Чтение онлайн

Правда… Жила эта радость недолго…

До тех пор, пока я не открыла дверь в отведенную мне секцию и… не обнаружила своего нового сожителя…

Глава 24

Наблюдаю за ее метаниями с иронией. Рада-Рада, какая же ты сексуально забавная. Даже не думал, что в девчонке может так цеплять вредность и упертость. Моя воинственная амазонка сначала не стала что-то мне говорить, сразу все поняв, стоило только двери открыться.

Тут же развернулась на каблуках и понеслась к главному по общежитию, чтобы уже спустя десять минут вернуться обратно приблизительно с таким выражением лица, с каким Наполеон принимал свое поражение.

Я же не спешу. Кошечка уже в домике. В прямом и переносном смыслах этого слова. Нарочно не надел футболку, так и улегся на огромную двуспальную кровать, которую я поставил посреди комнаты вместо двух убогих коек предыдущих жильцов. Рыжара в моих руках, урчит и лоснится, прижимаясь к волосатой груди. Да, мы с ним оба шерстяные. Может потому и нашли общий язык.

– Да, малыш, я тоже не понимаю, что твоя мамочка такая дерганая. Ничего, я знаю способ, как сделать ее менее напряженной,- прижимаюсь к пахнущей женским шампунем рыжей макушке и трусь носом. У нас тоже были домашние животные- ну, в основном, собаки, живущие во дворе. Кошки тоже водились, но отец запрещал тащить их домой. Просто окормлялись у нас во дворе. Так что этот кайф держать в постели мягкий живой комочек у меня тоже впервые… Ну и круто, что… Не только же у Рады все будет в первый раз…

– Как это понимать?- амазонка встает в позу напротив большой кровати,- хорошо, ты опять всех подкупил и провернул эту подлую аферу, но где нормальная мебель, Анзор? Почему посреди комнаты этот траходром?

Я прыскаю.

– Откуда ты знаешь такие слова, крошка?- выгибаю игриво бровь,- странный вопрос, малышка. Потому что на хорошей кровати с ортопедическим матрасом спать намного комфортнее. Еще и с ногой, которая все еще требует восстановления. Кстати, ты ходишь на физиопроцедуры?

Она морщится и не сдает враждебных позиций.

– Считай это акцией доброй воли с моей стороны,- продолжаю подначивать её. Страсть как нравится ее раздражать…

Она аж захлебывается от возмущения. Рада, Рада. Какая же ты вкусная… Вся…

– Благотворитель ты мой…- бросает злобно.

– Я поговорил с Баргамянцем. Автомат тебе поставлен, но было решено, что частные занятия мы все-таки продолжим. У вас во второй половине года будет курсовая по экономтеории. Буду твоим научруководителем. И чтобы все было по высшему разряду, так как ты у нас умница и красавица, то не помешает тебя хорошенько поднатаскать,- еле сдерживаю ржач от двоякого смысла собственных слов, входя в кураж словесной игры,- так сказать, организовать максимально глубокое погружение…

На последнем слове красноречиво поправляю восставший в тысячный раз на нее член через толстую джинсовую ткань. Хочу бестию. Прямо сейчас хочу. Повалить на кровать, развести ноги и оттрахать так, чтобы забыла свое имя.

Малышка словно считывает мои мысли. Да у меня итак все на лице написано…

– Я не буду спать с тобой, Анзор!

– Это твой выбор, Рада. Можешь спать на полу или в кресле… Просто знай, что когда надоест, я с удовольствием разделю с тобой это ложе…

– Скотина…- сжимает зубы,- а ты рыжий предатель!- обращается тут же к мирно мурлыкающему у меня на груди Рыжику.

– Хоть какая-то кошка оказалась менее строптивой и более ручной,- снова хмыкаю я.

Она закатывает глаза и проходит к шифонеру, раздраженно вешая свои вещи.

Да, выбора у красотки нет. В диспетчерской ей прямо сказали-другой комнаты нет. Не нравится- съезжайте из общежития. И нет, это не подло. Я делаю это ради ее же блага. Могла бы вообще сейчас жить, как королева, в моей квартире, но раз в Раде все еще клокочет гордый пролетарский дух, то так и быть, пойду к ней на встречу. Как-никак я ведь хочу податься в политику, а значит близость с народом мне не должна быть чуждой.

Подхожу к ней незаметно и встаю сзади, млея от ее естественного запаха.

– Хватит дуться, Рада. Я тебе уже сказал, что все равно будет по-моему…

Она резко разворачивается ко мне. Зрачки расширены.

– Почему вы, хозяева жизни, считает, что все должно быть по-вашему?- ее голос вибрирует и дрожит. Глаза стеклянные. Ты ж моя хорошая…

Исходящие от нее вибрации, начинают рикошетить и по мне.

Хочется и утешить, и доказать, что я прав в отношении нас. Капец как прав.

Тормоза срывает.

Рада всхлипывает, когда я подхватываю ее на руки и с рыком вжимаю в дверцу шкафа.

– Пусти немедленно, я буду орать, словно меня режут!- шипит она.

– Ори!- рычу я, кусая ее за шею и со всей силы сжимая ягодицы,- я не только траходром притащил в эту халупу, но и поменял двери и окна. Они звуконепроницаемые и хуй кто их откроет снаружи! Так что ни сигануть у тебя не получится вниз, ни сбежать, упертая ослица!

– Животное! Ай…- вскрикивает она, когда я поднимаю ее еще выше на руках, почти до потолка, а сам упираюсь носом в ее пах. Не контролирую себя. Прикусываю ее кожу ниже пупка и она снова громко кричит и выгибается. И я на сто процентов уверен, что маленькая сучка уже течет.

– Так и есть, малышка… Ты делаешь меня настоящим животным… А теперь решай сама, будешь просто моей жертвой или тоже хищницей…

Глава 25

Его пальцы впиваются мне в кожу. Я вся горю, горю. Это какое-то форменное сумасшествие. И стыдно от этого чувства, и возмутительно, и…

Анзор хватает и несет на огромную кровать, победоносно стоящую посреди небольшой комнаты.

Тут же собираюсь и отползаю к изголовью на упругом пенном матрасе.

Его взгляд такой дико жаждущий, что внизу, между ног, колет ножом.

Мгновение- мужчина оказывается на кровати, ловко цепляет меня за щиколотку и тянет к себе. Опять маневр- и я громко вскрикиваю, когда мои трусы, поддетые им под юбкой, трещат по швам.

– А я предупреждал тебя, что бывает с дерзкими девочками, носящими юбки…- хищно скалится он и откидывает превратившийся в тряпку хлопок.

Я брыкаюсь, но бесполезно. Крепкий захват теперь и на второй ноге- они широко, до легкой тянущей боли в связках разведены в сторону и он нагло впивается глазами в то, что у меня… там…

Снова рычит…

– Пиздец красивая… Везде…- его сиплый голос заставляет меня всю сжаться, судорожно дернуть ноги, чтобы попытаться их свести, но это только сильнее его распаляет.

– Не надо… Пожалуйста… Не так…- я звучу пораженчески и жалко. Но если бы вы видели эти глаза, то сразу бы поняли, что варианта другого нет… Анзор сейчас невменяемо алчен по мне… Господи, какой кошмар…

– Тихо, Рада…- мажет языком по моей коленке, проводит тонкую линию по внутренне стороне бедра,- сегодня не будет того, что ты думаешь… Но кое-что будет… Будет твой очередной оргазм, девочка моя… Знаешь, я их считаю… Чтобы потом выставить тебе долг…