Чтение онлайн

Кажется, это цвет моей магии? Я его вижу уже не в первый раз. Стихия воды и ветра, сливаясь, должны выглядеть примерно так. Но нет, там теперь ещё и огненная стихия. Тогда бы цвет изменился…

Я ощутил тёплое покалывание в руке и интуитивно прищёлкнул пальцами. Вылетела алая искра, после чего я поражённо расширил глаза.

— Ах да, Кай, твои огненные каналы я тоже прочистил, заодно разделив их с водными. Поздравляю с третьей стихией, — усмехнувшись, подмигнул отец.

Чего?!

— Поверить не могу, что меня отпустили, да ещё и силу вернули, — удивлялся Сур, сидя на бортике фонтана и играя с водой в нём.

Фонтан построили на днях, в центре парковой зоны, воспользовавшись тем, что почти все студенты отсутствовали. Он был в виде русалки, стоящей хвостом на гребне мраморной волны. Она выливала из кувшина воду.

Именно струёй из кувшина и манипулировал алхимик, периодически направляя её на одного из нас. Разумеется, мы выставляли щит, либо напрямую отклоняли её, поэтому нам это не сильно досаждало.

Окружив алхимика, стояли я, Корн и Айрисс. Последний нежно поглаживал невидимую призму, висящую у него на груди, и ворчал:

— Не забывай, какое наказание нам всем влепили, благодаря тебе. Кроме того, ты ещё и уедешь к сестре, а нам никуда от этого не деться. Если бы я из-за тебя ещё и лишился своих дэвов, я перестал бы считать тебя другом.

— Так нечестно! — возмутился Сур. — Я же ничего тебя не заставлял делать. Никого не заставлял. Какие вообще ко мне претензии?!

— Тебе повезло, — ворчливо заметил Ай, всё ещё поглаживая кулон.

— Да уж… Повезло, — алхимик задумчиво посмотрел на меня. — Похоже, удача одного человека переходит и на других, оказавшихся рядом? — с улыбкой спросил он, как будто у меня.

Я пожал плечами:

— Не знаю.

Себя я особо удачливым не считал.

— Ну как это ты не знаешь? Да ты из отца просто верёвки вьёшь! И правда, любимый сы…

Сур явно хотел продолжить свою речь, но Корн подошёл к нему и зажал рот:

— Молчи. Неужели ты опять хочешь навлечь на себя неприятности? — предостерегающе прошипел он и огляделся по сторонам, будто отец мог затаиться в кустах и подслушивать.

Сур скинул его руку и обиженно посмотрел вверх на Корна. Куратор в ответ с недовольным прищуром рассматривал алхимика.

Так продолжалось несколько секунд.

А затем Сур хитро улыбнулся и резко бросился к Корну. Тот на миг растерялся, а алхимик, воспользовавшись этим, крепко его обнял.

На лице Корна застыло непередаваемое выражение лица: смесь смущения, недовольства и гнева.

Затем он пришёл в себя и попытался оттолкнуть алхимика, но это было бесполезно.

Мы с Айриссом расхохотались, смотря над потугами раздражённого Корна отцепить от себя Сура, который словно змея, уворачивался от его рук и вис у того на шее.

Наконец, алхимик сам отпустил куратора и, поспешно отойдя на несколько шагов, чтобы тот не смог его достать, заметил:

— Смотрю, с возрастом ты стал лишь более диким, злым и мелочным. Ах да, ещё и сильным, что твоему характеру явно не на пользу… Давно ты занимаешься рукоприкладством? — невинно уточнил алхимик.

Терпение Корна на этом лопнуло:

— Дикий? Злой? И мелочный, да? — со злющей улыбкой спросил он. — Ну хоть про силу ты не ошибся.

В его руках вспыхнули красная и синяя печати. Он соединил ладони, и печати, наложившись друг на друга, слились в одну, что ярко засияла от наполнившей её магии. Я отметил то, что теперь ощущал обе стихии. Это было так непривычно.

Сур ухмыльнулся, и, отходя назад, к кустам, ответил:

— Ага. И как я говорил, тебе это совершенно не на пользу, — поцокал он языком, после чего, опережая движение куратора, резко рванул вбок.

Корн помчался за ним:

— Дай покажу, насколько это не на пользу тебе!

Они скрылись в зарослях. Вскоре оттуда послышался грохот взрывов и хохот алхимика с провоцирующими репликами: «Не попал», «Ах вот чему в старших дюжинах учат? Не так уж и хорошо…», «Смотри, какой упругий щит я могу создать с моей возросшей маной! Ха, как тебе?! Попробуй-ка, пробей», «Кажется, длинные ноги не помогают координации, да?», «Ой-ёй, не смей это использовать… Так же нечестно!».

— Кажется, им весело, — хмыкнул я, садясь на бортик фонтана. На то самое место, где ранее сидел Сур.

Айрисс сел рядом и, закинув голову к насыщенно-голубому, без единого облачка, небу, спросил:

— Ну что, нашёл ответ на свой вопрос, кто становится другом? — произнёс он, после чего посмотрел на меня.

Я был застигнут врасплох.

Задумчиво почесал щёку и ответил, с отчётливым ощущением тепла, растекающимся на сердце:

— Может быть.

Сестра Сура пошла на поправку после того, как тот напоил её созданным зельем. Но ему удалось с ней побыть всего пару дней, после чего он вернулся в Академию. С одной стороны, радостный, от того, что его сестра выздоравливала, с другой стороны, грустный из-за того, что не смог побыть с ней подольше.

Кроме того, последствия болезни его сестры не могли исчезнуть за один день, помимо обычного восстановления ей требовалось ещё и научиться очень многому, что знал и умел обычный ребёнок, и что она упустила за время, пока её внимание плохо концентрировалось.

Отец сказал, что к ней приставили лекаря и учителя, которым были переданы все рекомендации Сура. По их прогнозам, через пару лет она должна была догнать в развитии сверстников.

В Академии же алхимик был по большей части освобождён от посещения занятий и всё свободное время проводил в лаборатории и библиотеке в поисках решения того, как помочь пострадавшим от его рук. Вскоре он нашёл, как восстановить разум двух студенток, которые раньше с ним учились. Зелье для этого было очень похожим на то, что он создал для сестры, поэтому это оказалось проще, чем в случае с Гартом и Экзой.

По словам наблюдающих за девушками целителей, они стали чувствовать себя лучше. Но до полного их выздоровления должно было пройти по меньшей мере полгода, которых у нас с Суром в запасе не было.

Что касается демонизации брата и сестры, пока Сур смог лишь уменьшить их симптомы, но полностью разобраться в процессе, хоть какие-то подвижки и были, он не успел.

Хэйрин же, избавленный от татуировок, чувствовал себя прекрасно, и в демона превращаться не собирался. Скрытно использовав артефакты из сокровищницы Чёрного дворца, к которой у Хэя был прямой доступ, мы проверили, что в его крови не осталось даже следов от принятого зелья.

Под нашими многочисленными допросами, алхимик, в конце концов, признался, что на демоническом зелье, которым он напоил Хэйрина, он использовал совершенно другой подход, изменив его эффект на временное, но усиленное. И что даже без всяких действий с его стороны, через неделю оно бы перестало работать и само по себе вывелось из организма.

Что даже тот момент, когда Хэй казался умершим, был продуман алхимиком и создан с помощью ювелирной совместной работы татуировок и зелья, которое он влил в брата перед тем, как я их нашёл.