Чтение онлайн

– Ты мне обещал, – напомнил он. А потом привалился к стене и начал смеяться. И тогда все ожили. Бросились совать кузнецу в руки стаканы с сидром и ромом, спасать подгорающее повидло, запричитали, заплакали.

– Ивер, двигай ларь на место, – крикнул Карэле, помогая Алесдеру подняться и пересесть в кресло, стоящее в углу. Рядом немедленно образовалась целая батарея бутылок, а на коленях у кузнеца оказалась тарелка с хлебом, ветчиной и сыром.

– Ешь, – велел ему Карэле, забирая испачканный в пастиле кинжал, – рассказывать будешь потом.

Он обернулся к остальным, и под его взглядом хаос немедленно превратился в бурную, но упорядоченную деятельность. В пекарне загремели вынимаемые из печи противни, последняя порция нарезанных яблок отправилась в котлы, сдобренная специями, и сладкий, головокружительный аромат гины стал ещё сильнее.

– На её запах я и пришёл, – говорил Алесдер чуть позже, когда уже была вымыта посуда, печи остывали, а Роним, пропустивший всё самое интересное, прекратил сокрушаться, что его не позвали вовремя. – Они заманили меня в холмы, в какую-то пещеру, и ей конца-края не было. Я там блуждал, наверное, несколько лет.

– Четыре дня, – уточнила Алли, аккуратно нарезая пастилу квадратами.

– Не может быть, – усомнился кузнец. – Хотя, конечно, определять время было нечем. Солнца я там не видел, только какие-то гнилушки светились. Я уж думал, не выберусь. Они мне так и сказали: будешь тут вечно бродить, неуважения от людей мы сносить не станем.

Карэле выразительно промолчал.

– А потом я вдруг учуял запах. Вроде как твоей яблочной пастилы, только ещё лучше. Что-то такое волшебное, незнакомое. Ну, вот этот самый, в общем. И ноги сами туда понесли. Я шёл-шёл, гляжу: какой-то свет. И голоса раздаются…

Стукнула дверь пекарни, и в комнату влетели запыхавшиеся Бринни и Тимс.

– Мастер! – воскликнул парень, подбегая к нему. – Где вы были?

– У них, – сурово ответил Алесдер. – У Добрых Соседей, Тихих Танцоров, Сумеречного Народца, Шалунов и Проказников. И чтобы я больше ни разу не слышал, как ты называешь их по имени!

– Хорошо, мастер, – потрясённо отозвался Тимс, когда сумел закрыть рот. – Как же вы выбрались?

– Этого я и сам не понял, – признался кузнец.

– Просто я обещал ему пастилу, – объяснил Карэле. – А за ней Алесдер явится даже с того света, не то что из-под Холмов. Только и всего. Как видите, никакого волшебства!

Бринни сделала пируэт, держа в руках метлу.

– Платье почти готово, – сообщила она Юте, убиравшей нераспроданное за день печенье в большие жестяные банки. – В понедельник пойду покупать перчатки. И кружева для нижней юбки.

Шитьё свадебного платья вот уже с месяц было главной темой разговоров работниц кондитерской. За обсуждением ткани и фасона, насчёт которых у каждой оказалось собственное мнение, последовал непростой выбор: расшивать корсаж золотыми бусинками или бисером. Затем возникли вопросы про количество лент, ширину кружева и украшение туфель. Из-за них девушки едва не поссорились, но их примирила фата – как ни странно, здесь все проявили поразительное единодушие. Сейчас последней спорной деталью оставался букет невесты. Естественно, Бринни предстояло держать в руках белые розы, обсуждались только их число, цвет банта и прочие мелочи. Горячие дискуссии по этому поводу грозили затянуться до самого дня свадьбы.

– Сходить с тобой? – предложила Юта.

– Нет, я сама, – поспешно отозвалась Бринни, понимая, что в этом случае ей придётся позвать ещё и Лину с Мадален, и тогда на выбор перчаток уйдёт весь выходной.

Она принялась подметать пол, что-то тихонько напевая, и вдруг рассмеялась.

– Представляешь, а я ведь гадала на прошлый Йоль, и получилось, что в этом году мне замуж не выйти. Вот и верь после этого предсказаниям!

– А как ты гадала? – спросила Юта, собирая пустые подносы в стопку.

– На спичках. Не знаешь такой способ? Две спички втыкаешь в коробку с разных сторон, поджигаешь, и если у них головки повернулись друг к другу, это к замужеству.

Девушка с сомнением хмыкнула.

– Да ну, как спички могут что-то предсказать? Когда они вообще появились – лет тридцать назад? Это точно ерунда. Для гадания нужно использовать старинные методы.

– А где гарантия, что они сработают? – возразила Бринни. – Их же не проверишь.

Юта подняла на неё глаза и внезапно улыбнулась.

– Вот мы и проверим! – хлопнула она в ладоши. – Смотри, как удачно: у нас есть одна невеста, то есть ты, и три девушки, которые пока не собираются замуж. Перепробуем все способы, и те, которые предскажут тебе скорую свадьбу, будут правильными.

– Так не делают, – засомневалась горничная. – И вообще гадать нужно зимой, в крайнем случае после Самайна, а до него ещё больше месяца!

– К зиме ты уже выйдешь замуж, – упрямо сказала Юта. – Если мы хотим выяснить правильные способы, нужно это делать сейчас. То есть не прямо сейчас, а, например, завтра. Давай соберёмся вечером у тебя в комнате? Я всё, что надо, принесу, тебедаже не придётся ничего готовить.

– Госпожа Алли будет недовольна, – покачала головой Бринни, но устоять перед натиском Юты было невозможно.

– Сделаем вид, что помогаем тебе шить платье. И вообще, мы будем сидеть тихо, как мышки, она даже ничего не заметит. Пойду скажу остальным!

Юта скрылась в пекарне, где Лина и Мадален заканчивали мыть посуду. Горничная вздохнула и, смирившись с завтрашним гаданием, вернулась к уборке.

*

На следующий день Юта действительно принесла с собой корзинку, таинственно накрытую белым платком. Прямо с утра она выпросила у госпожи Алли разрешение «помочь нашей Бринни с шитьём», а у Карэле – испечь пирог для девичника. Правда, заниматься пирогом пришлось Лине, но Юта сварила для всех кофе.

Поужинав в опустевшей пекарне, девушки на цыпочках поднялись на второй этаж. Юта несла свою корзинку, Мадален – небольшой медный таз с водой.

– Нехорошо выходит, – покачала головой горничная, впуская гостей в свою комнатку. – Всё-таки мы хозяйке неправду сказали.

Внутри было так тесно, что девушки едва помещались. Бринни сразу же усадила Мадален и Лину на кровать, а таз поставила на маленький столик, отодвинув в сторону лампу.

– Почему неправду? – удивилась Юта, закрывая за собой дверь. – Можем заодно и шитьём заняться.

– Нет уж, тебе я платье не доверю! Видела я, как ты шьёшь – стежки во все стороны скачут, словно котята по весне.

– Ну Мадален пусть шьёт, она аккуратная.

Юта уселась на единственный стул и торжественно поставила корзинку на колени. Мадален согласно кивнула.

– Доставай какую-нибудь работу, без дела скучно сидеть.

Бринни, поколебавшись, вручила ей уже смётанную нижнюю юбку и шкатулку с нитками, а сама уселась в ногах кровати, возле висевшего на стене свадебного платья, и достала моток кружева.