Кармелита. Наследники: лёд и пламя
Шрифт:
Завод внезапно разорился и тогда он подался в игровой бизнес, быстро погрязнув в долгах. Если бы не Бергер, то скорее всего их уже не было бы на свете. Пристроить дочь на место секретарши оказалось сложнее, чем думал винодел, потому что Аркадию в первую очередь нужен был именно офисный работник, а не размалеванная глупая девица с томными вздыханиями. Василию снова пришлось «надавить» на старые мозоли скряги-адвоката. Да, чего уж там скрывать – Василий откровенно продал свою единственную дочь, оправдываясь тем, что его преданность не будет иметь границ. Хотя…
Это было до того момента, пока не появился этот молокосос с зализанной прической и поразительным чутьем. Как он, спрашивается, узнал о том, где они «заседают» и вообще, какого черта он прицепился к этой сучке?! «Любовь-морковь и всё такое» Проскурин отмел сразу. Не мог этот щеголь её соблазнить. Не мог! Он не из той оперы. Можно подумать, что он всё это делает из гуманности! Черта-с два! Вася хорошо рассмотрел его душу, однажды взглянув в голубые глаза. Блондин мечтал о деньгах не меньше, чем он сам. Занять место под крылышком Бергера – это весьма обеспеченное и стабильное будущее. Какой дурак ради продажной шлюхи станет им рисковать?!
Кстати, о шлюхах… Если Бергер все же даст согласие на «продажу», то нужно будет срочно искать «клиента», а кто это сделает лучше, чем старый помощник Иванчук? Машина свернула на загородную трассу, ведущую к небольшому и глухому поселку в горах.
Стираются грани
Мыслей и фраз.
Не мы выбираем,
А выберут нас.
Натянуто время,
Как тонкая нить.
Порою мы с теми, с теми
С кем лучше не быть!
Никогда не быть!
Мир давно сошел с ума вместе с нами:
Взял и просто поменял всё местами,
Мир сошел с ума вместе с нами –
Мир стал таким, как мы.
– Этот сукин сын зарвался! – Стас едва открыл глаза, кинулся к черному ходу, но после того, как надышался газа, ноги отказывались слушаться. Запала хватило лишь на пару шагов.
– Ты тоже хорош! – Бергер стоял в дверном проеме, безразлично выглядывая в опустевший полутемный коридор. – Какого хрена я должен вытаскивать тебя из очередного дерьма?! Что ты вообще здесь делал? Я же дал тебе задание съездить в мэрию! Неужели так сложно выполнять то, о чем просят?!
– Ты не слышал меня что ли? – Жданов всё же поднялся и тряхнул адвоката за плечо. – Он Дину увел в неизвестном направлении! Он её грохнуть может!
– Может и одновременно не может, – загадочно усмехнулся адвокат.
– А ты-то чего приперся? Порадоваться за дружка? Тогда празднуй! Тебя хотели кинуть!
– Ты балдой сильно треснулся? – юрист развернулся. – Если да, то прощаю.
– И его простишь?
– Если раскается, – пошутил Бергер.
– Черт! – молодой человек почувствовал себя жалким рядом с этим мужчиной. – Хватит говорить загадками!
– Запомни: я всегда говорю то, что думаю.
– Аркаш, скажи честно: он хочет её убить? Убрать, как ненужного свидетеля, верно?
– Верно.
– И ты так спокоен?! – блондин абсолютно отказывался понимать, почему Бергер ведет себя так апатично. Одно дело проворачивать финансовые сделки, но совсем другое – играть с законом, причем внаглую.
– Да, я спокоен.
Мужчины вышли через главный вход. Оказывается, на дворе был глубокий вечер – ровно столько блондин провел в отключке. Аркадий ни произнес больше ни слова, лишь смотрел на растрепанного Жданова, кривя губы в холодной усмешке. Подошли к машине.
– Ты знаешь, кто за этим стоит, – утвердительно сказал вдруг Стас, садясь в адвокатский «Лексус» и сильно хлопнув дверцей добавил: – Ты всё знал с самого начала, крыса…
– Мда, – едва раскрыв рот, буркнул Аркадий, заводя мотор. Он обратил внимание на последнее слово курьера. – Между прочим, крысы куда умнее многих людей.
– Да, конечно, ты опять на своего Проскурина намекаешь…
– Стасик, тебе повезло, что я вижу то, чего ты сам пока не разглядел. Иначе, я сомневаюсь, что ты бы выжил в джунглях бизнеса. Проскурин, в отличие от тебя, знает это дело на зубок!
– Ты его покрываешь? Почему? Что у вас общего? – Жданов нервно пристегнулся и принялся приводить себя в порядок.
Ответить Бергер не успел – раздался звонок.
Злорадно рассмеявшись, юрист ответил:
– Да.
– Вот что, Аркаша, нам нужно проблемку порешать…
– Я в курсе твоих проблем, Вася, и должен заметить, что не я их тебе создал. А если и правда хочешь порешать, то выходи, мы уже на месте…
Бергер убрал телефон и выключил фары. Рядом с покосившимся домом из крепких, но необтесанных дубовых бревен было достаточно фонарей. Заливисто залаяла собака за внушительным металлическим забором.
Дачный поселок вовсю готовился ко сну.
– Он здесь? – Стас затянулся последней сигаретой с особым наслаждением. – Это ваша секретная хата?
– Много вопросов, Стас, – Аркадий осуждающе посмотрел на подчиненного.
– Я имею право знать.
– Сиди смирно! Я сам справлюсь! – отчеканил адвокат, выходя и по привычке осматриваясь.
«Вольво» Проскурина, как и подозревал Бергер, стоял чуть поодаль. В окнах виднелся слабый свет. Иванчук явно не был рад столь поздним гостям.
Стираются грани правды и лжи,
Мы мимо любимых куда-то спешим.
Движенья и взгляды сплетаются в сеть,
Порою мы рядом не с теми совсем…
Мир давно сошел с ума вместе с нами:
Взял и просто поменял всё местами,
Мир сошел с ума вместе с нами –
Мир стал таким, как мы.***
Бывало ли у вас ощущение, что вот-вот задохнетесь? Неприятно, правда? Страшно неприятно, надо сказать. В полной темноте и с заклеенным ртом сосредоточиться на чем-то просто невозможно. Дина поняла, что без посторонней помощи ничего не выйдет. А вообще, кто мог сказать ей, что она отсюда когда-нибудь ещё выйдет? Никто.
Крохотная надежда на то, что тот самый курьер рванет её спасать угасала с катастрофической скоростью. Какая же она дура! Куда же она ввязалась?! Зачем?
Проскурин не сразу понял, что именно значат последние слова. Кто такие эти «мы» и почему они «уже здесь»?! Как только Иванчук сообщил ему, что Бергер прибыл собственной персоной, Василия прошиб ледяной пот.
Хозяин дома радушно пропустил гостя внутрь и сразу указал на предателя. Брюнет попытался выдавить улыбку.
– Привет…