Кармелита. Наследники: лёд и пламя
Шрифт:
– Оу, тогда есть повод взгрустнуть… как фамилия препода по матике? Не Грибцова?
– Кажется, она… а что?
– Баба помешана на предмете, крепись… мы вообще её доводили так, чтоб пару сорвать! А зачет получали с боем! Вылетело много! – забывшись, начал рассказывать Даниил. – Мы ей доску парафином или воском намазывали! А один парень мел жрал, чтоб ей нечем писать было!
– О, да вы затейники!
– Что есть, то есть…
– Зачем на филфаке математика?
– Поверь, что этот вопрос задают себе абсолютно все, кто здесь учится! – поднимаясь по ступенькам, ответил блондин. – Давно пора пересмотреть программу образования, тем более высшего! У меня в группе есть такой умник, который планирует в будущем в министерство образования податься!
– Это не ты, случайно? – лукаво сверкнула глазами Кира.
– Я на профессора похож?
– Нет, но что-то аристократическое в тебе есть, – смутившись от собственной откровенности, пролепетала она. – А нам разве по пути?
Жданов тоже смутился.
– Да нет, не по пути, но я хотел бы тебя проводить... или ты против?
– Не против, – студентка поняла, что действительно желает его общества. – Совсем не против...
Пока шли по коридору, старшекурсницы с завистью провожали их взглядом. Похоже, что Казанова и впрямь пользовался успехом. Наконец нужная аудитория.
– У тебя знакомые уже появились?
– Пока нет...
– Значит, я могу тебя и до места проводить!
– Что?
– А что?
Кира не поверила своим ушам. «Он хочет проводить её до места? Прямо вот так запросто? При всех этих улыбочках со стороны размалеванных девиц? Зачем?»
– Пиар, какой никакой! – опять прочитав её мысли, ответил Даня. – Ты идешь?
– Пиар для кого? – насторожилась девушка.
– Для тебя, естественно, – рассмеялся блондин. – Расслабься, Кира, я шучу…
Милехина нервничала не потому, что боялась каких-то косых и завистливых взглядов, а потому, что она толком не выбрала даже место. Сидела то тут, то там… чаще всего одна.
– Даниил, мне кажется, это лишнее… ты ведь опоздать можешь.
– Понятно, – опустил голубые глаза парень. – Не хочешь, чтоб нас видели вместе, я прав?
– Если мы «вместе», то пусть смотрят, – пожала плечами Кира. – Главное, чтоб ты это помнил…
С этими словами вошла в кабинет, потянув немного растерявшегося парня за собой. Конечно, мужская половина сразу напряглась, а вот женская наоборот – расслабилась и принялась стрелять глазами. Чтобы понять, кто есть кто, достаточно однажды посмотреть на человека в тот момент, когда он сосредоточен на чем-то или на ком-то.
Звонок. Как не вовремя!
– Удачи с математикой, – третьекурсник шепнул Кире на ухо, улыбнувшись. – Про спектакль я тебе скажу, когда узнаю… увидимся!
– Хорошо, – заливаясь краской, кивнула Кира. – Пока…
«Её так легко смутить, – подумал Жданов, покидая аудиторию – Если бы не знал, сколько ей лет, то дал бы не больше шестнадцати. А, кстати, Джульетта была как раз шестнадцатилетней…»
Всё-таки, не ошибся в выборе.
Кстати, о выборе: а когда Казанова успел сделать его? Он, легко увлекающийся и повидавший девушек всех сортов и сословий, ещё ни разу ни одну не провожал до кабинета, не краснел и не думал о том, что захочет видеть снова и снова.
– Жданов! – чертыхнулся Аскольд Прокофьевич, натыкаясь на замечтавшегося студента. – Ты что вообще тут делаешь? Тут же первый курс!
– Да это я так…
– Заблудился что ли?
– В какой-то степени, – хмыкнул парень, уступая дорогу профессору. – Кстати, а когда намечается спектакль? Точная дата известна?
– Ты ещё не в курсе?!
– А что…
– Послезавтра намечается! Сегодня же репетируем! Хотя, на роль Джульетты никого не найдено! А ты, между прочим, отвечаешь за актерские кадры, если забыл!
– Как послезавтра? Это невозможно…
– Невозможно спать с комарами, слыхал? – пошутил декан. – А я говорю серьезно!
Если с Ромео вроде разобрались, то вот на роль дочери Капулетти не было ни одной подходящей кандидатуры, тем более преподаватель твердо знал, что нужно.
Прозвенел звонок, оповещающий о начале пары, и Лапин вынужден был удалиться из деканата, дабы прочитать вводную лекцию первокурсникам. На ловца и зверь бежит! Наткнулся по пути на Жданова. Тот изменился в лице несколько раз, услышав, что выступление уже совсем скоро. Ну, конечно, не готов! А кто готов?
– Ну, чего ты молчишь, как немой?! – накинулся на Даниила Лапин. – Скажи что-нибудь!
– А мы разве успеем подготовить нормальное выступление за полтора дня?
– Если не успеем, то я тебя отчислю…
Блондин скрипнул зубами.
– Аскольд Прокофьевич, но…
– Никаких «но», значит так, сейчас я дам список людей, утвержденных на роли, ты их оповестишь… сходишь в актовый зал и договоришься с помещением на весь вечер, – декан вытащил из папки лист с фамилиями. – И вообще, скажи мне спасибо!
– За что? – встрепенулся Даня.
– Ты играешь Ромео!
– Ага, – блондин словно и не представлял себя в другой роли. – Без проблем.
– Да вот как показывает практика, без проблем с тобой не обходится! Не знаю, что и лучше…
– Да вы расслабьтесь, Аскольд Про… – парень резко замолчал на полуслове, глянув на список, полученный от декана.
«Бероев, Бобровский, Камолова, Крылова, Хабаров…» – после прочтения у студента скрутило живот. Черт! То ли от волнения, то ли от злости на профессора.
– Что-то не понятно?
– Извините, но почему именно я должен это делать?
– А кто? Я что ли?! – Лапин был в бешенстве. – Большинство из них – твои однокурсники!
– Моих однокурсников тут только трое! – возразил блондин. – Вот и их я и оповещу, если позволите…
– Не позволю! Алфавит помнишь?
– А причем тут алфавит?
– Как написаны фамилии видишь? – старик ткнул пальцем в бумагу. – Если первым значится Бероев, то ты первым его и ознакомишь! Я так сказал и не смей мне возражать, если хочешь доучиться и выйти с дипломом, а не с корочками тунеядца!
– Хорошо, я сделаю...
– Что с Джульеттой?
– Она покончила с собой кинжалом своего же возлюбленного...
– Чего?!
– Ну, вы спросили, а я ответил...
– Жданов! Мне не до шуток! Я спросил, нашелся ли исполнитель роли?!
– Ах, вот вы о чем! Да, исполнительница роли нашлась!
– Слава Богу! – Лапин выдохнул. – С вами поседеешь, честное слово!
– А репетировать мы будем самостоятельно?
– Мечтай! будете репетировать под моим контролем!
Жданов приуныл.