Чтение онлайн

– Кинжал в спине твоей удачи, Перестук, - Дамми был крайне доволен увиденным.

– И кинжал ржавый, - я в целом тоже был не разочарован.

– Прыгай!

Я прыгнул. Я всегда беспрекословно делал то, что велел мне этот сильный, самоуверенный голос. Я знал, что старый шут не станет тревожить меня по пустякам.

Я прыгнул и краем убегающего взгляда заметил, как на том месте, где я только что стоял, взмывают вверх острые бесстрастные ветви, образуя что-то очень похожее на клетку лепрекона. А ещё я увидел, как опаздывает со своим прыжком Дамми. Впрочем, не прошло и мгновения, а алый цверг уже выхватил ножи и бешено ударил ими по нежданным тюремщикам. К нашему общему и полнейшему разочарованию должного эффекта это не произвело. Ещё с десяток секунд Дамми предпринимал яростные попытки пробить неумолимые затворы, а потом злобно посмотрел в мою сторону.

– Венец, Черный! Достань венец!

Я молча кивнул, решив оставить на потом заботы о вызволении цверга из древесной клетки, и с известной осторожностью направился к безмятежно сияющему кругу. Пройти мне предстояло не больше двадцати шагов, но в данных обстоятельствах и это вполне могло оказаться долгой дорогой. И я не одолел и половины пути, когда понял, что долгой это возможно мягко сказано.

Я не ощутил никаких перемен, ничего нового в окружающей темноте, чуть оттеснить которую, позволял лишь отнюдь не дешевый амулет. Темнота была прежней, вот только в ней кто-то завелся. Кто-то кого я очень не хотел видеть. Но разве в наше время кому-нибудь интересны желания бедного искателя сокровищ.

Сквозь изгибы сотворенной ночи проступила высокая, сгорбленная фигура. Длинные, достающие до пола руки лениво загребали пустоту. Ног мне различить так не удалось, за что я впрочем, был почти благодарен. Крупная, похожая на старый пень голова была опущена. Фигура вдруг резко вильнула в сторону и скрылась из виду, словно задернув невидимый занавес. Я суетливо завертел головой, но вокруг была лишь тьма.

– Шальная кровь!
– голос Дамми звенел от злости.
– Это ходок, Черный! Не шевелись! Шаг в сторону и ты уже не найдешь дороги обратно!

– Диос свидетель, я мечтаю прожить остаток дней в ином месте!
– злополучный венец отходил на второй план.

– Не шевелись!
– от бессилия цверг начинал повторяться.

Мне пришлось топтаться на месте не меньше минуты (очень дерьмовой минуты), прежде чем страж венца вновь почтил нас своим присутствием. Ходок возник ещё более неожиданно, чем в первый раз. И теперь он оказался гораздо ближе. Неприятно ближе. Голова его была все также скорбно опущена. И все же он явно видел то, что хотел. По ногам ударил тугой кулак злорадного ветра. Огромная рука скучающе потянулась к моему лицу, помимо воли заставляя отшатнуться. Я сделал короткий шаг назад.

– Стой!

Поздно! Голова закружилась, взор утратил четкость, земля зашаталась под дрогнувшими ногами. Я уходил, уходил куда-то недалеко, но, наверное, навсегда. Меня словно заталкивали в огромный клубок петляющих дорог. Клубок, который никто и никогда не размотает. Ещё один неизбежный шаг и всё.

Могучая, закованная в ледяную сталь рука крепко схватила мое предплечье и рванула назад. Мгновенная боль и я уже снова стоял в едва не покинутой пещере. И на этот раз стоял не один. Рядом со мной с согревающим сердце спокойствием лязгал додревними доспехами Кариф шай Миано.

– Свои дороги выбирай только сам, - Кариф укоризненно повернул высокий шлем в мою сторону.

Я сделал виноватое лицо и не слишком широко развел руками, после чего так и не придумал достойного ответа. Впрочем, для разговоров сейчас было явно не лучшее время. Лишь скрежет ножей нерастерявшего ярости Даминиона нарушал наше пятисекундное молчание.

Ровно столько хватило ходоку для осознания своей возможно первой неудачи. Чуть дрогнула лишенная изящества голова, так и не удостаивая нас радости взгляда. Массивное тело качнулось вперед, обозначая удивленное нетерпение. Корнеобразные руки снова пришли в движение, стремясь ко мне с все той же простоватой надменностью.

Рыцарь Падшего престола неспешно шагнул вперед. Рука ходока врезалась в доспех, блеск которого продирался даже сквозь тьму. Доспех того, кто всегда сам выбирал свои дороги. И намерен был делать это и впредь. Латная перчатка накрыла и крепко сжала бугристую ладонь. Раздался едва различимый хруст и ходок, наконец, не выдержал. Он поднял голову.

На нас скорбно уставились два слепых, заросших мелкой травой глаза. Ходок не видел, куда шел он сам. И он желал дарить это увечье всем до кого мог дотянуться. Он хотел, чтобы никто не видел своих дорог. Чтобы каждый блуждал в лабиринтах собственных границ и страхов.

Доля прямо скажем не самая счастливая, однако времени для переживаний у меня ни в коем случае не находилось. Кариф так и не отпустил нашего слепого противника, и я поспешил воспользоваться этим со всех сторон замечательным фактом.

Несколько секунд понадобилось мне для того, чтобы добраться до уже утомившего всех венца. Четыре быстрых взмаха меча и в руках у меня оказался на глазах тускнеющий обруч. Неожиданно позади меня раздался торжествующий рев. Я обернулся и не сдержал довольного смеха. Арн гор Даминион выбрался из ненавистной клетки. Дамми бросил дикий взгляд на меня, на застывшего ходока и, сделав единственно верный вывод, резко махнул рукой, призывая к немедленному отступлению.

– Кастор! Серебро!

Орник Перестук по всей видимости счел что пришло самое время напомнить о своем присутствии.

– Любой долг!
– лепрекон шел ва-банк.
– Всё, что в силах капитана Гильдии удачи!

Я невольно замедлил шаг. Силы капитанов Гильдии удачи были не сказать, что очень уж велики, но право же вполне достаточны для выполнения более чем многочисленных и трудоемких просьб.

– Пусть тонет в крови!
– Дамми заметил мои колебания.

– Да ладно, Серебро, - я рассудил иначе.
– Он же не враг нам. Верно, Перестук?

– Клянусь предками, верно, Черный!
– Орник перевел взгляд на цверга.
– Тот парень был новеньким! Я прошу прощения за него! Обещаю, мой долг покроет его дерзость!

Я быстро посмотрел в сторону Карифа. Тот медленно разжимал несокрушимый кулак, освобождая слепого хозяина лабиринта. А поскольку Кариф никогда не утруждал себя выполнением чужих просьб (точнее лично моих) действовать надо было быстро.

– Серебро, давай!
– у меня был свой интерес.
– Живой он нам нужнее!

Пару мгновений Дамми хмуро обдумывал мое предложение, а потом хитро подмигнул Перестуку и как-то загадочно скрестив ножи, бросился на приступ деревянной тюрьмы. Приступ длился около минуты, в конце которой произошло два ожидаемых события. Один из толстых прутьев треснул пополам, позволяя лепрекону выбраться из ненавистной клетки. Не сговариваясь, мы бросились бежать и в это же время рыцарь Падшего престола ушел в ему лишь ведомые пределы.

Мы пронеслись по крутым коридорам не оборачиваясь и реагируя только на команды держащегося в авангарде цверга. Хвала Диосу, на обратном пути перед нами не встал ни один из обитателей искариара. Буквально через час мы вывалились из той же дыры, в которую недавно так неосторожно залезли.