами царил холод. Дом был полон гостей, а ведь прием только начался. Помощницы раздавали каталог произведений искусства, выставленных на аукционе.

— Аукцион и ужин пройдут в шатре, — сказала мне одна из девушек, — а пока можно пройтись по дому и посмотреть лоты. В каталоге рядом с описанием указано, где их найти.

— Эйвери! — В облегающем платье из розового шифона, юбка которого состояла из колышущихся бледно-розовых страусиных перьев, показалась Холлис. Ее сопровождал муж, Дэвид, — подтянутый привлекательный мужчина с седой шевелюрой.

Чмокнув воздух около моей щеки, она защебетала:

— Мы отлично повеселимся сегодня! И как чудесно ты выглядишь! — Холлис обернулась к супругу: — Дорогой, повтори Эйвери, что ты сказал, когда увидел ее.

Тот не медля откликнулся:

— Я сказал: «Эта рыжеволосая красавица в голубом платье — лучшее доказательство того, что Господь Бог — мужчина».

Я улыбнулась:

— Благодарю за приглашение. Какой невероятный у вас дом.

— Я покажу вам новое крыло. Сплошь стекло и бетон. На продумывание проекта ушла целая вечность, но Дэвид поддерживал меня всё время, — погладив мужа по руке, Холлис лучезарно ему улыбнулась.

— Моя супруга как никто обожает устраивать приемы, — сказал Дэвид. — Она собирает деньги на уйму благотворительных проектов. Такая женщина заслуживает дом своей мечты.

— Дорогой, именно Эйвери организовала свадьбу дочери Джуди и Рея Кендриков. Я хочу представить ее сегодня Райану, чтобы она помогла делам Райана и Бетани сдвинуться с мертвой точки.

Дэвид взглянул на меня с новым интересом:

— Рад слышать. У Кендриков получилась отличная пирушка. Мы здорово гульнули. Я совсем не прочь, если и у Бетани будет нечто подобное.

Гадая, что именно Холлис имела в виду под фразой «сдвинуть с мертвой точки», я спросила:

— Райан уже сделал предложение?

— Нет, он пытается придумать особый способ для этого. Я сказала, что вы сегодня здесь будете и сможете что-нибудь подсказать.

— С удовольствием.

— Лучшего мужа для Бетани и пожелать нельзя, — продолжила Холлис. — Архитектор. Чертовски умен. Его семья, Чейзы, в близком родстве с Тревисами. Мать Райана умерла молодой. Ужасная трагедия! Но Черчилль Тревис, его дядя, приглядывал за семьей и проследил, чтобы дети получили образование. И включил их в свое завещание, — тут Холлис многозначительно на меня посмотрела. — На проценты со своего трастового фонда Райан мог бы жить припеваючи и ни дня не работать. Дэвид, я покажу Эйвери дом. Ты же справишься без меня несколько минут? — резко сменив тему разговора, Холлис ухватила меня за руку, звякнув своими многочисленными крупными кольцами.

— Попробую, — ответил Дэвид, за что получил в ответ игривое подмигивание.

Ведя меня через дом к стеклянному крылу, Холлис щебетала с легкостью опытной хозяйки. По дороге она показала мне некоторые картины, отобранные для аукциона. Каждая была пронумерована и сопровождалась информацией о художнике. Еще Холлис успела отправить смс Райану с просьбой встретиться с нами в некой «поднебесной» комнате.

— Он сбежит от Бетани на несколько минут, дабы поговорить с вами наедине. Райан хочет, чтобы предложение стало для нее сюрпризом. И правильно, как же иначе?

— Если ему удобнее приехать в наш офис в Монтроуз, мы можем обсудить всё там. Так легче, да и обстановка у нас более уединенная.

— Нет, лучше сделать всё сегодня, — перебила меня Холлис. — Иначе Райан еще долго будет раскачиваться. Сами знаете, каковы мужчины.

Я вежливо улыбнулась, искренне надеясь, что Холлис не пытается вынудить Райана Чейза сделать предложение.

— Они давно вместе? — спросила я, когда мы вошли в маленький лифт со стеклянными стенами.

— Два или три месяца. Повстречав того единственного, вы понимаете это сразу. Дэвид предложил мне выйти за него замуж всего лишь через несколько недель после знакомства. И посмотрите на нас сейчас — не расстаемся уже двадцать пять лет.