Чтение онлайн

Что ж... дан неплохой мастер-класс. Ценою в движимое имущество. Добра Антон еще, пожалуй, наживет, а вот ума — неизвестно. А может и сам виноват, рассудил потерпевший, глотнув еще водки прямо из горла: это кара высших сил за то, что мать по-людски не похоронил, дак. Как минимум, Медведев порешил поставить на дверь новейшую электронную систему с предупреждением о незакрытии или внезапном вторжении.

А еще, конечно, сходил в полицейский участок, написал заявление, и по Медведевским описаниям составлен был четкий фоторобот злодейки.

Меж тем наша девица, которую мы знаем под псевдонимом "Юля", разъеб... то есть, разбиралась с подельником. Тот должен был по предварительному сговору забрать часть награбленного имущества, но девушка оказалась та еще зараза, короче, делиться желала неохотно. Подельник по фамилии Волков (соответственно, погоняло — Волк) тоже был тот еще жук, так что дискуссия затянулась. Само собою, денежными средствами красавица не отстегивалась, речь шла о бытовой технике и всякой мелочи. Поскольку дележ затянулся, огненная орлица предложила продолжить разборки утром.

Прибыв в гаражный кооператив на рассвете, Волков нарвался на ментовкую засаду. Как вы, наверное, уже поняли, условная Юля стукнула куда надо, короче подставила подельника. Хрен с ней, с техникой, рассудила девица-красавица, у жертвы были неплохие накопления и в налике. Неожиданно для себя лже-Юля обнаружила, что она Медведеву чуточку симпатизирует. По крайней мере, ей было немного жаль свою жертву. Он же и впрямь земляк, хоть и чрезмерно доверчивый.

Волк — бандюган матерый. Он сумел отстреляться от правопорядочных органов и уйти, правда, при этом сильно израненным. Эх, думал он зализывая раны, надо было завалить лису, да еще и злостно. А тут — расслабился, поверил в воровскую солидарность и разбойничье благородство. Меж тем рыжая бестия по бутикам шныряет и обшматывается. Гламур из орлицы прям прет, аж до безобразия. Закуражилась вятская-хватская, губищи ботаксом залила. Иногда добром такое не кончается, впрочем, бывает, что и да.

Волк затравленный в угол забился, приготовился красиво встретить бабу с косой под именем смертушка. А тут мимо Антон проходит. Жалко человеку стало израненного зверя, хотя и понимает, что дело тут нечисто. Посадил Волкова в свою тачку — на свою ограбленную квартиру повез. Бандюган уже и неадекватен от кровопотери, плохо понимает, куда его нечистая... извиняюсь, чистая альтруистическая сила занесла. Успел лишь прошептать: "Только не в больницу, брат, там мне каюк..."

Я тебе не брат, приятель, да и не приятель, кореш, да и не кореш, брат. Вот что подумал Медведев. А еще рассудил: выхожу этого быка и найму, чтоб он ту лисицу отыскал и примерно наказал. Девушка вскоре нарвалась. В одной из бутичных галерей ее по ориентировке опознал охранник, бывший сотрудник сыскного отдела. Прищученная негодяйка пыталась включить дурочку, но не прокатило. Свинтили нашу плутовку, свезли в ментовку.

Вот ведь наглость второе счастье! Воспользовавшись правом звонка, девушка, известная нам под именем Юлия, но так и не познанная по своей сути, связалась не с кем-нибудь, а с нашим великодушным Антоном. И давай Медведеву втирать: мол, вышла за хлебушком, настигли ее мамочка да сутенеры, избили до полусмерти, квартерку обчистили, а рыжую нашу орлицу в лес свезли добивать да закапывать. Чудом ускользнула из ручищ злодеев-изуверов, скиталась, пришла в полицию всю правду как на духу выкладывать, а тут — бац! — «вы подозреваемая в ограблении квартиры гражданина Медведева». Жертва трагичных обстоятельств. Короче, стала на жалость давить, чтоб Антон заяву из органов забрал и вызволил землячку на волю.

Меж тем Волк оклемался и вернулся в реальность. Хотя адекватности так и не обрел. Узнал он конечно хазу, которую с подельницей обчистил, но нашлось разума промолчать. Он не совсем понял, с кем там по мобиле мямлит его спаситель. Но что-то смутно почувствовал...

...Когда Антон вез рыжую бестию к себе домой, молчали. Чтоб не было напряжно, герой наш радио включил. И сквозь музыку слышит:

– Битый небитого везет.

– Что?
– Переспросил Медведев, и песню приглушил.

– Говорю, чуть не прибили, супостаты.
– Лиса запрятала мордочку в норковое манто.

– По-моему, детка, ты что-то другое щас сказанула.

– Ну, да бритый небритого везет. Я ж не броюсь.

– Ты уверена?

– Слова, слова... как все это мне прэтит!

– О'кей. Послезавтра повезу тебя в этот твой этот Орлов. Ты рада?

– Еще бы...

Можете представить себе сцену: в пустой медвежьей… то бишь, медведевской квартире Волк и лиса друг дружку увидали. Само собою, оба на колются, но и значительных усилий прикладывают, чтоб не попалиться. Антон им сам все объяснил — в смысле Юле рассказал о том, что де Волкова он изранетым на улице пожалел и подобрал, а Волку поведал, что девушка... ну, в общем, сама пришла. И, кстати, забыл уже, для чего Волка выхаживал. Русские — они незлобивые, даже вятская разновидность. Бывает ложь святая — и наоборот. Неизвестно еще, какая хуже. Все же знают, что сила — в правде, правда таковую ишшо не отыскали, это же как Беловодье. А тут — особая разновидность: ложь ото лжи на лже катится и лжою погоняет. Примерно то же у нас на Руси с коммунизмом случилось: его строили святые почти люди, которым мозги запудрили верою в идеальное общество непотребления. А потом все всех сдавать принялись, массовое мудропомешательство пошло.

– Где ж вас так, дядечка...
– Причитала девица, обрабатывая волчьи раны. Правда нет-нет, а на больные места-то наддавит.

– Мир непрост, краса... а-а-а, ч-чорт!.. вица. В нынешние времена доверяться надо только себе, да и то по праздникам.

– А верить надо, дядя. Как без веры-то...

– Даже ежу.

– Зря. Мы ж не звери.

– Мы... а-а-а, бл-лин!.. люди. Вроде бы.

– О чем вы воркуете?
– Встрял Антон.

– О том, сем...
– Девушка пристально посмотрела чуть выше медведевских глаз.
– Похоже, вы — моя как бы судьба.

Когда Антон наивно умчался по делам бизнеса, лиса принялась доказывать Волку, что это она — жертва обстоятельств. Якобы Медведев сам хорош: дабы получить страховку, нанял девушку обчистить свою берлогу, а потом сдал — сначала Волка, после и девицу. И вдруг приезжает в органы и забирает ее. Неизвестно еще, что этот странный тип задумал, надо валить, пока этот не наманьячил. Когда Волков намекнул на то, что девка захапала все бабло, лиса резко вскрикнула:

– А оно твое?! Ты скажи, скажи...
– И блесканула перстнями с бруликами.

– А чье же...

– Божье. Все под ним ходим.

– А ты будешь у меня ходить под этим!
– Волк вынул припрятанный пистолет ТТ.

– Мочи. Всех не перемочишь.
– Девушка подставила свою (правую) грудь.

На Волка очень вовремя наскочил приступ слабости, и он обмяк. Не выпуская пушки, бандит полубдел-полудремал. Плутовка поджидала момент, когда можно будет смыться, но балансирование бывшего подельника на грани сознанки и бреда держало ситуацию в напряжении. И все же повезло: у Волчары кончилось курево. В залог пришлось оставить сумочку крокодиловой кожи во всякими дорогущими штучками-дрючками, но в данный момент мадмуазель жульен хотела слинять даже ценой материальной потери. На выходе из подъезда как бы Юлия вострым своим носиком уткнулась в могучую грудь Антона. Закон подлости поджидает даже подлецов, в нашем случае — подлИцу.

– И куда торопимся?
– Спокойно спросил мужчина.

– На кудыкину гору!
– Резко парировала плутовка. Она уж решила сорвать с себя все покровы. В фигуральном, конечно, смысле.
– Ей бы сказать правду — ну, про сигареты для Волка — но нервишки сдали.

– Пошли.

– Сам пошел!

– Только после вас.

– Пусти. Я сейчас закричу.

– Молодец.
– Антон схватил девицу за руку и поволок внутрь.

– А-а-а-а-а!!!

Благой мат не помог: Антон уже тащил жульенку по лестничной клетке. На сей раз у Медведева все было продумано. Дверь имела электронный дистанционно управляемый суперзаслон, а пульт только у хозяина. Щелк! – и все заблокировано как на том свете.