Чтение онлайн

Знаменитый фотограф моды Макс Вадукул [71] точно вспомнил, как будущая первая леди впервые упомянула при нем о своем романе с Миком Джаггером. Дело было в 1994 году, в аэропорту. «Там проходила фотосессия Карлы для Max Mara, — рассказывал он. — Вдруг мы услышали шум самолета, заходящего на посадку. Карла спросила: „Знаешь, кто сидит в этом „Конкорде“?“ Я ответил: „Нет“. Тогда она сказала: „Мик Джаггер. Он прилетел только ради меня. Что-бы…“» Ничуть не смутившись, модель лукаво улыбнулась и оставила нескромную мысль незаконченной.

Определенно, Карле не надоедала реакция окружающих на «name dropping», [72] и она добивалась ее ото всех, с кем ей доводилось общаться по работе. Теперь все знали о том, что модель околдовала рок-звезду. Мик Джаггер даже становится надоедливым. Тот, кто соблазнял всех женщин мира одним прикосновением к струне, кто думал, что может обвести вокруг пальца любую поклонницу, теперь пал жертвой девушки с характером посильнее, чем у него самого. «Hello, it’s Mick, may I speak to Carla? [73] » Сколько раз стилисты, костюмеры и ассистенты по залу слышали эту фразу по телефону. Тогда еще не было мобильных, поэтому все знали, кто спрашивал манекенщицу. «Однажды он позвонил раз восемь за один сеанс, — рассказывал Жан-Жак Пикар. [74] — Это было безумие! Я отвечал: „Она еще не закончила“, и через полчаса он звонил снова. Тогда я подошел к Карле и попросил позвонить ему, чтобы покончить с этим наконец-то. Но она сказала: „Нет, пока рано, мы еще не закончили работать“».

Так был захвачен тот, кто привык брать в плен. Мик Джаггер полагал, что в его сети попалась скромная сирена. Он думал, что сможет контролировать девушку, которая младше его на двадцать пять лет, безвестную манекенщицу, одну из многих, кто пытается завоевать место в жестоком мире моды. Он же — опытный соблазнитель, посвященный в рыцари самой королевой Англии, правда ведь? Ошибочка.

Джаггер не подозревал, что в любовной игре та, которую он, казалось, уже покорил, сможет его превзойти. Больше того, она станет экспертом по обращению с ним и будет точно знать, как поддержать в нем огонь. «Что ты хочешь, он постоянно волочится за мной, — услышала от нее однажды Одиль Саррон, [75] бывший директор по кастингу журнала „Эль“ и в то время одна из самых влиятельных женщин мира. — Все время трезвонит из Америки, чтобы сказать, что хочет меня видеть. И что мне делать?» Фотограф Жан-Мари Перье [76] пошел еще дальше: «Он был без ума от нее! И был готов развестись, чтобы жениться на ней. Это она не захотела». «А в это время, — вспоминает Одиль Саррон, — Джерри Холл повсюду искала мужа…»

Бедная Джерри Холл. Она тоже была моделью и вращалась в том же кругу, что и Карла. И тем не менее довольно долго она была единственной, кто не знал о похождениях ее мужа. Кстати, ни один папарацци не опубликовал ни единого совместного снимка Карлы и Мика. «В отношениях с прессой ты еще любитель, — скажет она Николя Саркози пятнадцать лет спустя. — Мой роман с Миком восемь лет оставался в тайне. Мы побывали с ним во всех столицах мира, и ни один фотограф нас так и не поймал». Незаметная Карла? Она умеет, когда надо, замести следы. Ведь она правда испытывает к рокеру сильные чувства, и собственнические тоже — ей совсем не хочется делить его с законной супругой, с которой он между тем успел завести третьего ребенка. Постепенно смелея, Карла с подругой снимает дом на острове Мюстик, куда Мик Джаггер часто приезжает отдохнуть с семьей в своем поместье.

Когда Джерри Холл в конце концов узнала об измене мужа, она была раздавлена. У нее трое детей, она старше Карлы на несколько лет… Такая борьба казалась ей бесчестной. В ярости она позвонила сопернице, требуя объяснений. Подруга ранней юности Бруни рассказала, что Карла с достоинством все опровергла, затем осторожно отняла трубку от уха и… положила ее. Карла победила. Все это жалкое барахтанье уже не имело смысла. Бруни создала трещину, которая потом, уже после их разрыва с Джаггером, расширится и приведет к разводу. Благодаря ему известность Карлы стала мировой. Шел 1997 год.

Двухэтажные апартаменты в 700 квадратных метров были прекрасны: раньше в этой квартире жил Ив Сен-Лоран. Роскошный дом располагался очень удачно: недалеко от магазина «Бон Марше» в богатом 7-м округе Парижа. Да и цена вполне разумная — не больше 9 миллионов евро. На первый взгляд все было отлично. Мадам Бруни-Саркози сразу же влюбилась в это место и уже собиралась его приобрести, чтобы переехать туда с мужем. Увы, шикарная квартира имела один небольшой недостаток, который для Николя Саркози стал решающим: президент не желал жить двумя этажами выше… Мика Джаггера. Правда, рок-музыкант бывал в этом доме наездами, и все же. Конечно, Саркози — человек широких взглядов, но не настолько.

История Карлы и ее бывших возлюбленных — это настоящая сага, бесконечный список имен, раскрученных в прессе. И их тени, без сомнения, продолжают витать над семейной жизнью Николя Саркози. А порой не только тени. С тех пор как президент женился на женщине, которую многие считают «пожирательницей мужчин», ему приходится постоянно сталкиваться с ее многочисленными мужчинами. Певцы, философы, адвокаты, известные журналисты и политики: область увлечений Карлы довольно обширна. Конечно, вращаясь в тесном парижском кругу, трудно избежать встречи с бывшими возлюбленными красавицы. Например, с Рафаэлем Энтховеном, отцом Орельена, Карла осталась в очень хороших отношениях — да что там, она даже помогла ему найти квартиру! «Карла очень семейственная, — доброжелательно пояснил советник президента Пьер Шарон. [77] — По воскресеньям Карла устраивает в Елисейском дворце большие обеды с родственниками Николя, его детьми, дядями, тетями… А иногда, тоже по воскресеньям, Рафаэль заходит проведать сына и пропустить с ней по стаканчику». Самого Рафаэля ничуть не беспокоило то, что Мик Джаггер заходил к ним в дом в квартале Сен-Жермен-де-Пре, где они с Карлой жили в начале 2000-х. «Карла жила как амазонка, — рассказывал фотограф Жан-Даниэль Лорьё, [78] их бывший сосед по дому и… бывший жених Сесилии. — Однажды я застал Джаггера в комнате одного из моих детей: он выводил свои инициалы на футболке с эмблемой „Rolling Stones“!»

Словом, ясно одно: любить Карлу — значит соглашаться иногда видеться с ее бывшими. Красавица итальянка обожает теоретизировать и однажды выдала фразу, которая очень точно отражает ее неспособность решительно порвать с теми, кто когда-то вошел в ее жизнь: «Я никогда не расстаюсь окончательно, как и не бываю полностью с кем-то. Я не любитель строить отношения, но те, что уже построены, стараюсь сохранить». [79]

Однажды вечером 2004 года, после концерта Карлы в театре «Буф дю Нор», Венсан Перес, еще один ее «экс», пригласил друзей к себе домой. Так в роскошных апартаментах на улице Монтень, помимо самого хозяина квартиры и его жены Карин Силла, собрались Шарль Берлинг, Луи Бертиньяк и Рафаэль Энтховен. То есть из двадцати гостей как минимум четверо когда-то жили с Карлой. «Самое забавное, — делилась воспоминаниями одна из приглашенных, — что атмосфера вечера была весьма благостная, ну точно детский утренник. А я-то воображала, что начнется какое-то безумие. Нет, все было очень чинно, разве что несколько гостей выкурили немного травки, как на школьной вечеринке, да еще пара человек обещала принести „space cakes“ [80] ».

Тогда Николя Саркози еще не знал, что скоро присоединится к этой веселой компании. А французы тем более. Они познакомятся с новой «семьей» президента в 2009 году, когда он отправится отдохнуть на Черный Мыс. В роскошных владениях родственников его жены он встретился с Рафаэлем Энтховеном, Венсаном Пересом и Луи Бертиньяком. Их всех пригласила в гости Карла. Французы с удивлением смотрели на то, как их президент, едва оправившись от нервного срыва, колесит по пригородам на велосипеде вместе с Пересом и обедает с Бертиньяком, болтая с ним, как со старым другом, будто в этом нет ничего странного.

Но жители Лаванду и окрестностей уже ничему не удивляются. Больше двадцати лет перед их взором проходит этот парад звезд. «Знаете, мы здесь уже перевидали всех ее приятелей…» — ухмыляясь, признавались торговцы из деревеньки в департаменте Вар. Они даже вспомнили, как один очень известный певец целыми днями безвылазно сидел в четырехзвездочном отеле «Клуб де Кавальер» и выходил оттуда только по ночам в обнимку с Карлой. Вместе с тем местные жители признавали, что теперь все было иначе. Их беспокоила шумиха, которая поднималась, когда приезжал президент: повсюду спецслужбы, полицейские автомобили, перекрывающие центральную улицу Лаванду, огромные пробки… Но не считая этих мелких неудобств, они совершенно не удивились при виде Николя Саркози на велосипеде. Разве что вот эти двое остановились, увидев его в местной пиццерии. «Ах да, — сказал один другому, — он же новый приятель Карлы…»

Нужно признать, что у первой леди есть дар собирать вокруг себя мужчин, которых она бросила. Даже тех несчастных, которые изнывали от страсти к этой неистовой итальянке и были просто раздавлены, когда она уходила от них. Адвокат Арно Кларсфелд? Подробности их бурных отношений со вкусом обсуждали в прессе: «Когда они ссорятся, тарелки летают по квартире!» Директор по кастингу Одиль Саррон вспомнила один из таких печальных эпизодов: «Однажды мы с ней обедали, а Кларсфелд в это время носился по всему Парижу в поисках Карлы». Когда адвокат узнал, что она выходит замуж за президента, то в сердцах признался Жаку Лангу: [81] «Знаешь, это настоящая тигрица…» И при этом Карлсфелд, ныне один из советников премьер-министра Франсуа Фийона, был в числе приглашенных на прием, устроенный Карлой в честь Шимона Переса. Журналист Ален Шуффан [82] рассказывал: «Однажды я встретился с Карлой Бруни-Саркози на банкете и сказал: „Завтра я ужинаю с Арно“. „Обними его за меня“, — попросила она». Кроме того, по словам Шуффана, «Николя Саркози очень умен. Он понял, что Карла — женщина свободная, и если он хочет ее удержать, то должен предоставить ей независимость». Актер Шарль Берлинг? После их разрыва он долго был безутешен. Один из его близких рассказал нам о деловом приеме в честь представителей фирмы «Сузуки», лицом которой Карла была в 1999 году. «Она пришла под руку с Шарлем Берлингом. На том банкете нас было всего шестеро. За весь вечер актер не проронил ни слова, только зачарованно смотрел на Карлу пламенным взглядом. Мы поняли, что он будет страдать». Но Берлинг не держал на нее зла, и потому девять лет спустя легко получил право целый день снимать в Елисейском дворце свой телефильм о Робере Бадинтере. «Карла пригласила меня на чай, — поделился он с журналистами „Фигаро Мадам“, [83] — но в это время они с мужем отправились в Марокко на уик-энд».