Чтение онлайн

Она лишь увидела, как король, получив удар по голове, неожиданно рухнул на пол в полуметре от неё. Упал очень неудачно, не выставив ладони перед собой. Плашмя, лицом. Раздался неприятный хруст, а потом всё стихло. Из-под головы Гальфрида, повернутой влево, стала растекаться по полу алая жидкость. Беатрис не сразу поняла, что это кровь. Её было много. Слишком, катастрофически много.

Леонард и Гюнтер, влетев в секретную опочивальню, замерли на месте. Они видели момент удара, и теперь не могли понять, что же случилось все-таки. Первым отмер дракончик. Он подлетел к королю, завис над ним, оценивая обстановку. Следом подошёл рыцарь. Беатрис перевела на них свои полные ужаса глаза.

Рыцарь встал перед королём на одно колено. Приложил пальцы к его толстой шее. Потом поднял голову и, удивлённо посмотрев на принцессу, сказал тихо:

— Он мёртв.

Кочерга выпала из рук принцессы, с грохотом ударилась об пол и откатилась в сторону.

— К… к… как умер? — спросила Беатрис побелевшими губами.

— Вы его убили. Наповал, — сказал рыцарь, поднимаясь.

— Боже мой… — проговорила принцесса. В глазах у неё потемнело, и она стала медленно оседать. Леонард успел подхватить девушку, чтобы она не рухнула рядом с королём в лужу его крови.

— Солить мою капусту, — пробормотал Гюнтер. — Надо срочно делать отсюда крылья.

— Согласен, — сказал Леонард.

Они оба были в крайнем замешательстве. Помогая принцессе, убившей короля, рыцарь автоматически становился предателем и врагом своей страны, за что полагается только смертная казнь. Дракончик осознал вдруг: если их поймают, его до конца дней будут держать в клетке на цепи, показывать публике за деньги. Ещё бы! Последний живой дракон, пусть и маленький! Ну, а что сделают с Беатрис, было и так понятно.

Леонард прижал принцессу и собрался было выбежать с ней из опочивальни, но дракончик неожиданно завис перед ним в воздухе.

— Куда собрался? А король? Так здесь и останется?

— Ну да, — ответил рыцарь. — Есть предложение?

— Да, — сказал Гюнтер. Прищурился и добавил жёстко. — Сжечь тут всё к такой-то прабабушке.

Леонард растерянно обернулся, посмотрел на обнаженного монарха. Голый, толстый, в луже крови, он теперь казался жалким. Такая нелепая смерть! «Что заслужил», — вдруг решил рыцарь. Он вспомнил, что его медальон может справиться с бушующим пламенем. В голове барона возникла интересная идея, как им выбраться отсюда и не встретить никого на своём пути.

Рыцарь остановился и крикнул Гюнтеру, который было отдалился, чтобы вовремя сообщить, нет ли кого впереди:

— Дракон! Вернись!

Гюнтер, польщённый тем, что к нему обратились, как к полноценному зверю, сделал вираж и деловито замахал крыльями обратно. Подлетел, опустился на каменный пол.

— Послушай, Гюнтер, — сказал Леонард. — У меня есть магический медальон, способный раздвигать пламя. Я не знаю, откуда он у меня взялся и как точно работает. Но испытан в деле. С ним можно пройти невредимым через самый сильный пожар. У меня к тебе просьба. Лети вперед и поджигай всё, что увидишь. Когда огонь раскинется на большое пространство, мы побежим за тобой.

Дракончик молча и очень внимательно выслушал рыцаря. Даже прищурил глаза. Сперва показалось, что у барона не всё в порядке с головой. Но потом решил: не станет же он после того, как они убили короля, сжигать себя с принцессой заживо! Если так, то куда проще сдаться страже, а уж потом… Но Гюнтеру не хотелось думать, что с ними сделают, если схватят в плен. Он за свою долгую жизнь разное повидал. Прекрасно помнит запах горящей человеческой плоти. Очень неприятный.

— Надеюсь, рыцарь, ты ведаешь, что творишь, — ответил дракончик и, поднявшись над полом, полетел вперед. Метров через двадцать он заметил окно с большой бархатной шторой и плюнул на неё огнём. Пламя тут же охватило тяжелую ткань и начало быстро распространяться в стороны. Повалил густой дым. Это раззадорило дракончика. Дальше он полетел, плюясь куда попало. Оглянувшись, заметил, что всё пространство за его хвостом охвачено огнём.

Когда Гюнтер покинул замок, резко взмыв вверх и в сторону, чтобы не быть замеченным, из парадного входа выбегали в ужасе слуги и стражники. За ними стали вырываться клубы темного сизого дыма, потом где-то лопнуло со звоном стекло, ещё одно и ещё. Над замком показались в нескольких местах языки пламени. Зависнув в воздухе около башни, и скрытый от чужих глаз, дракончик ждал, когда покажутся Леонард с Беатрис.

Гюнтеру стало не по себе. Показалось на какое-то мгновение, что он совершил большую дурость, поверив незнакомому рыцарю. Он даже собирался полететь обратно, наплевав на свою безопасность, лишь бы поскорее вытащить принцессу из горящего замка. Но вдруг увидел, как из огня быстро вышел Леонард. Пламя и дым вились вокруг него, не задевая, а сам рыцарь и Беатрис на его руках были словно заточены в невидимый воздушный кокон, внутрь которого ничто не проникало.

Дракончик в этот момент одновременно обрадовался и досадливо щёлкнул языком. Ему очень хотелось полететь туда, к спасенным, подхватить их и унести далеко за пределы города. Но был он слишком мал для этого. Даже большую собаку не сумел бы высоко поднять, непременно уронил. Но делать было нечего. Гюнтеру оставалось лишь ждать, пока Леонард не добежит до конюшни. Там он с помощью молодого человека («Его оруженосец», — догадался дракончик) забрался на коня. Беатрис положил перед собой.

Через несколько мгновений все они поехали прочь от замка, вокруг которого суетились люди. Одни пытались выносить оттуда мебель и другие вещи, другие забегали внутрь с вёдрами. Третьи наполняли их в колодце. Суета, крик, шум, бестолковые приказы. В этой суматохе никто даже не обратил на Леонарда и тех, кто ехал вместе с ним, никакого внимания. Потому им удалось спокойно добраться до ворот. Стражники, узнав рыцаря, выпустили всех, не задавая вопросов.

Леонард выехал на дорогу, ведущую к его родовому поместью. Теперь он был совершенно спокоен. Никто не преследовал их, а это значит, что тело короля пока не обнаружили. «Если они вообще смогут это сделать, — подумал рыцарь. — А потом ещё понять, как он умер». Единственное, что тревожило барона, — это присутствие дракончика.

Такого существа он прежде никогда не видел, было непонятно, что можно от него ожидать. Если верить древним преданиям, то драконы — звери очень опасные. Прежде всего своим коварством. Могут прикидываться дружелюбными, а потом нанесут удар в спину. Потому Леонард во время пути посматривал на Гюнтера с недоверием. Когда же дракончик отлетел подальше, проверить дорогу, рыцарь приблизил оруженосца и повелел тому внимательно присматривать за летающим монстром и опасаться его.

Иден согласился, поскольку привык не перечить господину. Однако в тот момент, когда увидел неведомое существо, изрядно перепугался. Даже решил сначала, что это видение. Ведь драконов уже несколько столетий никто не видел! Да и были ли они на белом свете? Предания, мифы и легенды могут врать. Там столько напридумано!

Но оказалось, что дракончик самый настоящий. Леонард даже его назвал Гюнтером. Он вёл себя спокойно, кружил в небе крупной птицей, а когда навстречу попадались путники, прятался в кронах деревьев. Не хотел, чтобы его видели чужие. «Да он сам всего боится, — подумал Иден. — Но раз мессир сказал, что надо его опасаться, значит, буду». Правда, оруженосец не знал, как в случае опасности себя вести. Если Гюнтер настоящий дракон, он может огнём плеваться. От него щитом не закроешься. «Вот и думай тут, что хочешь», — пришел оруженосец к неутешительному выводу. Но потом решил просто: мессиру виднее.

К замку Алькасар они прибыли поздно вечером. Хозяина тут ждали: Иден некоторое время назад по приказу рыцаря поскакал вперед предупредить слуг. Леонард отнес Беатрис в покои, приготовленные специально для неё. Служанкам Иден передал, что у барона будет «особенная гостья — молодая девушка благородного происхождения». Те и расстарались: затопили камин, нагрели воды для бронзовой ванны, положили полотенца и исподнее белье. Всё это было куплено давно и много времени пролежало в шкафах без дела. Вещи регулярно доставали, стирали, сушили и гладили, а потом снова укладывали. Всё это на тот случай, если господин барон пожелает обзавестись дамой сердца. Слуги решили, что этот момент настал.