Чтение онлайн

– А ты, киска, осознаешь, какими могут быть последствия за то, что ты сейчас мне так дерзко пиздишь?

За последние два месяца я уже освоилась в диком темпе московской жизни, приспособилась к интенсивному учебному процессу и даже обзавелась подружками.

Самой закадычной стала Катька Власова, которая училась в моем потоке и была родом из Рязани. После переезда в Москву в ее жизни сразу начались тусовки, клубы и гулянки до утра. Меня эта сторона московской жизни не интересовала от слова «совсем»- я жила учебой. Но в институте мы с ней держались вместе и в целом очень хорошо сошлись как соседки по парте.

Я сразу начала прилежно учиться и старалась держаться в стороне от соблазнов Москвы. Не высовывалась, не выделялась, не обостряла. Пожалуй, та жуткая история на переходе у общаги первого сентября - самое громкое и шокирующее мое потрясение.

Я до сих пор задаюсь вопросом, как так получилось, что мне удалось отделаться от того мужика легким испугом? Он словно сосканировал в моих глазах страх и все-таки решил отпустить. Сам, добровольно. Хоть и понятно было, что от такого можно ждать всего, что угодно.

У нас в институте таких было пруд пруди. Кавказцы вообще составляли отдельную касту. Всегда самоуверенные, держащиеся в стороне, очень богатые. Вот уж среди кого и правда не было простых мальчиков- они бы сюда попросту не попали. Зато были очень-очень влиятельныемажоры, не знающие отказа. Вернее, влиятельными были их отцы, а они лишь наслаждались благами жизни, которые давало их происхождение…

– Вот от кого нужно держаться подальше,- вещала Катька,- даже с моим аферизмом я сдерживаюсь, хотя признаться, ой, как хочется замутить с каким-нибудь загорелым горячим Магой…

– Почему Магой?- усмехалась я.

– Потому что они все сплошь Маги. Ну, Мага- в смысле Магомед. Это они так сокращенно себя называют. Только блин, это себе дороже, Рад. Две недели с ним потусишь- он потом тебя полжизни прессовать будет, если увидит рядом с другим. И не потому, что нужна, потому что они все немного тронутые на собственничестве. Относятся к девушкам как к вещи, а к русским- тем более. Короче, лучше я потушу с каким-нибудь лайтовым Иваном и буду представлять на его месте Магу…

Сперва подруга и правда держалась заданного плана. И правда «втрескала» в себя милого и доброго Ивана. Но чудовищнее всего то, что и Мага тоже появился... Вот только роковые последствия для судьбы её встреча имела не для неё, а для меня. И звали эти последствия не Мага.

Мужчину, которому будет суждено перевернуть мою жизнь, будут звать Анзор или Хищник, как называли его друзья. Анзор Гаджиев. Мой кошмар. Мой палач. Моя рай и ад.

И кто бы знал 1 сентября, что случайная неприятная встреча на светофоре возле общагиобернется тем, чем она обернулась…

Двадцатое октября- это второй день того сумасшедшего года, который я буду помнить в мельчайших подробностях вплоть до звуков, запахов, эмоций, спектр которых мог бы сравниваться с контрастом температур на северному полюсе и тропическом экваторе…

Осень в этом году была теплой и затянувшейся. У мамы день рождения двадцатого октября, потому я всегда отчетливо помню, что в этот день обычно выпадает первый снег. А сейчас даже желтая листва крепко держалась за деревья, словно не желая опадать и уступать дорогу зиме.

Пахло прелостью, которая почему-то дурманила голову. От прохладной влажности волосы завивались, как их не выпрямляй, а тушь оставляла легкую темную поволоку под глазами, которая сильно старит и делает взгляд уставшим в старости, а в юном возрасте, наоборот, придает лицу томную загадочность.

Занятия начинались со второй пары- и потому мы с Катькой решили прошмыгнуться за продуктами в соседний супермаркет, заодно и кофе взять. Разгрузились, похватали рюкзачки, пошли в сторону университета.

Неприятные присвистывания и шепотки услышали сразу, как только поровнялись с компашкой кавказцев в кожаных куртках и длинной щетиной на лице, праздно шатающихся снаружи «на центре». Очевидно, на занятия они не спешили, а просто в пустую проводили время, как впрочем делали постоянно.

Такие часто могли что-то сказать в спину или присвистнуть, но обычно это все равно было в рамках приличия или не так чтобы сильно громко, а сегодня…

– О, смотри, сосочки,- услышала я гнусный голос одного из «самцов» и почувствовала, как кожа покрывается липким потом. И это был не страх, а раздражение.

Рядом стояла еще какая-то компания студентов. Явно не из категории распальцованных кавказских мажоров. Они со смесью интереса и опаскивзирали на происходящее, слушая гнусные замечания козлов в наш с Катькой адрес, но не вмешивались. Почему-то я была уверена, что они с удовольствием раструбят о том, что услышали…

– Катя, а подружка тоже так сладко дает?- продолжал вещать говноголос с акцентом.

– Катя, а подружка тоже так сладко дает?- продолжал вещать говноголос с акцентом.

Его дебильное замечание было тут же встречено идиотскими похихикиваниями в компании.

– Да, такая давалка, ты бы знал,- обернулся козел, навешивающий на нас гадости в первых ролях, на кого-то из своих. Второй явно что-то уточнял про нас, просто от начинающего пульсировать в голове гнева я ничего уже не слышала.

Мы с Катькой шли под ручку. И потому она сразу заметила, как я напряглась, закипая, сильно сдавив ее локоть.

– Забей, Рад. Они просто уроды…- тихо проговорила она и ускорила шаг, опустив голову.

Я пораженно посмотрела на подругу.

Это моя воинственная Катька сейчас?! Что вообще происходит?! Она их боится?! Средь бела дня в собственном институте?! Мы вообще сейчас о чем?!

Вон, обычные парни, бледные и тихие стоят рядом, а эти козлы гогочут, как кони, совершенно наплевав на то, что они в институте и вообще-то сюда приходят учиться, а не обзывать… Хозяева положения чертовы. Это что вообще за беспредел?! Дальше что?! Будут подходить- шлепать нас под зад безнаказанно?!

– Эй, кудряшка, хочешь, покатаю тебя на своем коле?- снова услышала, уже в спину. А вот это уже адресовывалось точно мне.