Чтение онлайн

– Я задержан?

– Отнюдь. Я бы это назвал даже освобождением. У нас тут продолжение вчерашнего. Такскаать на плэнэре. Это у евреев суббота не для работы, а мы отдохнем уж в воскресенье. Милости прошу к нашему костру!

А пожалуй что Воскресенье для вас, скотов, настало, подумал Жуков, только вы еще похоже не в курсе. Мишу вели как пленного, обступив со всех сторон. Арсений болтал ерунду - про то, какие красивые и заповедные в Задротовском районе места и о том, что зря сюда не едут иностранцы. На биваке, средь шумной неразберихи Миша узнал попа. В черном френче и с банданой, украшенной черепами, Доримедонт больше напоминал разбойника или пирата.

– Батюшка, отец святой...
– Издевательским тоном кольнул Жуков.
– Вы же понимаете, что теперь вся эта ваша религия - нафиг?

– Ну, как сказать, как сказать...
– В глазах священника плясал кровавый огонь.
– Всякое религиозное учение - такой же живой организм как и научная теория. Без обновления религия превращается в догму. И еще - о событиях двухтысячелетней давности. Вы разве не понимаете, что жертвенность - та самая сила, которая заставляет людей сытое чрево променивать на голод духа? И что-то мне подсказывает: и в вас течет та же кровь, которая была в Спасителе. А? Угадал?

– Разве это...

– Да. Согласен. Неважно. Мы все и впрямь состоим из атомов, из которых миллионы раз строились другие существа. Более того: хотя бы одна из этих частичек со стопроцентной вероятностью была в Богочеловеке. Я не слишком кощунствую?

– Слишком. И уже давно. И не только вы.

– Да.... Но давеча мы с вами недоговорили. Про паству. Понимаете ли... люди, подавляющая человеческая масса, не обладают собственной волей. Они репродуцируют чужие мысли, гоняются за модой. Позавчера клубы самодеятельной песни, вчера мыльные сериалы, сегодня селфи, завтра фейсбук, послезавтра еще какая-нибудь пустяковина. Религия - вовсе не опиум для народа, а СИСТЕМА. Понятная, прозрачная, наполненная обрядами и артефактами. Помните, большевики мумию Ленина в мавзолее выставили? Потому что массы привыкли к христианским традициям, святые мощи им понятны, а идея свободы, равенства и братства - нет. Водка есть - хорошо, а посты и молитвы - плохо. Водка кончилась - пошли на улицу добывать. Тут-то толпу и направляют - на Зимний, на Белый дом, на Берлин - неважно. Теперь это, кстати, очень эффективно делают через твиттер. Все потому что Бога нет - и все дозволено. А русская интеллигенция, как всегда всем недовольная и...

– Что-то ваш "алё-луйя" сегодня не звонит.
– Мише не хотелось больше выслушивать поповских самооправданий.

– Выключил. Я же тоже человек.

– А не могли бы доброе дело сделать... Мой сеть не ловит. Дали бы позвонить. Домой...

– Да конечно.
– Доримедонт вынул свой айфон, потыкал...
– Вот ведь, Господи ты Боже мой... сел. Незадача...

– Как у вас все вовремя...

Миша потребовал налить себе полный стакан. Хотелось уж раскрутить моховик - и в нирвану. Очень скоро ему это удалось...

...Привыкши к полумраку, Жуков разглядел... Пророка. Да, точно: ОН. Сидит на краешке нар, раскачивается как олигофрен, а взор устремлен в пустоту. Бросив взгляд на руки страдальца, увидел: перевязаны. И на бинтах кровь. В принципе Михаил уже понял тренд: ничему не удивляться. ЭТИ силы сами все организуют так, чтобы мало не показалось. У костра выключился - включился неизвестно где. Кино.

– Здравствуйте, товарищ вознесшийся и воскресший, Алексий Божий человек. Как гаарица, мир вам.

– Аналогично, тем же и по тому же месту.
– Так же сиронизировал Пророк.

– Значит все - карнавал.
– Выдохнул Жуков.

– В определенном смысле - да. Если только пренебречь слезами ребенка.

– А что - уже?

– Дети всегда плачут. Таков их метод реагирования на суровую действительность. А ты вот за три дня так ни разу и не заплакал. Заметил?

– Зубы не заговаривай. Скажи прямо: подстроено?
– Миша хотел напомнить про брудершафт, на который не пили, но быстро понял, что на "ты" - естественней.

– Для масштабов маленького райцентра, пусть и большого села аттракцион масштаба Коперфильда чересчур по-моему затратен. Пять годовых бюджетов на одно шоу...

– Чего мелочиться-то.

Миша внезапно вскочил - ткнул кулаком в грудь сокамерника. Удар - не удар, а так - проверка на действительность. Пророк пошатнулся. Но не пал.

– В щеку положено.
– Ответил он обиженно.

– Значит, спустился с небес. Я правильно понял?

– Зачем нам отсюда спускаться. Нам и здесь неплохо.

– Ага. "Мы, великие и непостижимые..."

– Ну, да. Мы с тобой. Всмотрись...

Мишу пронзило: ежели его обрить и подстричь - Алеша прям Жуковский клон. Сознание немного поплыло: неужто шизофрения?! Мише вспомнилось: слишком часто, гораздо выше пределов статистической погрешности случайные знакомцы называют его "Алексеем". Выглядит он что ли как Алеша... попович? А вдруг Жуков родился на пару с братом-близнецом, а потом их разлучили... в общем, сонм дурацких мыслей.

– Намекаешь на то, мы с тобою - одно и тоже.

– Ровно так же ты можешь намекнуть на что-то свое.

– Так кто ж ты...

– Сын человеческий. Впрочем - как и ты.

– Вот, что. Давай не говорить загадками и не юлить как раймент, райпоп и райглава. Устал я уже от этих кошек-мышек, хочется простоты.

– Ты уже получил простоту от Клавдии. И, заметь, сбежал... как шпана.

– А чёш тебе, братушка, терновый венец-то не нацепили? Терна не нашли...

– Я ж не называл себя царем. Это нескромно как-то.

– Вот скажи... Алеша... какова роль старика во всей этой истории? Ведь если б не Петрович, проехал б я мимо "Безродной" - и никаких на жопу приключений.

– Тогда б таскался до конца своих дней по командировкам как вечный жид.

– Разве это плохо...

– Вот что... Мишутка.
– Мишу передернуло. Так его называла только мать.
– Ты и без всяких намеков прекрасно знаешь, что жизнь слишком коротка, чтобы распылять ее на всякие пустяковины.

– А не хочешь ли ты сказать, что вся эта трагикомедия разыграна только лишь для того, чтобы я... или мы с тобой... да нет - именно я узнал эту истину еще более прекрасно.

– Во второстепенном смысле - именно это и хочу сказать. Только ни ты, ни я не являемся точками отсчета. Все действа, как священные, так и разыгранные в лицах ради удовольствия, призваны каждому из миллиардов живущих в этом мире сказать про бренность бытия.

– Вот что... двойник!!!
– Жукова прорвало.
– Сейчас я тебе ВСЁ скажу. Каждый из миллиардов есть существо. Имеющее душу, волю, сознание. Целеполагающееся, любящее, верящее, грешащее и потом расплачивающееся, теряющее, страдающее в конце концов. И ни одна сволочь - ты понял, Алеша, ни одна!
– не вправе за человека решать, что ему думать, кого ненавидеть, за кем идти. Ну, предположим ты взошел на Голгофу... Ладно там - вознестись и с концами. Так нет - приперся, принес благую весть о том, что мы де бренны и вообще... овцы, нуждающиеся в пастухе. И все теперь будут ждать твоего второго пришествия, а такие идиоты как я расползутся по планете и станут внушать людям, что надо в тебя верить иначе все будут гореть в аду. Тех же, кто не согласится с нашим безумием, мы будем душить, мочить в сортирах, вешать, сжигать. А ты говоришь: небеса, не будем спускаться. Будем. Слышишь, брат? Будем!!!