Чтение онлайн

С ее помощью Карла надеется все удержать под контролем. И, возможно, избежать таких эпизодов, как тот случай в Африке, о котором в феврале 2009 года американская журналистка Элани Скьолино рассказала в газете «Нью-Йорк таймс». Первая леди лично предложила корреспондентке сопровождать ее во время официального визита в Буркина-Фасо по делам фонда. А Скьолино, не привыкшая к самоцензуре, принятой в некоторых французских СМИ, во всех подробностях рассказала об этой поездке и процитировала пару самых безобидных реплик первой леди. «Ой! Я же в джинсах! — воскликнула Бруни, едва ее самолет приземлился в стране, страдающей от нищеты. — Хорошо хоть это не бросается в глаза […]» Или еще: «Актер Дэниел Крейг — красавец, но Шон Коннери всегда будет самым сексуальным Джеймсом Бондом». Подобные реплики, несколько неуместные в промежутках между посещениями деревенских больниц, не позволяли воспринимать их автора всерьез. Конечно, эта статья мало упоминалась во французской прессе, но она окончательно убедила Карлу в том, что нужно любой ценой обезопасить себя от подобных неожиданностей.

С тех пор супруга президента дает интервью только тем журналистам, которые работают в «дружественных» изданиях или хорошо ей знакомы.

К ним принадлежит и Кристоф Барбье, [119] главный редактор «Экспресс». Он, один из немногих, не скрывает своей «дружбы» с первой леди. «Мы познакомились, когда она встречалась с Рафаэлем Энтховеном», — рассказывал нам журналист, который не расстается со своим красным шарфом — кстати, подарком от Карлы. В ту пору Барбье и Энтховен играли в одном театре. «Когда он впервые представил мне свою возлюбленную, я восхитился: красивая, знаменитая, очень милая — все было при ней. Но после того как они расстались, я больше ее не видел». Когда Карла Бруни вышла замуж за президента, журналист вновь вышел с ней на связь. «С тех пор она часто звонит мне, и я высказываю свое мнение по тем вопросам, в которых она не разбирается». И добавил: «Она пришла на мою свадьбу и прочитала отрывок из книги Уэльбека, которую очень любит моя жена».

Другие журналисты не признаются, что близко знакомы с бывшей моделью. Например, Людовик Перрен из газеты «Либерасьон», в которой он, кроме прочего, публикует серию портретных зарисовок об артистах. Он тоже один из «друзей» Карлы. В самом начале нашего телефонного разговора [120] журналист почему-то уточнил: «А какого рода портрет вы собираетесь написать?» Через пару минут он прервал беседу: «Что ж, я все уточню и сообщу свое решение на следующей неделе». Несколько дней спустя он ответил отказом: «Мне кажется, еще не время писать книгу о Карле». Самая строгая пресс-служба не справилась бы лучше. А ведь Людовик Перрен проработал в газете долгие годы, и в 2008 году именно он был в числе тех пяти журналистов, с которыми долго беседовала первая леди, наговорив на пять страниц. Он же принимал участие в редактировании автобиографии Франка Демюля, личного секретаря Карлы Бруни. В книге под названием «Небольшое путешествие в ад» [121] этот человек со сложной судьбой делится воспоминаниями о жизненных испытаниях, о наркотиках, тюрьме… и о надежде, которую ему подарила встреча с сестрами Бруни-Тедески, взявшими его под свое крылышко лет десять тому назад. Сейчас Франк Демюль помогает благодетельнице вести личный дневник в Интернете. А Людовик Перрен берет интервью у друзей Карлы для сайта ее фонда…

Как настоящий профессионал, Бруни сумела быстро прибрать к рукам прессу. Лорен Жоффрен, [122] главный редактор «Либерасьон», рассказал нам об интервью, которое Карла дала газете 21 июня 2008 года в связи с выходом ее третьего альбома.

«Эта идея возникла за ужином. В тот вечер я встретился с Патриком Зелником (владельцем студии „Na"ive“, выпускающей диски мадам Саркози), и мы обсудили предстоящее интервью. Я предложил выдать ей карт-бланш, чтобы она стала главным редактором, как уже было с певицей Diam’s и группой „NTM“. Но потом мы отказались от этой мысли и решили просто напечатать большое интервью на первой полосе».

Карле Бруни это было только на руку. «Зелник радовался тому, что певица не будет ассоциироваться только с Николя Саркози и его партией UMP», — пояснил Жоффрен. Продажи «Либерасьон» выросли на 30 %, а на сайт издания пришло не меньше 1200 сообщений — настоящий рекорд. Хотя 80 % читателей были в шоке от того, что эта газета, трибуна левых сил, дала слово жене президента.

Интервью прошло в теплой обстановке. Только при входе в редакцию несколько сотрудников напугали первую леди криками «Бруни — на биржу труда!». «Она сказала, что пришла к нам сразу после того, как уложила сына спать», — продолжал Лорен Жоффрен. «На все вопросы она отвечала сама, без подсказок, и полностью контролировала ситуацию», — добавил он с восхищением.

Отточенные фразы, удивительная искренность и оживленный разговор — да, у мастера светских бесед есть все, что нужно, чтобы стать любимицей СМИ.

Карла Бруни, женщина умная и современная, трижды получала предложение стать ведущей или главным редактором выпуска.

Впервые это произошло в сентябре 2008 года. Тогда ее пригласили занять место Мишеля Денисо в передаче «Гран Журналь» на телеканале Canal+.

31 января 2010 года ей предложили провести выпуск программы «Журналь инаттандю» Гарри Розельмака на радио RTL. И говорить о чем угодно? Не совсем. Ей пришлось прокомментировать последствия дела «Clear-stream» [123] и, в частности, совещание, которое президент провел в Елисейском дворце вскоре после вынесения приговора. В эфире Карла была совершенно спокойна. Она сказала, что «удивлена тем, насколько Доминик де Вильпен и журналисты не уверены в независимости французского правосудия». Но во время рекламной паузы первая леди все же пригрозила покинуть студию, если ей и дальше будут задавать подобные вопросы…

О третьем предложении — стать редактором «Фигаро Мадам» — мы уже упоминали.

И все же ни одна первая леди до Карлы Бруни не соглашалась стать во главе журнала или передачи, пусть даже на один выпуск. Как бы то ни было, брак бывшей модели и президента вызвал бурную реакцию. Причем не только восторженную. Ведь есть и те, кто пишет исключительно о президенте. Или, говоря иначе, — ни слова о его знаменитой супруге. Политические журналисты сделали свой выбор. И правда, возможно, не стоит искушать судьбу.

27 апреля 2010 года фонд Карлы Бруни-Саркози не отвечал на звонки. Ни одной живой души, нельзя ни с кем связаться. Офис по адресу 20 бис, улица Ля Боэси, 7-й округ Парижа, казалось, весь вымер. Тогда мы обратились в агентство «Ogilvy PR», которое отвечает за связи интернет-сайта первой леди с прессой. «Там никого нет, потому что в 14 часов все улетели в Китай», — пояснил нам глава агентства Эрик Майяр. [124] Президентская чета на три дня отправилась в Срединную империю с официальным визитом — значит, некоторые члены фонда последовали за ними. Но с какой целью? Какова их программа? Загадка… Несколько дней спустя на сайте www.carlabrunisarkozy.org появился подробный отчет о поездке. В нем можно было прочитать краткую историю Китая, с его неизбежной терракотовой армией, захороненной в городе Сиань, и мавзолеем Ханьянлин неподалеку. Именно они стали первым этапом путешествия четы Саркози. В общем, много туристической информации и ни слова об основной цели организации — борьбе с неграмотностью.

Определенно, фонд Карлы Бруни-Саркози выглядит малоубедительно. Спустя год после создания эта элегантная витрина по-прежнему кажется пустой скорлупкой, особенно если вспомнить о заявленных ею планах. А ведь первая леди наверняка на что-то рассчитывала, основывая фонд и объявляя его оплотом щедрости.

В начале 2008 года бывшая модель предупредила, что ей понадобится время. «Я пока только новичок», — скромно оправдывалась она в интервью «Пари-матч» на другой день после свадьбы.

Ее первой гуманитарной миссией стала борьба со СПИДом. «Этот выбор не случаен. Сейчас я продолжаю делать то, что уже начала вместе с семьей», — объявила во время пресс-конференции 1 декабря 2008 года новая посланница Глобального фонда для борьбы со СПИДом, туберкулезом и малярией. Именно в тот день она публично призналась, что ее брат Вирджинио, скончавшийся два года назад, был болен СПИДом. Еще в 2007 году мать Карлы, Мариза, создала фонд Вирджинио Бруни-Тедески для борьбы с этой болезнью. Известный концертный директор Фредерик Фарруджиа [125] рассказал нам о том, как несколько лет назад Карла Бруни и ее подруга, модель Карен Мюлдер, ухаживали за гримером Марком Шеффером, который заразился в 1990-е годы. «Они были с ним до конца, приносили ему больничные обеды, — вспоминал Фарруджиа. — Тогда этот недуг считался постыдным, и люди отворачивались от зараженных ВИЧ. Но только не Карла. Она даже взяла на себя часть затрат на похороны». Поэтому было совершенно естественно, что новая первая леди решила вступить в борьбу с этой болезнью, и в частности — обеспечить защиту женщинам и детям.

В феврале 2009 года именно с этой целью она отправилась на самолете президента в Буркина-Фасо, в сопровождении нескольких избранных журналистов. В этой западноафриканской стране более 130 000 человек, среди которых половина — женщины и дети, заражены ВИЧ. «Я собираюсь отнестись к обязанностям посланницы фонда не поверхностно, а со всей серьезностью, и буду лично общаться с людьми», [126] — постоянно повторяла она во время поездки. К сожалению, многие участники этого путешествия испытали беспокойство и неловкость при виде того, как мало участия проявляла супруга президента. «Не стоит упоминать о ее навязчивой боязни микробов, о дезинфицирующих салфетках, с которыми она не расставалась, о ее жалобах „меня сожрали комары“ наутро после ночи, проведенной в посольстве Франции в Уагадугу», — рассказывал один из журналистов. Но больше всего удивляло ее отношение к больным. «Карла — это антиледи Ди, — считает другая свидетельница событий, которая уже не раз участвовала в официальных визитах. Ее очень удивило, что бывшая модель держалась „на расстоянии“ во время посещения деревенской больницы, где первая леди должна была встретиться с женщинами и детьми, зараженными ВИЧ. — Она разговаривала с пациентами, но почти не брала детей на руки». Это несколько чересчур для супруги президента, которая признавалась, что вдохновляется примером принцессы уэльской: «Она [леди Ди] обнимала больных СПИДом и показывала, что не стоит опасаться заражения, — говорила Бруни в интервью журналу „VSD“. — Она была замечательной женщиной». Конечно, Карла Бруни все же проявляла некоторую расположенность к благотворительности. Так она демонстрировала бесконечное терпение, с сумочкой от Prada в руках выдерживая все запланированные визиты. «Посещение медицинского центра Писси на расстоянии нескольких десятков километров от столицы отняло у нее полдня, хотя она могла сократить его до часа», — делится воспоминаниями еще один участник поездки. Но речь, которую она произнесла перед представителями Глобального фонда и членами Международной организации по борьбе против СПИДа, наглядно показала, что очаровательная посланница плохо готова к исполнению своих новых обязанностей: «Минут пять она ходила вокруг да около, повторялась, — рассказывает участник. — Мы все обеспокоенно переглядывались. Честно говоря, она явно не подготовилась». Зато на приеме у буркинийского президента Блэза Компаоре Карла Бруни вновь вернулась в свой привычный мир: «За весь день она позировала перед камерами всего однажды, когда фотографировалась с персоналом диспансера. А в обществе Компаоре она сразу оказалась в своей стихии и была безупречна».