Чтение онлайн

— Еще как станешь.

— Ради чего? Чтобы ты смог пообщаться с нужными тебе людьми? Меня это больше не…

Муж обрывает меня на полуслове:

— Нет, не ради меня. Подумай о детях. Или ты забыла?

??????????????????????????

Ева

Мои брови совершают стремительный марш-бросок вверх. Поверить не могу в то, что слышу от мужа.

Знает ведь, скотина такая, что я готова на все ради детей. Неужели собрался манипулировать мной через Павла и Полину?

— Ты сейчас серьезно? Собрался прикрываться детьми? — обалдеваю я. — А ты сам-то думал о них, когда кувыркался со своей любовницей? Вот уж вряд ли.

— Я не собирался ими прикрываться, — парирует он, сводя брови к переносице.

— Тогда в чем дело? Паше и Полине не по пять лет, они уже взрослые, Артур, — хмыкаю я, — знают, что такое измена и развод. Или ты собрался скрывать это от них? Не выйдет. Да, у них уже своя жизнь, но правду в мешке не утаишь.

— Хватит! Я не об этом, — недовольно морщится Артур, прерывая поток моего красноречия. — Не говори, что действительно забыла.

— О чем?

— О том, что на юбилей заедет Оливер Скотт.

И тут я охаю. Господи, я ведь и правда умудрилась забыть! Настолько сосредоточилась на себе и своих эмоциях после вчерашнего разговора с мужем, что этот факт совсем вылетел из головы.

— Вижу, припоминаешь, — усмехается Артур.

Да…

Оливер Скотт — невероятно влиятельный человек в бизнесе, у него международный холдинг с компаниями в США, Европе, в Китае и даже в Африке.

Артур знаком с ним, они общались при заключении какого-то важного договора в Европе.

Застать Скотта в России, а тем более в нашем городе — редкая удача.

Не так давно муж вызнал, что Оливер будет в городе буквально несколько дней, причем как раз в то время, когда мы собирались праздновать юбилей.

Он пригласил его вместе с Анатолием Красновым, не последним лицом в мэрии города. Не надеялся на удачу, однако повезло — Оливер Скотт вспомнил Артура и принял приглашение.

Даже больше: Анатолий замолвил словечко за наших детей, и Оливер обещал пообщаться с ними на юбилее. Сказал: если дети пошли в своего отца в плане бизнеса, то он устроит их на практику, а потом и на работу к себе в корпорацию.

Если все получится, то перед детьми откроются такие перспективы, которые многим даже не снились, ведь опыт работы в компании такого масштаба и уровня просто бесценен.

Но главное не это. Главное то, как засияли глаза Пашки, когда муж сказал детям об этом. Сын уже взрослый парень, а прыгал до потолка от радости совсем как в детстве. Весь вечер потом благодарил отца и торжественно пообещал, что будет грызть гранит науки еще усерднее и сделает все, чтобы Оливер согласился устроить его к себе.

Полинка поначалу и вовсе не поверила, так и сидела с отъехавшей вниз челюстью. А потом начала прыгать вместе с братом. Я лишь тихонько посмеивалась, глядя на них в тот момент.

Могла ли я тогда подумать, как все в итоге повернется? Вот уж нет.

И что мне теперь делать?

Я закусываю губу, а в мозгу со скоростью света начинают крутиться шестеренки.

— Может, получится связаться с Оливером Скоттом позже?

— Ты же знаешь, что нет, — качает головой муж. — То, что он заедет — уже крупная удача. Один шанс на миллион.

— Так достань его номер телефона, попроси у Анатолия.

— Это невозможно. Свой номер Оливер дает сам, кому считает нужным. В ином случае и говорить не станет. Ева, я ведь уже рассказывал тебе все это.

Рассказывал. Вот только ситуация тогда была другая.

— И что, нет совсем никаких вариантов?.. — шепчу, обреченно опуская голову и зная, какой получу ответ.

— Нет.

— Понятно.

— В общем, решай: отменяем юбилей, а вместе с ним и встречу с Оливером, или нет.

Муж демонстративно отворачивается. Подходит к кофе-машине, и вскоре раздается жужжание, а затем готовый напиток наполняет кружку и комнату узнаваемым ароматом.

Я прислоняюсь спиной к стене и застываю, глядя в одну точку.

Как подумаю о том, что придется весь вечер сидеть с приклеенной на лице улыбкой, так тошнота подкатывает к горлу.

Как я буду принимать поздравления и пожелания, зная, что наш брак разлетелся на мельчайшие осколки? Совсем как та фарфоровая статуэтка лебедей, которую я купила в подарок мужу и расколотила вчера.

Или еще хуже: услышать «горько» и целовать мужа, которого мне и видеть-то больно, не то что обнимать и целовать.

С другой стороны, дети… Да, они не пропадут, им не придется начинать с самых низов, как мне и Артуру. Но материнское сердце сжимается до боли, когда вспоминаю эти горящие глаза и счастливые улыбки.

Могу ли я лишить их такого шанса? Поймут ли они? Не станут ли винить? И главное — не буду ли потом винить себя сама? Не зря ведь говорят: никто не сможет наказать человека больше, чем он сам себя накажет.

В голове еще какое-то время крутятся разные мысли. За и против. Против и за.

Артур спокойно попивает кофе, периодически поглядывает на меня, и только. Не мешает.

Спустя какое-то время я выпрямляю спину и поджимаю губы.

— Подумала? — спрашивает муж.

— Да.

— И что решила?

Ева

Как только я закрываю за мужем входную дверь и устало тру лоб ладонью, из сумочки раздается мелодия сотового.

Артур что-то забыл? Нет, вряд ли, иначе просто вернулся бы.

Достаю мобильный и вижу на экране фотографию Марины, моей подруги.

— Да, — отвечаю.

— Привет. Ев, ты помнишь о договоре, который должна была скинуть до сегодняшнего вечера? Я его так и не дождалась.

У Марины свое бюро переводов, и с тех пор как дети подросли, я работаю там внештатным переводчиком — в основном письменным, но иногда езжу и на устные переговоры.

Не потому что мне нужны деньги, просто не хочу забывать языки. В конце концов, зря я, что ли, оканчивала факультет романо-германской филологии?