Катерина
Шрифт:
«Ах так? – ярость всколыхнулась и во мне. – Тогда ладно!».
Глядя в глаза бабушке, я закидывала в себя одну ложку за другой. Глотала, не чувствуя вкус, несомненно, великолепного супа. Тарелка быстро опустела. Отодвинув ее к женщине, я вскочила на ноги и отшатнулась к выходу.
– Спасибо, бабуля, что приготовила вкусную еду! – демонстративно отвесила ей поклон я, который через секунду ждал и Семена. – Спасибо тебе, что взял на себя эту… обязанность!
В комнате повисла гробовая тишина, воспользовавшись этим, я бросилась к себе в спальню и заперлась изнутри. Но, не прошло и десяти минут, как жуткие воспоминания заставили мой желудок сократиться, а супу попроситься наружу. Не желая, чтобы кто-то об этом узнал, я пробралась к ванной комнате на носочках, а уже через считанные мгновения покидала ее с болью в животе и слезами на глазах.
На кухне же шли разговоры. Мне не стоило этого делать, но ревность взяла вверх. Я до боли хотела знать, о чем таком болтает моя любимая бабушка с этим Семеном.
– …Я сразу поняла, что это серьезно. По глазам твоим увидела, сыночек, – услышала я хриплый старушечьей голосок, наполненный радостью и восторгом. Тут же она глубоко вздохнула и поцокала языком: – Ох, не просто тебе будет, дорогой… Ох не просто!
– Знаю. Уже это понял, – Семен звучал на редкость решительно. – Главное, что вы не против, дали мне свое благословение, а остальное… Дело времени. Я чувствую, что на правильном пути.
Бабушка захохотала:
– Ты-то своего не упустишь, я уверена! – притаившись в коридоре, я беззвучно ждала хоть каких-то разъяснений странного диалога, но слышались лишь жевание и звон столовых приборов. Прошла целая вечность, прежде чем бабушка сказала: – Ты почаще к нам приходил. Ладно? Мне твоя помощь нужна, а Катерине так подавно.
– Катюше-то? Не думаю… – Семен поперхнулся саркастичным смешком. Я была с ним абсолютно солидарна. Меньше всего на свете мне хотелось видеть его лицо ежедневно.
– Нужна, нужна! – стояла на своем бабушка, чем немало удивляла. Чем ей только этот Семен так нравился? – Просто она пока не знает этого и по дурости сопротивляется. Вот мозгов прибавится, и все сама поймет.
Хмыкнув, я вернулась в свою спальню. С твердой мыслью, что больше никогда не смогу есть мясо.
Глава 9
Лето выдалось на редкость жарким, но тот первый понедельник августа особенно испепеляющий. Стоя битый час на остановке под палящим солнцем, я ругала себя за то, что уложила волосы в плавные свисающие кудри, а в не высокий хвост. А еще надо было надевать не комбинезон со штанами-кюлотами, а майку с шортами.
– Да когда-то же он приедет… – вглядываясь в горизонт, нервно топая босоножками на маленьких каблуках по засохшей земле, я начинала порядком нервничать. – Еще полтора часа назад должен был!
Автобуса не было, а я уже договорилась в вузе, что к обеду приду за профильной литературой в библиотеку, а также покажусь в деканате, подпишу необходимые документы для нового учебного года. Еще одногруппницы ожидали моего появления. Я должна была сдать деньги на подарок куратору, после сходить с подругами в кафе. Все это следовало успеть за день, но задержка единственного возможного в Мариновке транспорта напрочь разрушила планы!
– Ну же… – взгляд нервно опустился на часы. Предатель показывал десятый час, а я до сих пор не выехала с Мариновки. – Как же так?!
Поглощенная переживаниями, я напрочь растеряла бдительность и не заметила, как подъехал автомобиль, припарковавшись прямо около остановки. Лишь когда стекло на половину опустилось, с удивлением обнаружила Семена.
«Ну, кто же еще! – про себя прошептала я с раздражением. – Наверняка, ему бабушка нашептала, мол Катя едет в Москву, подвези!».
– Света из «Зорьки» сказала, Михалыч обломался еще вчера вечером под селом Тиминки. Никто не знает, когда отремонтирует двигатель, – спокойно произнес он, давая мне понять, что водитель автобуса вряд ли появится. Пока я с негодованием переваривала эту информацию, он равнодушно продолжил, пожимая плечами: – Мне сегодня нужно одним днем в Москву смотаться, решить несколько незакрытых документальных вопросов. Вечером домой. Могу подкинуть. Хочешь?
Кусая губы, сдерживая злость на мужчину, всегда волшебным образом оказывающегося где-то поблизости, я сверлила его темные глаза не моргая:
– Хочешь, чтобы я в это поверила? Типа ты чисто случайно едешь в Москву в тот же день, что и я! И, о, как удачно, что именно сегодня обломался единственный автобус! Столько совпадений, прямо, как в сказке…
– Обломался вчера, а не сегодня. По-твоему, я его сломал?.. А про поездку в Москву я еще за ужином с твоей бабушкой рассказывал. Если бы ты слушала меня… – начал было он, после чего вдруг отряхнулся. По его лицу я прочитала: «Чего это я перед ней оправдываюсь?». На моих глазах Семен спокойно надел черные защитные очки, выкрутил мощность кондиционера и завел двигатель авто. – Ладно, Катюш. Удачи! Желаю все же добраться туда, куда ты собралась.
«Он серьезно сейчас уедет!», – вдруг встрепенулась и, неожиданно для себя, испугалась.
«Хватит строить из себя не пойми, что! – внутренний голос буквально накинулся на меня с обвинениями. – Человек предлагает тебе помощь, а ты почему-то ведешь себя грубо и не благодарно!».
– Прости… – зарывшись лицом в ладони, застонала я в пол голоса. – Я стою тут уже который час… На жаре… Нервы не к черту…
– И? – Семен с предвкушением уставился на меня с приподнятой бровью. – Какой итог?
Вдохнув поглубже кислорода, я надеялась, что впоследствии не пожалею о своем решении:
– Я буду безумно благодарна, если ты подкинешь меня в столицу! – расплывшись в коварной улыбке, вызывавшей щекотку на позвоночнике, мужчина нажал кнопку на панели управления, и передняя пассажирская дверь сама приветливо распахнулась. Я сделала шаг вперед, но тут же замерла: – Мы ведь вернемся домой вечером?
Краткий уверенный кивок. Почему-то я ощутила себя в полной безопасности от его уверенного стального голоса:
– Как скажешь, Катюш.
Лишь разместившись внутри, пристегнувшись ремнем безопасности, я обратила внимание на внешний вид Семена. Сегодня на нем не было привычной белой майки, подчеркивающей стальные мышцы и стройное тело. На смену пришел солидный черный костюм с белой рубашкой и галстуком.
– Хочешь спросить? – не отвлекаясь от вождения, произнес он. – Отвечу честно.
Я хотела, еще как, но решила, что не стоит. Не хотелось, чтобы Семен решил, мол я в нем заинтересована.
– Нет, – отвернувшись к окну, я больше не поворачивалась в его сторону. – Это твое личное дело.
Практически весь путь в салоне стояла умиротворяющая тишина, изредка разрушаемая ненавязчивой радио мелодией. Несколько раз Семен пытался завести разговор, но я не поддавалась провокациям, не желая уменьшать фигуральное расстояние между нами.
– Тебе очень красиво в небесно-голубом, очаровательно выглядишь, – подметил он, явно имея в виду комбинезон. – Нравится ходить по магазинам? Какие твои любимые?