Чтение онлайн

– Говорил, – подтвердил Карэле. – А теперь он пропал.

– Он обязательно вернётся! – парень бросил на кондитера возмущённый взгляд и выскочил за дверь. Бринни кинулась за ним.

*

Девушка вернулась через полчаса, на ходу вытирая глаза. Карэле, достававший из форм остывшие конфеты, видел через окно, как она проскользнула в калитку и направилась к двери пекарни. Однако так и не вошла – через минуту Бринни появилась по ту сторону окна.

– Извините, господин Карэле, – грустно сказала она.

Непонятно было, за что горничная извиняется: за свой уход или за то, что отвлекает кондитера от работы. Однако он невозмутимо кивнул.

– Всё в порядке.

Бринни тяжело вздохнула. Карэле перевернул медную форму, но из неё выпала только пара конфет. Кондитер мягко постучал по форме специальной деревянной палочкой – короткой, но тяжёлой, обтянутой войлоком, чтобы не повредить металл.

– Как вы думаете, мастер Алесдер найдётся?

Карэле тоже вздохнул, отставляя пустую форму в сторону.

– Всё возможно, – мягко сказал он, перекладывая конфеты со стола в коробку. – Почему бы и нет?

– Он ведь такой хороший человек, – горячо подхватила Бринни. – Может быть, Маленький Народец не очень рассердился на то, что он говорил? И скоро его отпустит.

– Может быть, – повторил Карэле, отворачиваясь от окна. Он взял со стола несколько коробок с шоколадом и вышел с ними в смежную комнату, служившую складом. Шансов на то, что Проказники «не очень рассердятся», было немного. Пчела не умеет кусать слегка, такова уж её природа. И обитатели холмов ничуть не лучше пчёл: они ничего не делают наполовину.

Разложив коробки по полкам, кондитер вернулся к столу, прихватив новую партию заполненных форм. Бринни всё ещё не ушла.

– Господин Карэле, – робко сказала она, – можно спросить? Почему мы всегда называем их разными именами? Я знаю, что это правильно, но не знаю, почему. А мне нужно обязательно объяснить Тимсу.

– Это просто, девочка, – отозвался тот, переворачивая очередную форму. – Нужно менять имена как можно чаще, чтобы ни одно из них не прилипло к ним и не стало настоящим. Только и всего. Тебе приходилось слышать про людей, которые слишком увлеклись выбранной ролью и играли её так усердно, что маска стала их истинным лицом?

– Наверное, да, – неуверенно сказала Бринни.

– Вот и с именами то же самое. На самом деле то название, которое так неосмотрительно использовал Алесдер – вовсе не их настоящее имя. Как и предыдущее, которого ты, наверное, даже не слышала. Однако мы звали их так слишком долго, и придуманные имена получили силу. А первого их имени никто не знает. Поэтому у нас нет власти над Лёгкими Танцорами, зато они всегда чувствуют, когда мы о них говорим, стоит только использовать неверное слово.

– Теперь понятно, – кивнула девушка. – Спасибо… А наши собственные имена, господин Карэле? В них тоже есть какая-то сила?

– Только в истинных, – улыбнулся кондитер. – Но мало кому из людей удаётся найти своё истинное имя.

*

По понедельникам кондитерская не работала, но Карэле всё равно варил шоколад. Он отдыхал в воскресенье. За это время посетители успевали раскупить все сделанные накануне запасы конфет, и на следующий день в его рабочей комнате снова поскрипывала тяжёлая ручная мельница, перетирающая сахар и дроблёные какао-бобы, а на плите неспешно нагревались котлы с шоколадом.

У остальных работников в этот день был выходной, однако девушки прибежали в кондитерскую с самого утра. Отмеряя ингредиенты, Карэле видел в окно, как они со смехом натягивают под яблоней старую простыню, держа её за углы. Верхние ветки яблони тряслись, как от сильного ветра, и яблоки летели вниз.

– Ивер! – крикнул кондитер в окно. – Осторожнее!

– Хорошо, дядя Карэле, – донеслось сверху.

Тётушка Нанне явилась чуть позже, когда вёдра с вымытыми яблоками уже стояли в пекарне. Разливая шоколад по формам, Карэле слышал, как она руководит своими подопечными, ругая Юту за небрежно срезанную кожуру.

Затем вниз спустились госпожа Алли и Мона, до того готовившие на всех обед в верхней кухне, и дело пошло веселее. Усевшись во главе стола, хозяйка ловко расправлялась с яблоками, очищая их и тут же нарезая на четвертинки. Трудно было сказать, сколько ей лет – невысокая, полноватая, с огромными смеющимися глазами, она и сейчас была красива. Пышные тёмно-каштановые пряди выбивались из-под платка, которым Алли повязала голову перед работой, но она уже махнула на них рукой, не успевая поправлять.

К тому моменту, когда Карэле закончил протирать детали ручной мельницы, тазы с очищенными яблоками занимали оба стола. Из-за них соблазнительно выглядывал небольшой бочонок свежего яблочного сидра, заказанный специально к этому дню.

Наконец два ведра заполнились мелко нарезанными яблоками. Лина и Мадален вымыли медные котлы, в которых обычно варился шоколад, и первая партия будущей пастилы отправилась на плиту. Старый Роним, исполнявший при кондитерской обязанности дворника, истопника и разнорабочего, выпил со всеми первую кружку сидра и, прихватив кувшин со своей порцией, отправился в подвал, чтобы поддерживать огонь.

От сидра разговоры стали громче, а смех – чаще. Только у Бринни в глазах нет-нет, да мелькала печаль, но она старалась не показывать виду, старательно размешивая яблочное повидло и отвечая на шутки Юты, стоявшей у соседнего котла.

Тётушка Нанне успевала повсюду, то добавляя в котлы сахар, то отправляя девушек готовить противни, которые следовало застелить пергаментной бумагой.

Карэле колдовал над чугунной ступкой, растирая в ней одну за другой все девять специй и шутливо щёлкая по носу тех, кто пытался подсмотреть, что он туда добавляет. Даже невидимка Ивер не преуспел в этом деле, хоть и сумел избежать щелчка.

Напоследок Карэле достал из кармана заранее приготовленный пузырёк и высыпал в ступку ароматный светло-коричневый порошок гины. Тщательно размешал все специи, торжественно отмерил по большой ложке смеси в каждый котёл.

– А запах-то какой! – ахнула тётушка Нанне. – Аж голова кругом. Что вы туда положили, господин Карэле?

Тот промолчал, с загадочной улыбкой выслушивая предположения, несущиеся со всех сторон.

– Не скажет, – резюмировал Ивер.

– Не скажу, – подтвердил Карэле. – Но…