Чтение онлайн

— Винтер! — возмутилась Элеонора. — Ты что творишь? Что за драка на ровном месте?

— А ты присмотрись повнимательнее к местному «интерьеру», сразу все поймешь.

Это было тяжело заметить, но вокруг валялись темные мантии подобные той, что была надета на Аттиле. Да не просто подобные, они буквально такие же — а под мантиями находились доспехи, одежда, оружие, и, с некоторой периодичностью… кости. Человеческие кости, которым некогда и принадлежали эти самые темные мантии.

Элеонора посмотрела еще раз на Аттилу и почувствовала в нем нечто, что было знакомо ей, но позабыто уже давно, потому что подобное встречалось довольно редко. Она почувствовала в нем сразу несколько человек, будто в его сознании находилась сразу целое множество людей… но это, очевидно, было не так. А значит, оставался один вариант. Вариант, который никому из присутствующих не нравился, но являлся истиной.

Аттила поглотил магов, пострадавших во время катаклизма. Именно поэтому освещение в зале работало как ни в чем ни бывало, именно поэтому эти двое, в частности Винтер, смогли почувствовать магическую энергию тогда, когда они чувствовать ее не должны. Аттила забрал все, что осталось от его товарищей, обратив их души, тела и магическую энергию в свой собственный магический потенциал. Так он вернул часть своих сил.

— Они уже были мертвы. — Не дожидаясь их «ответа», сказал Аттила. — Я знаю, что вы возмущены. Возможно вы в бешенстве, но в будущем вы обязательно поймете причины. Вы поймете, что свершенное мною это наилучший исход… как для них, так и для меня.

— Ты убил их… — Элеонора пронзила Аттилу безумным взглядом, а ее рука сама по себе потянулась к мечу на ее спине. — Они были живы, у них был шанс, а ты их всех убил.

— Некоторые из них умерли сразу, некоторые умерли бы позже, но все одно — для них никакого спасения нет, и не будет. Нет способа вернуться магию назад, но есть способ подарить возможность миру все исправить — начать все с начала, без разрушительной, неконтролируемой магии, которая и привела нас к тому, что есть сейчас.

— Ты буквально «сожрал» своих товарищей, Аттила… — обозлено сказал Винтер. — Тебе не может быть никакого оправдания, не прикрывайся размытым понятием «спасения».

— Мир забудет мое имя, как забудет и ваше. Если ты еще не понял, мы доживаем свои последние дни. Если мне придется стать злодеем, чтобы дать миру второй шанс… шанс, в котором все не закончится так, как оно заканчивается сейчас… то так тому и быть. Тебя ведь тоже сделали злодеем, не так ли, Винтер? Так чем ты отличаешься сейчас от тех, кто нарек тебя столь неприятным бременем? Неужто ты считаешь себя особенным?

— Что ты собираешься сделать? — направив на него меч, спросила Элеонора. — Если ты хочешь чтобы мир сгорел, погиб, то зачем ты пытаешься собрать магическую энергию?

— Присоединяйтесь ко мне, станьте моими союзниками. — Протянув руку, Аттила оголил острые стальные когти в виде лезвий на тыльной стороне ладони. — И я расскажу вам все.

— Мы пришли сюда не за тем, чтобы добить мир ради призрачного шанса на перерождение. — Покачав головой, ответил ему Винтер. — Мне не нужен мир, в котором все кто мне дорог сгинут в небытие.

— Ты присоединишься ко мне в любом случае, а вот в каком виде — это уже другой вопрос. — Сжав руку в кулак, пригрозил Аттила. — Ты и вправду настоящее зло, Винтер. Раньше я сомневался, но теперь я понимаю, что они были правы насчет тебя.

Не успел Винтер и двинуться с места, как его тело неконтролируемо взлетело в воздух, стоило только Аттиле направить ладонь в его сторону. Магический запас, что был у Винтера, оказался бесконечно ничтожным по сравнению с тем, что было у его противника. Казалось, что исчезновение магии совсем не коснулось его — он вертел телом Путешественника так, как ему вздумается, и он ничего не мог с этим сделать.

Не желая церемониться с Путешественником, но желая продемонстрировать ему свою силу, Аттила ударил Винтера об потолок, а после об пол. Удар был не сильный, никаких костей у него не сломалось, но этого хватило, чтобы Винтер потерял возможность дышать и оказался полностью неспособным к сражению. Сейчас, когда у него даже не было полноценной Сингулярости, он не мог оказать никакого сопротивления Аттиле.

По доспеху Элеоноры прошлась магическая волна кровавого оттенка, после чего она нечеловечески далеко прыгнула, настигнув Аттилу мечом, что она достала со спины. Это был тот самый меч, который она принесла с собой из другой реальности… реальности, в которой она была королевой. От него все еще шла кровавая дымка, символизирующая то, что магия не покинула этот клинок. Но даже так, Аттиле удалось отбить ее удар — прямо перед ударом появилась яркий, белоснежный щит, заблокировавший удар.

— И ты смеешь осуждать меня с этим мечом в руках? — взмахнув рукой, Аттила метнул Винтера в стену, и на этот раз удар оказался намного более серьезный, чем предыдущие два. — Ты хоть помнишь, скольких людей ты лишила магии с помощью этого клинка?

— Замолчи! — приложив еще больше усилий, Элеоноре удалось прорвать его оборону, но за это время он успел взлететь еще выше, сведя на нет все ее старания. Слова Аттилы определенно задели ее, потому что он понял истинное предназначение ее меча.

— Да как вы смеете судить меня! — поймав меч между лезвий на его руке, Аттила заблокировал ее атаку вновь и оттолкнул ее назад. — Он ведь даже не знает, не так ли?

Аттила задел Элеонору за живое, потому что этот меч был одной из тех вещей, которых она стыдилась больше всего. Она использовала его только тогда, когда иного выбора уже не было — потому что сущность меча была противна даже ей самой. Но она не могла отказаться от него, ибо только из-за него она оказалась здесь, а не на кладбище.

— Ты зашел слишком далеко. — Надев на себя шлем, Элеонора взмахнул мечом и встала в стойку, приготовившись последними силами свершить заклинание.

— Ты не знаешь меня. — Приговорил он, направляя на нее руку. — Не понимаешь, с чем столкнулась.

Элеонора почувствовала, как она прямо сейчас теряет связь с Сингулярностью внутри себя. И хоть по-настоящему разделить их было невозможно, это означало, что магия, которой пользуется незнакомец, стоит превыше магии Сингулярности. Он блокировал для нее возможность использовать заклинания, связанные с ее главным козырем.

И этот факт пугал ее. Но несмотря на страх, Элеонора нашла в себе сил преодолеть боль и прыгнула вверх с новой силой, помогая себе магической энергией. В этот раз атака мечом так же ничего не принесла, но теперь она подобралась к Аттиле так близко, как только могла. Ему будет сложнее воплотить в жизнь то или иное заклинание.

По крайней мере, так она думала.

За его спиной, совершенно неожиданно для Элеоноры, появилось несколько белых стрел, что тут же метнулись в ее сторону — две из четырех угодили в ее плечи, третья угодила в грудь, а четвертая в живот. Но прежде, чем Аттила смог отпраздновать победу, Элеонора выронила меч и лязгнула наконечниками перчаток по его лицу. Ткань на его голове порвалась, и теперь на месте ранения можно было рассмотреть его лицо.