Чтение онлайн

– Возможно… – он покорно покачал головой с безгранично печальным выражением лица.

Я подошел к Дохи:

– Мне разрешили вернуться. Скажи мне свой пароль. Я напишу за тебя письмо.

– Правда?

Я думал, что она обрадуется, но выражение ее лица не изменилось. Только глаза стали красными, словно налились кровью. В тот миг, когда наши взгляды встретились, мне показалось, что мое сердце разрывается от жалости и невыносимой боли. Я схватился рукой за грудь и долго стоял так. Спустя время боль стала постепенно притупляться.

Дохи медленно наговаривала содержание письма.

Ей всегда хотелось, чтобы песни делали людей счастливыми. Здесь было сожаление о том, что это не всегда удавалось. Признание в любви к фанатам, которых она всегда считала семьей, а не только поклонниками своего таланта. Упоминание Кым Чжонхо. Когда она говорила правду о том, что слова к песням написал Чжонхо, в ее голосе вновь послышался знакомый скрип ломающихся сухих листьев.

– Написать просьбу, чтобы не перестали любить тебя?

Дохи не ответила.

Я смотрел на подругу, сидевшую с отрешенным взглядом, и думал о том, что было бы, если бы она совсем немного потерпела. Ведь даже такой композитор, как До Чжиндо, подарил ей свою музыку. Можно было не беспокоиться, каждое утро мечтая о чудесах, и с радостью петь песни, которые ей нравились. Мне стало так жаль ее нереализованного времени, словно оно было моим собственным.

– Не буду просить, чтобы не перестали любить тебя. Ведь нет таких, кто тебя не любит.

– В самом деле? – спросила Дохи.

– Друзья терпеть не могли тебя за стервозность и высокомерие. Но фанаты, которые любили тебя за песни, не перестанут любить тебя.

– Я была стервой?

– А ты не догадывалась?

Дохи смущенно усмехнулась.

– Даже среди незнакомых тебе людей было много таких, которые любили тебя.

Я рассказал ей о том, кем был Интриган, и что он отправил в ее фан-клуб свою песню. У нее было такое выражение лица, словно она до конца не может поверить в это.

– Думаешь, это все? Он даже хотел вернуть тебя обратно в земной мир, вместе со мной.

– А это возможно?

– Невозможно. Но сам факт, что он думал об этом, доказывает, как много людей любит тебя.

Дохи медленно покивала. Ее лицо казалось умиротворенным. Я опять подумал, как было бы здорово, если бы она узнала об этом не сейчас, а при жизни.

– Когда ты уйдешь?

– Скоро. Как только закончится десятый тур. – При этих словах меня осенило. – Я знаю, как можно успешно пройти отбор. Ведь я смог довести своего судью до слез.

– Правда? Что нужно сделать, чтобы пройти этот чертов отбор? Я терпеть не могу холод. Мне становится так страшно, как подумаю, что придется веками страдать от него. И невыносимо грустно… – Дохи подсела ко мне вплотную.

– Помнишь про оставленное тобой время? Которое Мачон дал тебе при рождении, чтобы ты прожила его сполна? Что бы ты сделала за это время, если бы не умерла? Наверное, хотела бы петь свой любимый рэп, общаться с фанатами, не так ли?

– Угу.

– Но это время исчезло. Ты больше не можешь заниматься любимым делом. Это же очень грустно?

Слушая меня, Дохи не переставала согласно кивать.

– Скажи своему судье все, что хочешь сказать. Только очень искренне, как будто самой себе. Про свое будущее, которое испарилось как морская пена. Ты можешь выговорить эти слова в ритме рэпа.

– Мне стало так грустно от мысли, что я больше не смогу петь. – Дохи закрыла лицо руками, послышались глухие рыдания.

– Начинаем десятый тур! – раздался крик Саби.

– Мне нужно рассказать об этом другим. – Я поспешно поднялся с места.

В этот миг ко мне подошел Саби:

– Иди за мной. Тебе нужно узнать о предосторожностях при возвращении. Ты должен уйти вовремя, буквально перед окончанием кастинга.

– Минуточку.

Я посмотрел на Дохи. И сказал ей глазами: «Не беспокойся, я напишу письмо. Ты должна пройти отбор и благополучно уйти в иной мир. Тогда, в далеком будущем, когда я приду через пятьдесят восемь лет, мы снова сможем встретиться».

Казалось, Дохи поняла то, что я сказал ей без слов. Она молча кивнула.

– Передай остальным, как пройти кастинг, – беззвучно, одними губами сказал я ей, следуя за Саби.

Дохи показала мне знак одобрения, собрав вместе указательный и большой пальцы.

Мачон ждал нас в секретной комнате.

– Дорога сюда была не из легких, так вот: обратный путь будет не легче. Нет, путь отсюда может быть даже труднее, потому что ты пойдешь один. Слушай меня внимательно. Иди вперед и ни в коем случае не оглядывайся. Тебе придется идти несколько дней и ночей. Смотри только вперед. Я не знаю точно, где ты окажешься в тот миг, когда вернешься в свой мир: в своей кровати, в больнице или в другом месте.

– Я понял.

Мне было все равно, где я окажусь.

– Будь счастлив в течение отпущенного тебе времени. Если тебе трудно сегодня, это не значит, что будет трудно завтра. Если ты несчастлив сегодня, это не значит, что ты будешь несчастлив завтра. Когда я составлял жизненное время для каждого отдельного человека, я составлял его справедливо. Живи, терпи и радуйся! – Мачон протянул мне свою руку. Его ладонь была широкой и сильной.

– Саби, стой с ним вон с той стороны, будь наготове. Отправь его, как только закончится кастинг. Ну, счастливого пути!

С благодарностью поклонившись Мачону, я вышел из укрытия в дереве. Краем глаза заметил, как Дохи что-то говорит Очкарику и Кусыль. Вот-вот начнется кастинг. «Господи, пусть все успеют узнать способ успешно пройти его!» – горячо помолился я в душе.

– Постой! – Ко мне подошел Пижон. – Говорят, что ты возвращаешься?

Он протянул мне свои часы и сказал:

– Находясь здесь, я много думал. Почему в последний раз из всех многочисленных часов мне захотелось надеть именно эти? В тот день, когда я решил добровольно выбрать смерть, то, выходя из дома, машинально прихватил их с собой. И только сейчас нашел ответ на мой вопрос. Из множества принадлежавших мне вещей только эти часы были куплены с искренней радостью. Как бы изменилась моя жизнь, если бы я сам все решал и искренне жил, как в тот день, когда выбрал и купил их? Ведь мне всегда хотелось петь. Казалось, что так я буду по-настоящему счастлив, вот я и стал певцом. Но постепенно увлекся совершенно другими вещами. Я так привык к роскошной жизни, что забыл о том, как хотел жить. Только здесь я смог это понять. Возьми часы, мне кажется, тебе они нужны больше, чем мне. Смотри на них и не теряй надежды, когда жизнь будет казаться ничтожной или с головой накроют раздражение и злость на судьбу. Искренне желаю тебе разумно распорядиться отпущенным тебе временем.

Принимая часы, я посмотрел в глаза Сучжона. Они улыбались мне, окрашиваясь в кроваво-красный цвет.

– Спасибо вам, – искренне поблагодарил я его.

В том месте, куда меня привел Саби, было темно, как в могиле. Вокруг ничего не было видно, и сюда не проникали звуки извне. Прошло какое-то время, и Саби выпустил мою руку:

– Кастинг закончился. Прощай! Ни в коем случае не оглядывайся.

Я спросил его:

– Как он закончился? Все ли прошли отбор?

Но он ответил, что это секрет.