Чтение онлайн

Если бы его окружал кровавый воюющий мир, он мог быть вооруженным до зубов воином или бандитом, в зависимости от того, какую идею вложил ему в душу и кто – Бог или дьявол.

Но когда человека окружает такая красота, он бывает прекрасен. Томас обладал совершенной мужской красотой: высок и строен, огромные черные глаза излучали свет, идущий из глубины души.

Он очень дорожил своим чаще всего безлюдным окружением – только звезды, небо, деревья, травы, птицы да сверчки.

Такая первозданная гармония природы и человека, конечно же, предполагала появление рядом с мужчиной женщины. По скрытому в Томасе желанию, она должна была иметь бледное лицо, а совсем не смуглое, как у бродячей цыганки, не веснушчатое, как у крестьянки, день-деньской в поле под знойным солнцем.

Она должна была иметь лицо, слепленное из алебастра или вырезанное из слоновой кости – с точеными чертами и нежными красками, самое прелестное на свете лицо.

Поэтому, когда оно предстало перед ним, и Томас увидел, как соответствовало оно его идеалу, он был несказанно удивлен.

Вряд ли она была королевой Шотландской, потому что тогда она была бы женой короля. Но жена шотландского короля без свиты – простая пастушка.

В старой Шотландии, еще не завоеванной англами, германцами, датчанами и римлянами, тьмой шедшими на зеленый остров в пелене морских туманов, люди запросто общались с друидами, гномами и эльфами, которые были законными жителями лесов.

Возможно, что поначалу образ столь прекрасной женщины был лишь предположением самого Томаса, основанным на его мечтаниях о неземном совершенстве. Но она была так же материальна, как свирель в его руках, и пока Томас приходил в себя, она предложила ему сесть за ее спиной на серого коня и поскорее покинуть Эрсилдун.

Причем, покинуть родные места на долгих семь лет! И все это за один поцелуй, что было принято им без всяких колебаний как законное желание, ибо таково было в Шотландии семь веков назад поклонение прекрасным женщинам.

Томас во что бы то ни стало, захотел поцеловать ее, даже если это королева, хотя зачастую это сомнительная истина: иногда простая женщина может быть настоящей королевой, но далеко не всякая королева может быть настоящей женщиной.

Однако именно здесь вопрос заключался в том, что она не могла быть доступной для простого парня из Эрсилдуна. Чтобы получить власть над этой женщиной, даже в таком малом, как поцелуй, мужчина просто обязан был пройти большие испытания.

И вторая вечная истина, связанная с желаниями мужчины – всегда, во все века и времена поцелуй доступной женщины не более трепетное, чем простое прикосновение губ к чашке, из которой в старой и доброй Шотландии каждое утро пили ячменный или желудёвый кофе.

Чем труднее добывается поцелуй гордой женщины, тем больше он запоминается, порой он бывает единственным в жизни поцелуем, который несет в своем сердце мужчина. Иногда ради него он способен умереть или совершить самые трудные поступки!

Именно такое желание – поцеловать прекрасную Даму, а потом пусть даже и умереть, заставило Томаса сесть за ее спиной.

Сидела она не как воинственные простолюдинки, а грациозно спустив ноги по одну сторону седла. Он запрыгнул на горячий круп коня, а чтобы ноги не болтались без стремян, крепко сжал ими бока животного.

Серый конь понес их через лес.

Сидя позади узкой женской спины, Томас не замечал, как хлестали по лицу ветви деревьев. Мысленно он возвращался к поцелую, за который отдал цену, если честно признаться, непомерно высокую. Постепенно им овладевало отчаяние, холодившее сердце.

При всей своей неопытности юноша стал рассуждать, что мужчине порой приходится расплачиваться за свое желание, вопрос лишь в том, не приносит ли оно горькое разочарование, которое может сломать его душу.

Дорога тем временем спускалась все ниже и ниже в узкое ущелье, и казалось, может привести в глубокие недра земли, где будет тесно, душно и совсем темно.

Эти мысли рождал полумрак, царивший в ущелье, воздух был холодный и тяжелый, а где-то совсем рядом оглушительно гремел и извергался бурный поток водопада…

Женщина, кем бы она ни была – королевой или прекрасной самозванкой – меж тем молча продолжала свой путь. И длилось это бесконечно долго, пока серый конь неожиданно не вырвался в пространство, залитое ослепительным светом.

Здесь всадница затрубила громко в рог, возвещая о своем прибытии, и на ее зов вышло множество народа, особенно выделялся своей благородной внешностью король, как предположил Томас.

Томас не ошибся, его Прекрасную Даму встречал царственный супруг со всем своим окружением, среди которого было много музыкантов и менестрелей, готовых с первой же музыкальной ноты начать слагать стихи и песни.

Из-за предосторожности Томас смешался с толпой простолюдинов, боясь попасть под взгляд супруга, думая, что тот мог оказаться буйным ревнивцем.

Но все оказалось выше обычной семейной обыденности, король глубоко чтил королеву, и Томас, увлекаемый своей неразделенной страстью, остался свободным невольником в этом королевстве, к которому навсегда привязал его несбывшийся Поцелуй Королевы.

Королева, одним утром посадившая на серого коня за своей спиной юношу, никогда за семь условленных лет не покинула его, а наоборот, посвящала ему почти все свое время. Она вновь и вновь поощряла в нем личность, открытую высоким чувствам и наделенную высочайшим даром поэта. Весь срок она пестовала талант своего ученика, желая направить его в нужное русло, не жалея ни своих, ни его сил.

Из всего, чему учила она Томаса, он понял, что божественный дар поэзии сопровождается непременным даром мудрости и прорицания. Это высший язык мира, который создан для общения с Богом.

Но недостаточно быть наделенным таким даром, нужно еще иметь сердце, достойное этой щедрости и умеющее страдать. Ибо умение страдать, не озлобляясь, а, облагораживая свои чувства высокими понятиями, дается лишь людям избранным.

Однако щедрая Королева не рассчитала своих сил и преподала Томасу так много чувств и способности их выражать, что впоследствии, наблюдая за объектом своих трудов, она осознала, что превзошла саму себя.

Вне всяких сомнений, Королева, увлекшись своим занятием, просчиталась и дала Томасу то, на что требовалась не одна жизнь, отмеренная для простого смертного. Вследствие этого Томас должен был жить несколько жизней, чтобы вычерпать свою душу до конца.

Томас жил и всякий раз торопился писать, выплескивая все скопившееся в душе – печаль одиночества и чувство любви к своему идеалу, к женщине, скорее всего к той, которая однажды навсегда увезла его сердце из Эрсилдуна.

А поэтический дар Томаса все не иссякал и, казалось, никогда не иссякнет.

Только поначалу был он столь прост, что известен лишь жителям лесов и полей. Однако со временем вся Шотландия уже говорила о нем и поклонялась ему как мудрому Поэту, наделенному божьим даром провидения.