Катриона-3217. Космическая летопись.
Шрифт:
– Мне нужна другая морозилка, - упрямо повторил Карба, - Вы же понимаете, что синий жемчуг нешуточное дело. В это вложены огромные средства. Вот тут у вас что?
Не дожидаясь позволения, он открыл дверцу самой дальней морозильной камеры, терморегулятор в которой был установлен на нижнюю отметку. Наружу выплыло облачко морозного пара.
– Вот, как раз подходящая температура, - обрадовался граф и сунул нос внутрь, - Место почти свободно. А что это у вас тут хранится?
В камеру был помещен цинковый контейнер с пресловутым грузом «Х». Антарес поморщилась, предчувствуя не самую радужную реакцию капризного пассажира.
– Это тоже морозильный контейнер, - уклончиво проговорила она, - Думаю, эта камера вам не подойдет. Давайте посмотрим еще какую-нибудь.
– Почему же не подойдет?
– возразил граф Карба, - В ней достаточное охлаждение. Этот контейнер, - он помедлил, присматриваясь, - похож на гроб с морозильником, в котором мертвецов перевозят. Там труп?
– Да, - с мрачной решимостью подтвердила Антарес, - Наше руководство пошло навстречу родне покойного, и согласилось перевезти останки к месту захоронения.
– Какой ужас!
– ахнул весианец, вытаращив глаза на цинковую капсулу с телом Анатоля Бертрана, - В прочем, это лучше, чем пищевые вещества. Труп лучше заморожен и герметичнее упакован. И никто не будет лишний раз совать к нему свой нос. Словом, то, что мне надо, я оставлю свой контейнер здесь.
Он решительно плюхнул металлический чемоданчик на полку рядом с гробом и задвинул дверцу.
– Ну, как хотите, сударь, - Антарес вздохнула с облегчением, удивляясь, что ситуация разрешилась так легко.
– И мне, конечно, нужно будет дважды в сутки проверять сохранность контейнера, - деловито добавил граф Карба тоном, не терпящим возражения, - Это не от недоверия. Просто свой бизнес я не могу оставить без личного присмотра.
– Да, да, я помню, - кивнула Антарес.
– Этот граф еще хуже, чем тот, - пожаловалась Антарес Джеку, когда они оба заглянули на камбуз поболтать с Беллини, - Лучше бы уж он пил и в карты играл.
– На кой черт он полез к нашему Толику?
– удивился Беллини, который был занят приготовлением ужина и лишь краем уха прислушивался к разговору.
– Ему, видите ли, подходит эта морозилка для хранения своего бесценного груза, - ответила Антарес, - Он везет ракушки с альдебаранскими устрицами.
– Синий жемчуг, - догадался Беллини, - Подержать бы такую красоту хоть раз в руках.
– Предупреди своих служащих, чтобы не лазили в ту морозильную камеру от греха подальше, - с опасением заметил Джек, - А то с этим графом, случись чего, не оберешься проблем. Куда он летит?
– На «Латону-3», космическую платформу на орбите Бресииды, - ответила Антарес.
– Ну, как-нибудь потерпим его, - утешил ее Беллини, - А в ту морозилку никто и не лазит. Все ж знают, что там Толик.
«Катриона» продолжила путь по маршруту, а Джек Деверо снова вернулся мыслями к предстоящей поездке. Вместе с бригадой механиков он сосредоточился на модернизации катера. Когда «Катриона» совершила второй рывок со смещением к планете Пифон, неполадки, выявленные Антарес Морено, были устранены.
– Ну, лети, - грозно взглянув на помощника капитана, сказал старший механик, - Если опять чего-нибудь застучит, я тебе по голове настучу.
На Пифоне «Катриона» взяла на борт еще одну пассажирку. Она прилетела к тому часу, когда в кают-компании был накрыт ужин, и появилась там, наталкиваясь на мебель и норовя сшибить все на своем пути.
– Извините, господа, - сказала сухопарая дама средних лет, одетая строго и неброско, - Я куда-то задевала свои очки. Никак не могу найти.
– Ах, вот откуда футляр с очками на заднем сидении катера, - догадалась Антарес Морено и подала женщине пропажу.
– Спасибо огромное!
– обрадовалась та, - Я такая рассеянная, все время все теряю. Меня зовут Инна Орехова. Я лечу на Эринию, я там получила место преподавателя в колледже.
– Что будете преподавать?
– вежливо поинтересовался сержант Бор, который во время ужина обычно присутствовал в кают-компании, читая книгу.
Госпожа Орехова озадаченно заморгала сквозь только что надетые очки.
– Ах, да, математику!
– спохватилась она.
На следующие сутки полета «Катриона» выполнила третий прыжок, отклоняясь от стандартной трассы. После этого на борту появились посылки, принятые с планеты Нюкта, и очередные пассажиры. Новых было двое - молодые бледнолицые и зеленоглазые сатурнианцы, одетые практически одинаково.
– Мы братья-близнецы, - объявили они хором, - Мы летим на Бресииду, там на днях состоится межпланетный турнир по бильярду за приз Галактической бильярдной ассоциации.
– Это профессиональный турнир, - заметила Антарес, которая сама неплохо играла в бильярд и разбиралась в нем.
– А мы профессионалы, - гордо объявили сатурнианские близнецы, продолжавшие говорить в один голос, - О, у вас есть бильярдная! Какая удача.
– Кому удача, кому нет, - проворчал в ходовой рубке Юрген Шнайдер, вспоминая их слова, - Теперь к столу не прорвешься. Эти на ксероксе скопированные гоняют наши шарики день и ночь. Им тренироваться надо.
– Угу-м, - подтвердил Себастьен Дабо, почему-то неразговорчивый и старательно поворачивающийся ко всем спиной.
– Что с вами, сержант?
– спросил Джек, увидев под левым глазом Дабо большой сизый синяк.
– Вчера один из этих профи так вдарил кием по шару, что он отскочил мне в глаз, - проворчал Себастьен.
– Лед бы приложил, - вздохнул Джек, которого обилие пассажиров, совершенно неуместных на почтовом корабле, тоже раздражало, - Весело у нас стало. Один повернут на своем синем жемчуге. Вторая все теряет и забывает. Сиамские близнецы оккупировали наш бильярдный стол. Кто следующий?
– Да, ладно, - философски махнул рукой навигатор лейтенант Тернер, - Они все скоро того - сойдут на фиг отсюда.
– Сойдут они еще не сегодня, - в рубку вошла Антарес Морено, чтобы принять у Деверо вахту, - А поголовье их сокращается.
– В смысле?
– насторожился Джек.
– Не могу найти госпожу Орехову, - объяснила Антарес, - Куда-то делась, как в воду канула. Я уж во всех отсеках попросила ее поискать.
– Час от часу нелегче, - покачал головой Джек, - Она такая рассеянная, неуклюжая. Как бы с ней чего не вышло. Объявите по громкой связи, пусть вернется в кают-компанию. Может, так найдется.