Чтение онлайн

— Так ты не знаешь, с кем он мог встретиться? — спросил Хамото.

— Нет. Одно вам скажу: ни с кем он на прогулках не встречался — иначе он бы мне сказал об этом. У господина Нитты не было от меня секретов.

— Может быть, у него была женщина?

Теперь у Мидори покраснели не только мочки ушей, но и щеки.

— Вас интересует любовница господина Нитты? — соврем по-взрослому спросила она. — Он встречался со своей бывшей женой Такако.

— Прости, Мидори, за нескромный вопрос, а у тебя с Ниттой ничего не было?

— Как вам не стыдно! — возмутилась Мидори и протянула руку, чтобы забрать у него клетку с жаворонком.

— Но я ведь заранее извинился… Мне кажется, что ты ревновала Нитту к его бывшей жене. — Хамото внимательно глядел на девушку, стараясь не упустить ни малейшей перемены в выражении ее лица. — Разве ты сама не рассказывала, как однажды без предупреждения пришла в мастерскую, увидела там Нитту вместе с Такако, и та смутилась и была очень недовольна твоим неожиданным появлением?

— Говорила. Я несколько раз встречала ее в мастерской. Что поделаешь, господин Нитта продолжал любить Такако и после того, как она его бросила и вышла замуж за другого. — В словах девушки Хамото уловил упрек и даже злость. — В те дни, когда господин Нитта встречался с Такако, я его ненавидела и… ревновала. Но поверьте, господин Хамото, я понимала чувства, какие испытывала Такако, приходя к нему на свидания. У Нитты была чистая душа, как у ребенка. Она страдала от того, что бросила такого человека. Но она была вынуждена так поступить, потому что ей стала невмоготу их совместная жизнь. И все же временами я ненавидела ее, но не из ревности, а за хитрость, когда она тайком от нового мужа приходила к Нитте. Нитта был хорошим человеком, и я прощала Такако, потому что она все еще любила его. В то же время я жалела ее обманутого мужа и много раз испытывала желание рассказать ему о неверности жены, но в последний момент меня останавливала боязнь, что это навредит Нитте… Ох, что-то устала я. Пойдемте в парк, посидим на скамеечке.

По этому парку Хамото прогуливался с Кинуи двумя днями раньше.

Они поднялись по каменным ступеням и сели на скамью, с которой давно уже облезла вся краска. Заходящее солнце освещало пожелтевшие листья глициний.

— Я сейчас расскажу вам о том, чего никому еще не говорила. — Мидори поставила клетку рядом со скамейкой на землю. Ее лицо залила краска.

"Каким секретом решила она вдруг поделиться", — подумал Хамото, отводя глаза в сторону.

— Знаете, однажды я спала под одним одеялом с господином Ниттой — один-единственный раз.

Хамото оторопел.

— Но между нами ничего не было… Нитта часто говорил, что любит меня. А ведь я калека, у меня здесь большой шрам. — Мидори слегка раздвинула ноги и дотронулась пальцем до внутренней стороны левого бедра. — В детстве мне нравилось забираться на высокую хурму, которая росла у нас в саду. Хурма была старая, но каждый год давала много плодов. Они висели на ней, как колокольчики. Однажды — я тогда училась в первом классе — я полезла на хурму, оступилась и полетела вниз. А под хурмой мать складывала дрова, и я ударилась ногой об острое полено. — Лицо Мидори болезненно передернулось, словно она вновь почувствовала испытанную тогда боль. — Меня сразу повели к врачу, но, видно, в моем теле много было яду — я всегда мучилась от нарывов — и рана стала гноиться. Пришлось сделать операцию. С тех пор я стала калекой, хромоножкой. Господин Хамото, всю жизнь я никому не нравилась, ни один человек не признался мне в любви. Только жалели или сочувствовали. Но Нитта относился ко мне по-другому. — Мидори ненадолго умолкла, потом продолжала. — Он говорил, что любит меня, очень любит — хромоножку. И когда. я лежала с ним под одеялом, он стал гладить то место, где у меня рана. Сначала было неприятно, потом я привыкла, и мне уже казалось, будто гладит меня покойная мать. В груди стало жарко-жарко, а сердце словно остановилось. Вот и все, больше ничего между нами не было. И все же я ощутила странное чувство — ведь впервые рука мужчины коснулась моего бедра. С тех пор, как господин Нитта умер, я только и вспоминаю о том вечере, когда мы лежали под одним одеялом. Наверно, я тоже любила его.

— Нитта души в тебе не чаял. Он и мне говорил об этом — все уши прожужжал, повторяя твое имя. — Хамото глядел на развеваемые ветром длинные волосы Мидори, и ему стало казаться, что он понимает чувства, испытанные Ниттой, когда тот нежно поглаживал шрам на бедре девушки.

— Конечно, ты ему нравилась, но в то же время он по-своему любил и бывшую жену… Скажи, а помимо мастерской, они где-нибудь встречались?

— Вы имеете в виду: встречались ли они во время его прогулок? Нет. Она обычно приезжала на машине, оставляя ее у склада, а сама спускалась в мастерскую.

— Но если она так открыто приезжала на свидание, ее мог выследить муж.

— Думаю, она этого не боялась. Мне кажется, она женщина не из трусливых. Что до мужа, то он, наверное, ничего не знал.

"Может быть, девушка и права, но кто поручится, что Такако или ее муж не связывались с этой бандитской группой и не навели ее на художника", — подумал Хамото и решил: чтобы лучше понять настроение Нитты, есть смысл повидаться с Такако и ее нынешним супругом.

Простившись с Мидори, Хамото сел в электричку, шедшую в сторону Яматэ.

Уже стемнело, когда он вышел на станции Дайтабаси.

Помощник инспектора Кинуи рассказывал ему о своем посещении типографии "Итиринся". Хозяин типографии ушел на какое-то совещание, и его приняла Такако. Когда Кинуи свобщил ей о смерти бывшего мужа, она расстроилась и подтвердила, что ходила к нему на свидания.

Неужели новый муж позволял ей встречаться с Ниттой? Это не укладывалось в голове у Хамото. Добравшись до квартала Охара, Хамото увидел на телеграфных столбах рекламу "Итиринся", в которой сообщалось, что типография принимает заказы на цветную офсетную печать, а также печатает конверты и прочее.

Хамото открыл дверь и вошел внутрь. Там за столом, освещенным лампой дневного света, сидела женщина, складывавшая в картонные коробки какие-то печатные издания. По-видимому, это и была Такако.

Хамото представился и сообщил, что версия об убийстве Нитты подтвердилась. Он рассказал и о трупе убийцы, который был обнаружен в парке Сатоми. Судя по реакции Такако, она слышала об этом впервые.

— Подробности будут, наверное, опубликованы в сегодняшних вечерних газетах, — заключил Хамото, наблюдая, как меняется лицо Такако, — в ее глазах теперь были страх и удивление.

— Не могу понять, каким образом покойный Нитта познакомился со своим будущим убийцей. Его заметила Мидори поблизости от мастерской. На нем был серый пиджак, под мышкой он держал черный портфель. По-видимому, в тот день он побывал в мастерской Нитты, но как он мог знать, что художник живет один?

— Не представляю. — Такако глубоко вздохнула.

— У Нитты был крайне ограниченный круг знакомых: его приятели Нонака и Таноки, из редакционных работников только я да два-три журналиста из еженедельника "Дзинсэй", затем вы и Мидори. Ну и еще несколько соседей. Если этот загадочный мужчина сблизился с Ниттой через его друзей или знакомых, то через кого? Именно это я и хотел бы выяснить. — Хамото внимательно поглядел на Та-како и продолжил: — Позвольте спросить: где бывал Нитта в последние дни перед смертью? Помимо прогулок ходил ли он куда-нибудь по делам?

— Не знаю, — задумчиво произнесла Такако, потом, будто вспомнив, сказала: — Он ко мне приходил.

— К вам? — опешил Хамото.

— Да, дней за десять до смерти, точнее двадцать второго числа, он зашел за визитными карточками. Однажды, когда я была у него в мастерской, он заговорил, что хорошо бы заказать визитные карточки — это удобно для общения с клиентами. Я ему пообещала и втайне от мужа попросила изготовить для него визитки. Узнав об этом, он очень обрадовался и даже сам за ними пришел. Никто меня не спрашивал, а меня так расстроила смерть Нитты, что я совершенно забыла о визитках.

— Сколько вы их напечатали?

— Целую коробку — туда входит ровно сто штук. Вот такую. — Она взяла одну из коробочек с изображением стрекозы, которые стопкой лежали на столе у стены.

"Зачем ему понадобилось столько визитных карточек?" — подумал Хамото. В его мастерской их не обнаружили. Возникает вопрос: куда он использовал сотню визиток всего за десять дней?

Хамото не помнил, чтобы Нитта когда-нибудь вручал ему свою визитную карточку, точно так же он не видел, чтобы тот давал их кому-либо еще.