Катриона-3217. Космическая летопись.
Шрифт:
– При обыске, - злобно тявкнул Карба, сверля глазами учительницу математики.
– Как угодно!
– тоном оскорбленной добродетели провозгласила она, - Можете и меня саму обыскать, если хотите.
– Не обольщайтесь, не хочу, - отрезал граф, и они вышли в коридор к великой радости Джека.
– А нам что делать?
– спросила Кайса.
– Понятия не имею, - вздохнул Джек, - Как бы дело не дошло до вмешательства полиции, если контейнер не найдется. И особенно, если найдется в каюте у Ореховой.
– У этой дурочки с переулочка?
– с сомнением возразил Дабо, - Уж скорее его правда взял Толик.
Джек покосился на цинковую капсулу, всем своим видом являвшую полное равнодушие к разыгравшейся здесь сцене.
– Задвинь Толика на место, и вернемся пока к работе, - сказал он Себастьену.
Паромобиль отвез Джека обратно в рубку. Механиков он по пути высадил в одном из технических отсеков.
– Ну, и что за тарарам?
– спросил стармех Мишин, когда Джек появился на мостике.
– Пассажиры, - вздохнул Джек и устало опустился в кресло за командным пультом.
– Пропало что-то, да?
– спросила Рона Рекс, принявшая вахту у Шнайдера.
– Украли будущий синий жемчуг графа Карбы, - доложил Джек, стараясь сосредоточиться на показаниях приборов.
– Украли или спёрли?
– переспросила Рона.
– А в чем разница?
– не понял Деверо.
– Разница большая, - объяснил за Рону Мишин, - Если украли, то еще найдут. А вот если спёрли…
На мостике заработал монитор внутренней связи.
– Командир, говорит Морено, - на экране появилась Антарес, - В каюте у Ореховой контейнера нет.
– Спёрли, - определил Мишин.
Джек встал, поднялся на мостик и подошел к монитору.
– Итак, теперь все ищем этот несчастный контейнер, - распорядился он, - Все, кто свободен от дежурства, пусть прочешут корабль сверху донизу.
– Как, говорите, он выглядел?
– переспросил Шеф Беллини, украдкой капая в чайную чашку Джека успокоительное.
– Квадратный металлический сундучок с лазерным замком, - Джек глотнул из чашки и поморщился, - Шеф, чем отравил?
– Подожди минут пяток, и тебе понравится, - невозмутимо ответил Беллини, - Стального цвета, размером примерно с две ладошки?
– Ну, да вроде того, - согласился Джек.
Беллини хмыкнул, подошел к кухонному холодильнику и достал из морозилки то, что уже сорок минут искал весь экипаж «Катрионы».
– Блин, - только и смог сказать Джек.
– Один из приятелей с золотыми глазами попросил пока поставить это здесь, - рассказал Шеф, - Я объяснил ему, что собираюсь размораживать ту камеру, где лежит наш Толик. Толику-то все равно, его капсула снабжена автономной заморозкой, а контейнеру желателен холод. Вот я и согласился на время взять сундук, а морозилку с Толиком уже собирался выключить, когда ты пришел.
– Идиотство!
– рассердился Джек, прокручивая в голове недавний переполох из-за пропажи контейнера.
– Чего ж он своему графу не рассказал?
– удивленно пожал плечами Шеф.
– Почему ты мне не сказал?
– сдавленно прорычал граф Карба, угрожающе склонившись над провинившимся слугой.
Он бережно прижимал к сердцу вновь обретенное сокровище, и Джек подумал, не залезет ли он теперь вместе с ним в холодильник, чтобы больше не расставаться.
– Ваше сиятельство, я весь день занимался чисткой обуви, - прислужник виновато поник, глядя под ноги, - И у меня совсем вылетело из головы. Вы ведь приказали навести блеск на все двадцать восемь пар.
– Это не оправдание, - процедил граф, - Ты же знаешь, насколько важны эти устричные раковины. Придется всыпать тебе розог, - он повернулся к Джеку, - На вашем корабле ведь разрешены телесные наказания?
– Вообще-то нет, - Джек с досадой посмотрел на забывчивого слугу и пожал плечами, - Но я не имею права вмешиваться в обычаи подданных иностранного государства.
Слуга вздохнул, но без особого трагизма, из чего Деверо заключил, что подобное случается с ним не в первый раз.
– И еще, пожалуйста, извинитесь перед госпожой Ореховой, граф, - добавил Джек, - А ваш контейнер, чтобы такое больше не повторилось, мы поместим в отдельную морозильную камеру и повесим замок до окончания вашего полета. Шеф, пойдемте вместе со мной. Мы лично за этим проследим.
– Вот это то, что нужно, спасибо, - обрадовался граф, - Только подождите меня. Мне надо сначала перед одной извиниться, потом другого высечь, и я сразу же к вам присоединюсь. Это не от недоверия к вам. Просто я должен убедиться во всем лично.
– Мы подождем вас на месте, - пообещал Джек.
Определенно прежний граф Карба нравился ему куда больше.
В очередной раз садясь в паромобиль, чтобы ехать в четвертый трюм, Джек задавался вопросом, закончится ли вообще когда-нибудь эта история. Когда он и Шеф оставили паромобиль в коридоре и вошли в трюм через служебный вход, внутри горели только синеватые дежурные лампы. Перед морозильными камерами происходило какое-то мельтешение и возня.
– А что вы здесь делаете, господа?
– удивился Беллини, выступая вперед из приоткрытой двери.
Братья-близнецы с Сатурна синхронно обернулись на его голос. Они стояли по обе стороны открытой двери дальней морозильной камеры и с интересом разглядывали сквозь оконце содержимое цинковой капсулы.
– А мы ошиблись дверью, - бодро доложили близнецы хором, - Шли, шли и свернули не туда.
– И вы тоже?
– недоверчиво удивился Джек.
– Ага, - радостно кивнули одинаковые с лица бильярдисты.
– А в морозилку зачем полезли?
– строго проговорил Шеф.
– А мы не полезли, - на сей раз заговорил только один из них, а второй подхватил, - Она была открыта, - окончание тирады опять было хоровым, - Ну, мы увидели, что тут гроб стоит. И не смогли удержаться, подошли посмотреть.
– Это служебное помещение, - твердо проговорил Джек, - Пассажирам нельзя здесь находиться без особой причины. У вас есть какая-то особая причина, господа?
Сатурнианцы дружно покачали головами.
– Тогда вернитесь в жилой отсек, пожалуйста, - предложил Джек.
– Пойдем пирамидку разобьем, - один из братьев хлопнул другого по плечу, и они пошли к выходу, забыв о существовании гроба, Джека и Шефа Беллини.
– Себ - растяпа, - покачал головой Деверо, - Я ведь просил задвинуть Толика, а он забыл.
Остаток дня прошел относительно спокойно. «Катриона» продолжала следовать по своему маршруту к планете Эриния, а Джек Деверо снова пришел на летную палубу к механикам.
– Ну, вы еще живы?
– сочувственно поинтересовался Себастьен Дабо, копошившийся в электрике хвостовой части катера.