Чтение онлайн

Куликов Павел Петрович же испытывал чувство вины. Перед самим собой, за то, что так быстро согласился взять Рубину, перед Люцитой за то, что согласился с собой, перед Кудряшовым за то, что выставил и отчитывал, как мальчишку...

Поезд набрал ход, оставляя позади Ковальские поля голые и одинокие, уныло остающиеся ждать прихода зимы. Осенняя природа непредсказуема как первый снег. Кого-то радует, кого-то огорчает.

====== Глава 22. ======

СГУ.

Муравьев, проходя по родному этажу химико-биологического профиля, не мог отказать себе в удовольствии закурить, хоть и знал, что курение категорически запрещалось на территории всего университета. Брюнет учился на естественно географическом факультете, являлся заядлым прогульщиком и дебоширом.

Только затянулся – пришлось прятаться. Мимо закутка, о котором знали только избранные, прошлепала маленькая коренастая женщина в белом халате и с колбой в руках – заведующая химической лабораторией, а ей попадаться нельзя: сразу в деканат и на отчисление.

Муравьев, не смотря на возраст, являлся первокурсником, ещё в армии парень попал в гнилую компанию наркоманов и, вернувшись, при поступлении уже точно знал, куда направит стопы. Кабинет органической химии стал вторым домом, притом, что с этой наукой горе-студент никогда не дружил. Иногда по-тихому удавалось стащить парочку-тройку реактивов, чтобы понаделать всяких скользких масс, не помещающихся в пробирки. Один раз дошло до взрыва, хорошо, что несильного, да и обошлось без жертв.

Заведующая лабораторией, упомянутая выше, приходилась Денису Муравьеву теткой. Они давно перестали тесно общаться, ещё с тех пор, как умер отец и её брат по совместительству. В их родстве всегда можно было найти несостыковки, к примеру, покойный Муравьев был двухметрового роста и черный, как негр, даже говоривший с акцентом, а его сестра (сестра ли вообще?) меньше метра пятидесяти и абсолютно светлая…

Сам же Денис категорически отрицал существование близких за пределами досягаемости, то есть, если кто-то жил в другом городе или не дарил ему подарков, то кровное родство автоматически перечеркивалось. Его мать, повторно вышедшая замуж и родившая сразу троих детей, на старшего сына не обращала никакого внимания, поэтому парень был постоянно сам с собой. Друзья, если можно было так назвать людей, которые грабили и пьянствовали в подъездах, приходили и уходили, а он оставался один. В учебной группе никто не хотел общаться с замкнутым и агрессивным брюнетом, да и он не лез.

– Ёу! Чувак! – к Муравьеву подошел вечный тусовщик из паралелльного. – Послезавтра намечается дискач с пиротехникой, ты как? Завалишься?

– Нет, времени мало, – резко бросил брюнет, отходя в сторону. – Ваша пиротехника мне ни в одно место не уперлась, я и сам могу фейверк забабахать, понял?

– Ну, теперь знаю, к кому обращаться, если что…

– Слышишь, свали из поля видимости! У меня послезавтра игра!

– А-а-а, знаю: ты же баскетболом увлекаешься?

– Увлекаются бабами, а я – играю в баскетбол! – Денис потушил сигарету о подоконник. – Иди на свои танцульки, от меня чего надо?

Тусовщик замялся.

– Говорят, что ты можешь порошочков достать?

Брюнет занервничал. Он был уверен, что никто не знает о его тайном бизнесе.

– Брешут… никаких «порошочков» у меня нет! Ты упал что ли?

– Значит, бабки не нужны?

– Покажи, – Муравьев понял, что парня надо проверить. – Договоримся.

– Три штуки рублей и две сверху за скорость...

– Десять и договорились!

– У меня столько нет.

– Значит и базара нет! – Муравьев развернулся, чтобы уйти.

– Ладно, я пацанов напрягу, – моментально остановил его любитель дискотек. – Сегодня сможешь?

– Я всё могу, только ты хоть скажи, каких вам зелий спереть?

– А я откуда знаю! Чтоб горели поярче! Зрителям ведь надо зрелищ, а не тупой салютик, какой обычно делают наши преподы! Значит, по рукам?

– По рукам, бабло гони...

– Сначала порошки, а потом бабки.

– Торговаться будем?

– Тебе надо.

– Тебе тоже...

– Бля, я сказал, сначала товар!

– Да не ори ты, – брюнет огляделся по сторонам, благо, в длинный перерыв все торчали в столовой. – Будет вам товар, будет... сегодня после пятой пары подходи к лаборатории.

– Так-то лучше...

Оставшуюся часть дороги от спорткомплекса до здания университета Даниил загадочно улыбался, а Кира мысленно спрашивала себя, почему, когда он рядом, ей так спокойно и хорошо. Вдруг она вспомнила о телефоне, встрепенувшись.

– Даниил, ты извини, но я кое-что забыла… мне придется вернуться, спасибо ещё раз…

– Стоп, – он без предупреждения взял её за руку. – Не надо тебе никуда возвращаться, тем более, что мы пришли!

Стоя у крыльца, блондин «вывалил» информацию разом.

– Ива поручил мне тебя обучить, поэтому, можешь считать, что я теперь персонально-официальный тренер по баскетболу. Если ты вспомнила о мобильнике, то он у меня, – протянул телефон. – И ещё: как ты относишься… к театру?

Для чего он сделал паузу после слова «относишься»? На самом деле хотелось задать вопрос несколько иначе, точнее – услышать другой ответ.

– К театру? – Милехина уже было приготовилась отвечать совсем на другой вопрос, не заданный им, но подразумевающийся. – В каком смысле?

– Да в прямом… у нас намечается театральный гранд, ну это ежегодная премия за лучшую театральную постановку среди университетов. Мы, как студенты филологического, отвечаем за проведение и за качество тоже, – парень всё не решался сказать главное. – Одним словом, нужны желающие поучаствовать в постановке трагедии Шекспира… «Ромео и Джульетта» в общем, у тебя нет желания присоединиться?

Первокурсница всегда сомневалась в своих актерских способностях, но эта парочка зарубежной литературы не могла никого оставить равнодушным.

– Почему бы и нет? Если можно, то я поучаствую…

– Серьезно? – Даня уже не мог скрыть радости и восторга. – А как насчет главной роли?

– Я? – Кира изменилась в лице. – В главной роли? Ой, Даниил, я не знаю… понимаешь, просто это очень ответственно, а вдруг я провалю вам спектакль? Нет, лучше возьмите кого-то другого…

– Пора тебя спасать, – вздохнул блондин.

– От чего?

– От неуверенности в себе! Почему ты думаешь, что не справишься? Надо всегда видеть потенциал! Иначе в жизни туго придется…

Цыганка задумалась: «Рискнуть? Или продолжать трястись от любого шороха? Сидеть и не высовываться? Или на людей посмотреть да себя показать?»

Жданов, словно прочитав её мысли, подтолкнул к правильному ответу.

– Как корабль назовешь, так он и поплывет… соглашайся! Мы же все тут не артисты, согласись? Что скажешь?

– Хорошо, я попробую…

– Уже лучше, – Даня глянул на часы. – Тебе на какой этаж?

– На третий, у нас сейчас лекция по литературоведению, а потом математика, – девчонка казалась грустной.