Чтение онлайн

Я повернулся к Зурту, что со странным выражением лица смотрел на нас с Хэем.

— Скажи… Ведь ещё есть шанс его спасти?! — спросил я, сжав зубы и затаив дыхание в ожидании ответа.

Я не мог потерять Хэя. Не мог!

Мгновение Зурт молчал. Потом нахмурился, будто колебался. Затем открыл рот, словно собирался что-то ответить, но вдруг… замер.

Послышался звук открываемой двери. Алхимик перевёл взгляд мне за спину. После чего резко побледнел, будто увидел призрака и прошептал:

— Корн…

На секунду замерли все.

Я в ожидании ответа на вопрос, можно ли спасти брата. Зурт, что абсолютно точно узнал в моём кураторе своего бывшего друга. И Корн, застывший на пороге…

Я посмотрел на него.

Выражение лица Корна менялось. Сначала оно стало изумлённым, а потом, на доли секунды, мне показалось, что на нём возникла тень радости.

А затем он оглянулся на меня с Хэем, и его глаза резко сузились, а на лице застыла отчуждённость и злость. Перевёл взгляд обратно на Зурта он уже с абсолютным холодом в глазах. В этот момент я понял, боя не избежать.

Но я не мог им этого позволить. Если ждать ещё, Хэя будет невозможно спасти.

— Корн, прошу тебя, остановись! Хэйрин умирает. Сначала помоги ему!

Куратор уже делал шаг по направлению к Зурту, и явно не для того, чтобы по-дружески поболтать о былом. Его глаза потемнели от злости, а сам он был белым как мел. Таким я его ещё не видел.

Но всё же он сжал зубы, и ничего так и не сказав Зурту, склонился над Хэем. Провёл руками над его телом. От пальцев Корна распространилось золотое свечение, под братом засияла огромная трёхкольцовая золотая печать.

И тут дверь вновь захлопнулась.

От неожиданности мы с Корном вздрогнули. Но куратор не прервал лечения.

Краем глаза я следил за действиями Зурта. Он опустил руку, от которой ранее отлетело водное заклинание, закрывшее дверь, и сделал небольшой шаг по направлению к нам, после чего остановился. Больше он ничего не предпринимал. Так и стоял, с убранными за спину руками.

— Кай… — прозвучал голос Корна. — Боюсь, у меня для тебя плохие новости.

Я перевёл взгляд на серьёзного куратора, и внутри у меня всё перевернулось.

— Моя магия не способна ему помочь. Он… Хэйрин… он…

Вспоминая, что ещё пару минут назад сердце брата остановилось, я выкрикнул:

— Не говори этого! — и закрыл уши.

Как будто, если бы я этого не услышал, правда бы изменилась.

Сжав зубы, я едва держался, чтобы не начать бить кулаками по телу Хэя, игнорируя реальность.

Корн схватил меня за запястья и заставил убрать руки от ушей.

— Он в коме. Но ещё дышит, и пульс у него есть, пускай и слабый.

Его сердце… бьётся?

Неужели тот приём всё-таки помог?

Я почувствовал такое облегчение, которого не испытывал ещё никогда. Словно сжимавшие до сих пор мою грудь тиски обратились в пыль, и там разлилось согревающее душу тепло.

А ещё я, наконец, уловил, что вместе с Корном в зал проник и Хару, только он был невидимым и, вероятно, чувствовал его лишь я один.

Дэв окутывал меня своей аурой, поддерживая, умиротворяя, смывая нервное напряжение и страх того, что я не смогу спасти дорогого мне человека.

Корн продолжил:

— Жизни Хэйрина пока ничего не угрожает, но его состояние плохое. И поскольку оно вызвано чужой меткой, я ничего не могу сделать, чтобы помочь ему очнуться.

— Это значит… — начал я.

— Это значит, — вмешался в наш диалог хриплый голос Зурта. — Что его жизнь полностью в моей власти.

Корн перевёл на него взгляд, вмиг ставший ледяным.

— Да. До того как мы сможем помочь Хэю, нам предстоит надрать кое-кому зад.

— А кто-то весьма высокого о себе мнения, да? — с усмешкой спросил Зурт, смотря на Корна.

Алхимик вывел руки из-за спины вперёд. Они светились насыщено-синим. Он соединил ладони, и по всему залу, по стенам, по полу вспыхнули голубые магические круги.

Я ощутил, как на меня навалилось давление от большого количества водных элементов, только вот также чувствовалось, что они неподвластны моей воле, что они чужеродны. Да ещё и находились мы не где-нибудь, а в зале воды, в котором всё усиливало тождественную ему стихию.

А Зурт-то подготовился.

На голубых стенах заплясали синие искры. Мне почудилось, что я стою на морском дне, а надо мной огромная толща прозрачной воды.

Но и я, и Корн владели водной стихией, поэтому наше положение не было таким уж невыгодным. Если контроль Корна превзойдёт контроль Зурта, то он даже сможет перехватить над стихией.

Корн поднялся с колен:

— Я надеялся, что ты вынес урок из прошлого раза. Но ты так и не остановился.

— Остановился? — усмехнулся Зурт, но глаза его не улыбались. — А ты бы остановился на моём месте? Неужели, просто бы сдался?

— Твоя сестра не скажет тебе спасибо, если в желании её спасти ты будешь убивать других. Неужели ты считаешь, что она сможет такое принять? Ты должен осознать, что натворил, и заплатить за всё совершённое.

Он хочет спасти сестру?

Так вот что двигало Зуртом! Но неужели такое искреннее и светлое желание может заставить человека пойти на столь ужасные поступки?

Я перевёл взгляд на Хэя.

Почему из-за его сестры должен пострадать мой брат?

И как те зверства, которые творил алхимик, могут вообще кого-то спасти?!

Ощущение от Хару стало более отчётливым, он был готов в любой момент проявиться и помочь. Я тоже оставался в напряжении, чтобы в любую секунду начать действовать.

— Если ты считаешь, что моё наказание было недостаточным, уверяю, оно более чем… ужасно, — вздохнул Зурт.

— Остановись. Или мне придётся тебя остановить, — проговорил Корн, в одной из его рук вспыхнул огонь, а в другой закрутилась водная печать. Очевидно, куратор собирался пойти с козырей, атаковав сильнейшей своей атакой — двухстихийным заклинанием огня и воды.

— Я натворил уже достаточно, чтобы не остановиться ни перед чем. Поэтому, Корн, я не позволю ни тебе, ни кому-то ещё помешать мне. Не держи на меня за это зла, — его губы тронула грустная улыбка, он перевёл взгляд, посмотрев прямо мне в глаза.