Чтение онлайн

Однако вместо сочувствия мне хочется скомкать записку или порвать ее на мельчайшие кусочки.

Можно подумать, это я виновата, что Артур не смог приехать! И, если уж на то пошло, он последний, кого я сейчас хочу видеть.

Глубоко вздыхая, все-таки решаю продолжить чтение, но меня отвлекает внезапный звонок телефона.

Марина.

— Ну ты чего не звонишь? Как ты? Как первый рабочий день? Не пожалела, что поехала? — как только снимаю трубку, подруга сыплет вопросами как из рога изобилия.

— Тише, тише, — посмеиваюсь я. — Давай по порядку.

Рассказываю, что с Алисой и Джованни все прошло прекрасно, они понравились друг другу и вряд ли возникнут какие-то сложности. Затем сообщаю, как помогла с переговорами новому знакомому.

— Симпатичный? — заинтересованно уточняет подруга. — Сколько ему лет?

— Мари-и-ин!

— Ну что Марин, — цокает подруга, не отстает: — Так что, симпатичный? Сколько ему?

Я описываю его внешность, упоминаю, что довез до отела и подарил цветы, и Марина восклицает:

— Видишь, стоило только выйти за дверь, и сразу новое знакомство!

— Ну-ну, — хмыкаю я. — Мне сейчас, знаешь ли, совсем не до этого. Я не рассматривала его как мужчину для отношений.

— Зато он точно смотрел на тебя как на женщину, — парирует Марина. — Иначе не стал бы дарить цветы, отделался гонораром за переговоры, и все.

— Скажешь тоже…

— Вот именно: скажу! Ты просто привыкла к своей красоте, плюс верная до мозга костей, вот и не замечаешь, как на тебя реагируют мужчины. И муж твой, который объелся груш, кажется, совсем забыл об этом. Ничего, скоро вспомнит. Так, ладно, ты мне вот что скажи: планируешь встретиться с новым знакомым снова? Вдруг свободен, а?

— Не планирую, и вряд ли мы еще когда-нибудь с ним увидимся. Он говорил, что улетает завтра.

— Жалко. Погоди, вы что, даже телефонами не обменялись?

— Нет, зачем?

— Ну ты даешь… — разочарованно вздыхает подруга. — Пообщалась бы. Даже если без продолжения, тебе сейчас важно осознать, что на Артуре свет клином не сошелся.

Она еще несколько минут сетует, прежде чем сдается и меняет тему.

— Как там муж, кстати? — спрашивает. — Не звонил? Не объявлялся?

— Звонил, конечно, — усмехаюсь. — Уже выяснил, что я в Дубае.

— Шустрый.

— Ага.

Порываюсь рассказать про цветы с запиской от него, но останавливаю себя. Раз уж там такое начало, то что дальше? Лучше сначала почитаю сама.

Минут через пятнадцать я прощаюсь с подругой, сажусь на кровать и снова открываю записку.

«Я понимаю, что заслужил твой гнев и твою боль, но не хочу, чтобы это стало концом нашей истории.

За годы брака мы оба совершали ошибки и не всегда были идеальными партнерами. Я признаю свою вину в том, что произошло, но думаю, нам обоим есть над чем поработать.

Твой внезапный отъезд в Дубай застал меня врасплох. Конечно, я понимаю твое желание побыть одной, но разве бегство — это решение?

Знаю, ты планируешь быть на нашем юбилее только ради детей. Но разве это справедливо по отношению к нашему браку? Двадцать лет — это не пустяк, который можно просто отбросить из-за одной ошибки.

Ты всегда говорила о важности прощения. Сейчас самое время показать, что это не просто слова.

Надеюсь, ты найдешь в себе силы не только обвинять, но и услышать меня.

Жду твоего возвращения,

Артур».

Я в полном шоке смотрю на строчки, которые начинают расплываться и превращаются в одно сплошное пятно. Вот это любовное послание — всем посланиям послание!

Значит, я — неидеальный партнер. Вот только узнаю об этом только сейчас.

Обида начинает душить, стягивает горло, мешая сглотнуть возникший в нем ком огромных размеров.

И тут я вздрагиваю от очередного звонка телефона, который кажется оглушающим в полной тишине гостиничного номера.

Перевожу взгляд на экран мобильного: это Полина.

— Ма, привет.

— Привет, моя хорошая, как ты?

Дочь игнорирует мой вопрос, сопит в трубку, а потом обеспокоенно тянет:

??????????????????????????

— Мам, вы что, поссорились с папой? Что у вас случилось?

Ева

Вопрос дочери ставит меня в тупик, и я недоуменно приподнимаю бровь, сжимая телефон в руке и глядя в окно своего номера.

Неужели Артур догадался ляпнуть что-нибудь этакое, отчего у Поли возникли подозрения? Странно, это вроде как не в его интересах.

— Нет, милая. С чего ты взяла, что у нас с папой что-то случилось?

— А зачем тогда ты уехала в Дубай? — напряженно спрашивает Полина.

— По работе. Неожиданно возникли срочные переговоры.

— Что, — хмыкает дочка недоверчиво, — прям за несколько дней до юбилея? Ты никогда так внезапно не уезжала. И папа какой-то странный.

— В смысле странный?

— Мы с ним встречались сегодня, так вот он какой-то хмурый, вообще без настроения. Практически не притронулся к еде и почти все время молчал.

— Наверное, у него рабочие моменты.

— Угу, — скептично цокает дочь. — Мам, ну я же вижу, что-то не так. К тому же пока мы обедали, он звонил тебе несколько раз, а ты так и не ответила!

— Поль, я в это время была на встрече…

Дочка перебивает, не дав мне закончить:

— А не ты ли говорила, что семья важнее работы?

— Говорила, — подтверждаю. — Поль, мы с папой уже созвонились.

— Если у вас все хорошо, то почему он места себе не находит? Я его никогда таким не видела!

— Ты спрашивала у него? — как бы я ни старалась говорить спокойно, рука с телефоном все-таки предательски дрожит.

— Конечно! — с жаром восклицает Поля. — Он сказал, что все нормально и мне не стоит переживать.

— Ну, вот видишь. Папа правильно сказал. Лучше поделись, как твоя учеба? У тебя через пару недель важный проект, так?

— Да, проект… — расстроенно тянет дочь.

В трубке возникает короткая пауза, затем слышится шорох — видимо, она перекладывала телефон из руки в руку.