Чтение онлайн

Натянув капюшон, как пещерный гомоид, то бишь гном, я пересек стоянку флаеров, прошел вдоль опушки до прямой, как стрела, главной аллеи. По ней можно дойти до самого озера, что я и сделал. Главная аллея, в отличие от остальных дорожек, присыпана мелким оранжевым гравием. Другие дорожки попросту протоптали любители утреннего и вечернего бега. Шел пятый час вечера и вечерние бегуны еще не появились. Гравий кое-где поистерся и выступила земля, утрамбованная, жесткая, она приобрела бледно-оранжевый оттенок. С наступлением холодов в трещинках на земле появился лед. Интересно, откуда берется лед, если воды там никогда не было? А воды в трещинах я отродясь не видел.

Свернув с аллеи, я принялся бродить не разбирая дороги. Я то шел, нарочно громко хрустя сухими ветками, то резко останавливался и прислушивался - не хрустит ли кто вслед за мной. Но осторожный преследователь (если он был) внимательно следил куда ступить и ничем себя не выдал. Я вернулся на главную аллею и пошел по направлению к зданию Редакции. Осенью и весной, незадолго перед закатом, есть такой момент, когда солнце, уже совсем было скрывшееся за Верхушками деревьев, внезапно появляется в западном конце аллеи, чтобы ненадолго осветить целиком всю аллею (ее оранжевый цвет тут как нельзя кстати) и увидеть свое отражение в зеркальных стеклах. Я все еще шел в сторону здания, как вдруг увидел перед собою свою собственную тень - и без того длинная, она была бы еще длинней, если бы не серый портал Редакции. Я обернулся, чтобы проводить глазами заходящее солнце, постоял так несколько минут и, когда солнце окончательно спряталось за деревьями, я почувствовал, как неожиданно хмуро и неуютно стало вокруг. Вдалеке от меня, ближе к противоположному концу аллеи я заметил несколько фигур - появились первые вечерние бегуны. Но одна фигура стояла неподвижно. Разглядеть мне удалось немногое: стоявший был скорее мужчиной (или, в крайнем случае, гомоидом), но не женщиной; он стоял лицом ко мне. Трудно сказать, был ли он там все то время, что я наблюдал за солнцем, или появился из леса, лишь когда исчезли длинные тени, способные, как круги на воде, выдать мне его местонахождение. Мы стояли и смотрели друг на друга, а моя камера смотрела в прямо противоположном направлении. Я развернулся и неторопливым шагом направился к восточной опушке леса. Чтобы было легче вертеть головой, я снял капюшон. Бегуны меня догоняли; мне стоило больших усилий не оборачиваться, через минуту они меня обогнали мужчина и женщина в спортивных костюмах - по-моему, наши сотрудники, но из другого отдела. В конце аллеи я Обернулся - все чисто, никого нет. Дошел до стоянки флаеров, отыскал свой, забрался в него и велел везти меня домой.

Лишь когда входная дверь захлопнулась у меня за спиной, я перевел дух.

– Ужинать будешь?
– спросила Татьяна. Есть мне хотелось меньше всего. Я ответил, что поем попозже.

– Как знаешь, - ответила Татьяна.

– Смотри, а то остынет, - добавила она, потом спросила: - Что, с Шефом поругался?

Наверное, до сего дня я отказывался от ужина только после перепалок с Шефом.

– Нет, не поругался, все нормально. Ты извини, мне нужно немного поработать...
– сказал я. Татьяна, ничего не ответив, ушла в другую комнату.

Запись визора пришлось просматривать в замедленном режиме - картинка так тряслась, что при обычной скорости ничего, кроме мешанины из деревьев, дорожек, окон Редакции и облаков, рассмотреть было невозможно. Никто меня не преследовал. Наконец я добрался и до захода солнца. Когда оно только появилось в главной аллее, сама аллея была пуста. Затем я разворачиваюсь, чтобы полюбоваться закатом, и камера, скользнув по деревьям, упирается в здание. Опять ничего интересного. Я снова разворачиваюсь. Появляются бегуны. Точно, так и есть: мужчина и девушка работают в Отделе Стратегического Планирования - предсказаниями занимаются, в общем. Их имен я либо не знаю, либо не помню. Неподвижного незнакомца из-за них не видно. Вот коллеги меня обгоняют, и стала видна маленькая фигурка в противоположном конце аллеи. Фигурка двигалась к озеру и поэтому видна была со спины. Я остановил кадр и начал увеличивать изображение. Оно вышло довольно смазанным. Несомненно, это мужчина - средний рост, темно-русые волосы, черная куртка с откинутым капюшоном, похожая на мою, - это все, что я разглядел. Позвонил Яне.

– Все работаешь?
– удивился я.

– Угу, а ты все болеешь?
– точно так же спросила она меня.

– Нет, уже нет, сегодня вот с Шефом довелось пообщаться...

– А почему ко мне не заглянул?
– обиженно поинтересовалась Яна.

Она была права - надо было заглянуть к ней в "шкаф" - так мы прозвали Янин кабинет. Мало того, что размером он - с душевую кабину, так туда еще и аппаратуры всякой битком набили. Поэтому работать экспертом по информационным системам у нас в Отделе могла бы только миниатюрная женщина - такая, как Яна. Мы подозревали, что Шеф взял ее на работу исключительно исходя из ее габаритов - все остальные претенденты и претендентки были покрупнее.

– Виноват - исправлюсь, - ответил я и попросил: - Яна, взгляни, пожалуйста, на ту запись, что я сейчас тебе перешлю. На ней есть один тип он появляется сразу после тех двоих из Стратегического Планирования, про которых ты говорила, что они не только вместе бегают по вечерам, но и...

– Поняла, поняла...
– Яна догадалась, о ком я говорю.
– Хорошо, присылай скорее, а то я уже домой собралась.

– Кто тебя там ждет?
– полез я не в свое дело, о чем мне тут же напомнили:

– Не твое дело!

– Согласен, все, высылаю...
– ответил я и отправил ей видеозапись.

Не прошло и десяти минут, как Яна снова появилась на моем экране.

– Что, уже?
– не поверил я.

– Фед, ты давно у врача был?
– настороженно спросила Яна, в голосе ни тени иронии.

– Ты о чем?
– Я мысленно готовил себя к худшему, но Янин ответ стал для меня полнейшей неожиданностью:

– О чем я?! Ну ты даешь... ложился - себя уже не узнаешь!

– Бред! Не может быть!
– воскликнул я. Татьяна выглянула из соседней комнаты:

– Где бред?

– Нигде!
– прорычал я.
– Это я не тебе, - сказал я изумленной Яне. Не может такого быть!

– Почему? Тебя кто-то снял...
– Яна быстро нашла наиболее очевидное объяснение.

– Так это же я сам снимал!

– Как это?
– не поверила Яна.

– Как-как, визор на затылке у меня был - вот как!
– психанул я.

– Погоди, успокойся. Всему. этому должно быть какое-то разумное объяснение.
– Судя по ее голосу, как раз разумного-то объяснения у нее и не было.

– Может, отражение?
– предположил я. Яна взглянула мимо меня - на другой экран.

– Нет, не отражение. Ты извини, конечно, я давно хотела тебе сказать, но как-то не решалась... У тебя на куртке сзади, с правой стороны, небольшое пятно - как и на изображении.

– Голограмма?
– выдвинул я чуть более фантастичную версию. Следующей своей версии я испугался еще больше - гномы умеют превращаться в кого угодно - в Номуру, Джонса, меня и, не дай бог, в Шефа!

– Голограммы следов на гравии не оставляют, - возразила Яна, внимательно взглянув на запись.

– Ладно, - сказал я, после минуты напряженных размышлений, - кажется, я понял, в чем дело.

– И в чем же.

– Как-нибудь потом. . Спасибо, увидимся.
– Я быстро распрощался с заинтригованной до крайности Ямой.

За ужином я рассказал Татьяне о намечающейся поездке на Оркус.

– Я поеду с тобой, - заявила мне она, еще как следует не дослушав, давно пора взять отпуск. Мне, в отличие от тебя, Оркус нравится - и по работе и вообще...

– Ты не понимаешь, я же не просто так туда еду, а по делу.

– Да ты все время - по делу, можем мы хоть раз в жизни куда-нибудь вместе съездить. И потом, какие там у тебя дела? Этого Абметова повидать? Ну повидаешь - я ж мешать не буду. И не волнуйся, мне тоже будет о чем с ним поговорить.

– Это о чем же?

– А ты о чем?

– Тебе это еще рано знать.

– Ах так! Ладненько - будь по-твоему. Кстати, Йохан меня звал на симпозиум по планетарной археологии, и не на какой-нибудь дурацкий Оркус, а на Землю. Еще не поздно согласиться. Я-то думала, ты после болезни возьмешь отпуск, слетаем куда-нибудь вместе...