Чтение онлайн

— Ничего. — Исчезнув, Эмбер появилась уже позади него, нависнув взглядом сверху, пока он рассиживался в кресле-качалке. — Не ищи в этом смысл.

Глаза. Фабиану всегда нравились ее глаза — они были особенными. Не такими, какие были у остальных — даже вне формы чудовища, Эмбер была особенной. У нее была прямая предрасположенность к магии, о чем вопили ее бесконечно тлеющие волосы и горящие глаза, но она никогда не признавала в себе этот талант. Эмбер была человеком грубой силы: в тяжелых доспехах, с мечом наперевес. И даже осознавая, что магом она была бы более сильна… она предпочла остаться той, кем ей хотелось, а не той, кем ей следовало бы быть.

Эта черта всегда восхищала Фабиана, вдохновляла его. Ведь он, в какой-то момент своей жизни, не смог быть тем, кем хотел быть изначально — и именно поэтому он оказался здесь и сейчас, а не там, где ему положено находиться. Эмбер была для него несломленным примером, которым он сам не смог быть.

— Фаби… Фаби-ан… — вдруг протянула Эмбер. — Не чувствую… тела… его…

Глаза Эмбер потухли, а из пасти волчьего черепа полилась та самая темная субстанция в смесь с человеческой кровью. Одернувшись, чтобы ничего не попало на Фабиана, Эмбер потеряла форму чудовища и упала замертво. Фабиан испугался, но оставался холоден.

Заподозрив неладное и не сказав ни слова, Фабиан встал на ноги, но его тело охватила небывалая слабость… такая, какую он ранее не чувствовал никогда. У него даже не было сил на то, чтобы открыть рот и задать простой вопрос. Хотя, задавать вопросы тут уже было некому — Эмбер вставать не собиралась, действовать надо быстро.

Магические источники света, как назло, потухли в тот же момент, и теперь единственное, что освещало комнату — это огонь камина. Фабиан не понимал, что сейчас происходит, но его приоритетом была помощь Эмбер. Из последних сил, он взял ее на руки и пошел в сторону выхода, чтобы найти помощь в замке. Но стоило им оказаться в коридоре, как весь мир для него полностью исчез. Сначала Фабиан почувствовал, как у него отказывает тело, а за этим он полностью потерял сознание.

Только что, магия исчезла во всем мире.

Мир замер. Не было слышно ни ветра, ни птиц, ни чего-либо еще. Только оголенная девушка с белоснежными волосами продолжала стоять на краю скалы, смотря на лес, выжженный прямым ударом магической энергии по ней. Она не знала, что ей делать теперь — магия, как она и хотела, была уничтожена несмотря ни на что, и мир никогда не будет прежним. Когда ее желание, ее миссия была исполнена… она стала чувствовать ничего, кроме сожаления. Сожаления о том, что она в конце концов не остановилась, хоть и сделала то, что в каком-то смысле можно было назвать правильным.

Она не хотела оборачиваться, потому что позади она увидит тела своих друзей, которых ей пришлось убить ради свершения задуманного. Но когда она услышала позади странные, прерывающиеся, которых уж точно не должно было быть — ей все же пришлось обернуться. Звуки, хорошо знакомые ей, но в которые сейчас было так тяжело поверить… ведь это были те самые звуки магии, той, которую она только что заставила исчезнуть.

Из ниоткуда появился меч, лезвие которого было окутано странным кровавым дымком. И меч не просто «появился», он прошел сквозь грудную клетку девушки, оставляя после себя темный, венозный след, расползающейся по всему телу. Дотронувшись до него рукой от неожиданности, девушка спровоцировала лишь еще большее распространение тьмы по телу. Она почувствовала, как ее захватывает холод и жар одновременно в точно в тех местах, где проходила тьма. Ее кровь превратилось в нечто совершенно ужасное, неправильное. Тьма распространялась по ее телу словно необратимая болезнь.

Само время и пространство исказилось, и перед ней появилась девушка в черных, явно магических доспехах, с таким же кровавым дымком под пластинами, подобным тому, что было на мече, который она удерживала. Но первым делом в глаза бросались даже не доспехи, а ее лицо — эти двое выглядели словно близнецы: белые волосы, красные глаза, бледная кожа, кукольные черты лица… все совпадало. Различить их позволял лишь легкий, но длинный шрам под левым глазом у девушки в доспехах. Да и сама по себе она выглядела более взрослой, чем та, что стояла сейчас на краю.

— Как же… так… — изо рта девушки хлынула струя крови. — Невозможно…

Девушка в доспехах определенно оказалась расстроена тем, что не успела помешать исчезновению магии. То, что она увидела сейчас, заставило ее по-настоящему содрогнуться внутри. Мир, из которого вырвали магию как таковую, казался ей пустым… неправильным. Разрушенным. И как бы она ни пыталась оставаться хладнокровной, осознание того, что перед ней находится причина всего этого — она сама… это чувство не могло оставить ее равнодушной. Оно бы никого не смогло оставить таковым.

— Прямо сейчас, в этой реальности, есть место только для одной Элеоноры. — Выдернув меч из ее тела, она в тот же момент стряхнула кровь с лезвия и закинула его на спину, в ножны. — И эта «Элеонора» определенно не ты.

За этим, она схватила сердце девушки и выдернула его наружу, тем самым прикончив ее. Истощенная тьмой, она не успела даже среагировать на это, не говоря уже о том, чтобы что-то противопоставить. После мощного пинка, ее тело упало перед самым обрывом, не подавая никаких признаков жизни. Обильно полилась кровь, заливая подъем на вершину, словно кровавый ручей. Не оставалось никаких сомнений в том, что она была мертва.

— Когда-то и я была бессмертной, подобно тебе… — сжимая сердце в руках, проговаривала Элеонора. — Но магии больше нет, а значит, нет и проклятия бессмертия. — Вслед за своими словами, она выбросила сердце в сторону, прямиком вниз со скалы.

Сингулярность призвала ее сквозь время и пространство, чтобы она могла остановить ее, но Элеонора провалилась в роли спасителя. Ей не повезло настолько, насколько могло не повезти — она прибыли спустя несколько мгновений после того, как задуманное было свершено. Случилось бы это немного раньше, все могло быть иначе. Теперь же, когда магии нет, она никак не сможет повернуть время вспять и попробовать снова.

— Только она сама смогла остановить себя… — Элеонора услышала опечаленный мужской голос позади себя, постепенно приближающейся к ней. — Но было слишком поздно.

— Да. — Не растерявшись, ответила она и развернулась на месте. — Ты был весьма… наблюдателен, путешественник во времени.

Его доспех был под стать доспеху Элеоноры, такой же темный, но сам парень будто представлял саму противоположность: темные, короткие волосы, ледяные глаза, и высокий рост с весьма худощавой комплекцией, в противовес не очень высокой, но весьма крепкой телом Элеоноре. Однако, определенную схожесть между ними можно было заметить в их общей бледности. Эта особенность заставляла выглядеть их так, будто они пару минут назад вылезли из могилы. Что, впрочем, для них обоих в каком-то смысле было верно.

— Мне далеко до твоей наблюдательности, ведь ты так быстро раскусила меня.

— Твоя перчатка… — ткнув в его сторону пальцем, уточнила она. — Я чувствую «Сингулярность» в ней. Ты нынешний Путешественник из этой реальности, подобно тому, как я являюсь Путешественником в своей.

— Что? — искренне удивился он, удивленно склонив голову набок. — Хочешь сказать… ты не из этой реальности?

— Ты такой же, как я, а значит, мы не можем существовать в этом времени одновременно… естественным путем. — Сняв шлем с пояса, Элеонора неторопливо повертела его в руках и надела на голову. — Так что нет, я не из этой реальности. Иначе бы кто-то из нас остался бы просто «путешественником», без «времени» и «реальностей».