Чтение онлайн

— Молодчина, как обычно! — с нежностью сказал мужской баритон. Раздался звук поцелуя, и Тинда улыбнулась.

— Вот письмо от Карэле, — протянула она конверт своему невидимому собеседнику.

Конверт взмыл в воздух, из него выскользнул лист бумаги и развернулся. Судя по высоте, на которой висело письмо, читающий его был немалого роста.

— Старая лисица! — рассмеялся мужчина. — Как ловко он намекает на то, чтобы мы с тобой были осторожны! Слушай, у меня предчувствие, что сын нас вот-вот навестит, чтобы рассказать то, что нельзя было написать в письме. Похоже, этот Рорг может создать немало проблем.

— Справимся, — отозвалась его жена, собирая растрёпанные волосы. — Когда это мы отступали перед трудностями, Бенефор? А по Иверу я очень соскучилась. Надеюсь, предчувствие тебя не подведёт…

Карэле наводил порядок на своём столе в кабинете, разбирая скопившиеся бумаги. Он то и дело отвлекался от работы, поглядывая в окно, за которым сияло тёплое солнечное утро. Сосредоточиться на деле сегодня не удавалось.

В дверь кабинета постучали.

— Это я, дядя Карэле!

Кондитер поспешно отпер дверь.

— Наконец-то! Ну, рассказывай. Что с инспектором?

— Он всё-таки меня опередил, — сообщил его невидимый собеседник. Отпечатки подошв прошлись по ковру и замерли перед креслом. Ивер уселся в него, не переставая говорить. — Явился к маме вечером того же дня, представляете? Она разыграла ему обычный спектакль — хорошо, что я этого не застал. Терпеть не могу, когда мама изображает из себя сумасшедшую! Кстати, она просила поблагодарить за конфеты. Как только этот Р-р-р вручил ей коробку, она сразу поняла, что дело неладно: не могли же вы забыть про её аллергию на шоколад. Так что мама первым делом прочла письмо, а потом изложила ему ту же версию. Дорогая Тинда, как жаль, что мы не виделись много лет, и всё такое.

— Значит, всё прошло успешно? — с облегчением спросил Карэле.

— Само собой! Между прочим, я наконец уговорил отца избавиться от его ненаглядного «феномена». Он до сих пор что-то там исследовал, но я намекнул, что мне светит прогулка в Бхарат в компании ребят из Агентства, и старик сдался.

Карэле хмыкнул, усевшись на край стола.

— Вот это, я понимаю, достижение!

— Ну, он всё ещё пытается выяснить, как долго невидимость будет передаваться по наследству. Для него это больная тема… В общем, на днях в Шиме была сильная гроза, и мы к ней подготовились. Дождались молнии поярче, а гром обеспечили сами, у отца отличная взрывчатка. С горы сошёл оползень, накрыл ту долинку — словно водой подмыло, не придерешься. Мама ходила, проверяла. Сказала, что и следа не осталось.

— А что Рорг? — поинтересовался кондитер.

— Да ничего. Он на тот момент был ещё в Шиме — расспрашивал местных, но, по-моему, без особого успеха. Пометался в долине на следующий день, а что он мог сделать? Так и уехал ни с чем. Провал даже раскопать невозможно — мы закладывали взрывчатку и внизу, и по склону, так что всё перемешалось. Шимскому феномену конец.

— Будем надеяться, что это поможет, и инспектора мы больше не увидим, — пробормотал кондитер.

Он подошёл к окну. В небе мелькали стрижи, утреннее солнце пригревало красные крыши домов.

На углу, у перекрёстка, на столбе с указателем «Кондитерская Карэле» весело блестел большой шар. И только несколько человек знали, что под слоем зеркальных осколков, в свинцовом саркофаге, дремлет метеорит, способный изменить судьбу всего мира.

Ветки, усыпанные тяжёлыми розоватыми яблоками, свисали через забор. Тимс сорвал одно, вытер об рукав рубашки и расправился с ним в три укуса.

— Это кто тут ест наши яблоки? — раздался у него над ухом суровый девичий голос.

Тимс отшвырнул огрызок, схватил девушку в охапку и закружил по переулку. Та хохотала и отбивалась.

— Как ты так незаметно подкралась? — наконец спросил парень, отпуская её.

— Просто ты слишком громко хрустел яблоком, — рассмеялась девушка, убирая за ухо светло-русую прядку. — Ох, Тимс, у меня волосы растрепались, на кого я теперь похожа?

— На первую красавицу Пата, — весело ответил тот, любуясь ямочками, которые появлялись на её щеках всякий раз, когда девушка улыбалась. — Смотри, Бринни, что я тебе принёс.

Парень вынул из кармана изящный медный браслет с чеканкой и надел его девушке на запястье.

— Какое чудо! — ахнула она, разглядывая тонкий узор. — Спасибо! Ты уже настоящий мастер, честное слово!

— Пока нет, но скоро буду, — поправил её Тимс. — Через два месяца. Скорее бы Мабон! Сдам экзамен, смогу зваться мастером-кузнецом, и мы с тобой поженимся и уедем.

Бринни залилась краской, но согласно кивнула.

— А всё-таки до мастера Алесдера мне пока далеко, — вздохнул парень. — Я, конечно, со временем тоже научусь, но пока могу только смотреть и завидовать. Ты бы видела, какой он сделал ажурный ларчик! Настоящая эльфийская работа!

Девушка протестующе вскрикнула.

— Что ты! Не называй их по имени! И не сравнивай человеческие вещи с тем, что они делают, они очень ревнивы!

Тимс, смеясь, притянул её к себе.

— Что за суеверия?

— Вовсе не суеверия. Госпожа Алли то же самое говорит. Не надо привлекать их внимания! Хоть сейчас и день, а всё равно опасно.

— Ладно, ладно, не буду, только не сердись. Ничего, вот переедем в Саммель, и ты забудешь про эти глупости.

— Нет, Тимс, — Бринни твёрдо взглянула на него, — я не забуду.

— Ну хорошо, — парень поцеловал её в висок, — говорю же, не сердись. Поедем кататься на лодке в следующий понедельник?

— Ох, нет, я не смогу.

— Почему? У тебя же выходной?

— Так яблоки поспели! — девушка рассмеялась, глядя на ничего не понимающего Тимса. — Я же тебе рассказывала. Мы будем варить яблочную пастилу, это такая традиция. Все помогают, даже госпожа Мона, которая сладкого терпеть не может. Это всегда делается в понедельник, когда кондитерская закрыта.

— Но тебе ведь необязательно делать эту пастилу? — нахмурился парень. — Ты же горничная, а не кухарка.

— Ничего ты не понимаешь, — улыбнулась Бринни. — Это же как праздник! Все собираются вместе, рассказывают истории, пьют яблочный сидр. А потом делят пастилу поровну. Для меня это будет в последний раз, так что я ни за что не пропущу этот день.

— Ну хорошо, — смирился Тимс. — Когда купим домик в Саммеле, посажу для тебя яблоню. Будешь возиться со своей пастилой сколько угодно!

— Спасибо, — девушка поцеловала его в щёку. — А теперь мне пора идти, пока госпожа Алли не хватилась.